Надобны верные

Многолетние изыскания различных ветвей и органов власти на тему "какой россиянин стране необходим", похоже, подходят к концу. И хотя консенсуса в обществе на этот счет все еще нет, это вовсе не препятствие для перехода от исканий к директивам. К июню должна быть одобрена Стратегия развития воспитания — документ, определяющий задачи и цели формирования гражданина, личности и работника. В распоряжении "Огонька" оказалась его последняя версия, которую разные официальные структуры будут обсуждать в апреле. Там много занятного

Как следует из текста Стратегии, в результате ее реализации в России "должно появиться поколение, которое станет активным участником становления более совершенного гражданского общества, способного ответить на ключевые вызовы, стоящие перед Россией". Ректор Московской школы бизнеса МИРБИС Елена Бешкинская заметила на это, что "цель воспитания все же следовало бы уточнить".

Может, для определения конечного результата идти от противного — проанализировать вызовы? Станет ясно, кто им должен противостоять.

Итак, вызовы: "обострение межгосударственных противоречий, распространением идеологий, наносящих ущерб традиционным духовным и нравственным ценностям, превалирование "идеалов" и стереотипов потребительского общества, возрастающее информационное давление с целью формирование чуждой России точки зрения на происходящие процессы".

Вызовы, надо сказать, не сильно изменились со времен Николая I, когда об интернете и обществе потребления не слыхивали, но о тлетворном влиянии Запада писали активно, обосновывая необходимость скорейшего противодействия оному. Тогда, в 1833 году, министр просвещения граф Сергей Уваров предложил знаменитую тройку "самодержавие, православие, народность" как универсальный ответ на все эти вызовы. Теперь, понятное дело, нужна коррекция.

Первой и главной составляющей нынешнего "девиза воспитания" стал патриотизм. Причем его надо именно воспитывать, а не рассчитывать на генную предрасположенность (см. "Огонек" N 12 за 2015 год).

"Само по себе патриотическое воспитание — необходимая часть системы воспитания,— пояснил "Огоньку" уполномоченный по делам детей города Москвы Евгений Бунимович,— всегда хорошо, когда на образование и воспитание выделяются средства, но это еще не значит, что они будут потрачены эффективно. Я помню обращение главы поискового отряда, занятого розыском останков погибших. Им требовались средства на экспедицию. Я переадресовал просьбу кураторам программы патриотического воспитания и получил ответ: денег нет, все расписано, как потом выяснилось, на круглые столы, конференции и симпозиумы".

Разговоры про патриотизм не стали пока отдельной строкой в бюджете, но возникает ощущение, что к этому все идет. Вот, скажем, на исполнение представленной недавно "Росмолодежью" ФЦП по формированию патриотизма запрошено 1,8 млрд рублей. За эти деньги ведомство берется нарастить на 8 процентов число россиян, гордящихся своей страной. Еще ожидается (процент нароста не указан) эффект повышения "чувства гордости, уважения и почитания символов государства". Поразительно, но ни у составителей программы, ни у "курирующих инстанций" не возникает и тени дискомфорта по поводу того, что предложена, по сути, унизительная формула: стимулирование любви к Родине за деньги.

"Показатели, конечно, должны быть,— комментирует ситуацию по просьбе "Огонька" первый зампред комитета Госдумы по образованию Олег Смолин,— но по 225 млн рублей за процент патриотизма — дорого и абсурдно. Это родина должна давать основание, чтобы ею можно было гордиться. И сейчас есть чем, но, правда, больше в прошлом, чем в настоящем".

В прошлом, кстати, Родину любили в основном бесплатно, по убеждению. А плоды работы уваровской триады начальник III отделения императорской канцелярии Александр Бенкендорф оценивал так: "Прошлое России было удивительно, ее настоящее более чем великолепно; что же касается будущего, то оно выше всего, что может нарисовать себе самое смелое воображение". У нас же бесплатный метод воспитания любви предложен пока только один — калужский: там вменено в обязанность начинать учебный день в школе с исполнения гимна России (инициативу губернатора поддержало и Минобразования).

Еще готовится план мер по формированию "российской идентичности". Сколько он будет стоить и что это такое в деталях, пока не ясно даже инициаторам начинания, но, как удалось узнать "Огоньку", процесс идет полным ходом (дедлайн — конец года). И опять же на местах народ оказался ловчее: донской губернатор Василий Голубев уже подписал Концепцию по формированию идентичности у себя в губернии. К разработке мер привлечены казаки, представители традиционных религиозных конфессий, бизнеса и некоммерческих организаций.

В Стратегии воспитания, тоже есть пара слов об "идентичности": предусмотрено создание "комплексного методического сопровождения работы учителя по формированию российской идентичности". Путем "повышения качества преподавания гуманитарных дисциплин, прежде всего истории". Для этого, по словам первого зампреда комитета Думы по делам национальностей Михаила Старшинова, нужен единый учебник истории, "а то в стране 362 учебных пособия по истории и все одобрены Минобразования". Стратегия уточняет, что в правильном учебнике должно остаться: "ценности, которые лежали в основе высших достижений нашей страны в периоды Древнерусского и Русского государства, Российской Империи, Советского Союза, постсоветской России". Детализация, что интересно, отсутствует.

Приоритетной задачей Стратегии названо формирование "нравственной личности, разделяющей российские традиционные духовные ценности, обладающей знаниями и умениями, которые отвечают требованиям XXI века". После того как авторов документа упрекнули в расплывчатости формулировок, в новом варианте текста ценности были конкретизированы: "жизнь и здоровье, смысл жизни, нравственность, патриотизм, гражданственность, ответственность, социальная солидарность и справедливость, сострадательность, межнациональное сотрудничество, свобода убеждений, законность, семья, уважение к старшим, труд, творчество, познание, развитие".

Все красиво и правильно, если не принимать во внимание мелкое обстоятельство: нравственная личность формируется не Стратегией, а средой. А по данным Российской академии образования, в России сегодня лишь 10 процентов детей имеют альтруистический тип сознания (в 1992 году таковых было 58 процентов). "Создается впечатление, что в мире взрослых все ясно, понятно, морально и нравственно, и остается только приобщить новое поколение, "загрузить" этими понятиями и нормами детей,— считает Бунимович.— Между тем общество сегодня погружено в озлобленность и нетерпимость настолько, что доброту и понимание воспитывать крайне сложно".

В Стратегии отмечается "ослабление эффективности действия традиционных институтов, отвечающих за трансляцию духовно-нравственных ценностей". Но как ее назад усилить, толком не говорится. "В России пытаются вернуть де-факто православие как государственную идеологию,— размышляет Смолин.— Но надо помнить слова Павла Флоренского: нет ничего вреднее для православного воспитания, чем принудительное введение Закона Божьего".

В неточности формулировок и целей российской Стратегии, полагают эксперты,— причина сложностей в ее реализации. Той же Бешкинской, непосредственно занятой процессом воспитания, до конца не ясно, какого "человека будущего" власть с помощью Стратегии собирается изготовить: "Выделены ряд задач, а целостного видения гражданина России нет. Отсюда и фрагментарно определяются направления развития, задачи по ресурсному обеспечению. Поэтому и расплывчаты ожидаемые результаты".

Эксперты, как представляется, зря печалятся — предстоит рихтовка документа на разных властных этажах, и там уж точно вся ясность проявится. Об этом со всей очевидностью свидетельствуют достаточно радикальные суждения по поводу документа совсем с другого — традиционалистского фланга. По мнению координатора Патриотической платформы "Единой России" Ирины Яровой (занятно, кстати, что в конце прошлой недели ее стали прочить в министры образования), после критики первой версии проекта "Минобрнауки РФ попыталось на ходу перестроиться, была якобы создана комиссия, которая на самом деле состоит из людей, которые в ней не работают. И сейчас пытаются из плохого документа создать что-то получше. На наш взгляд, за этой "бурной" деятельностью нет никакого содержания". После такого комментария нетрудно предположить, каковы будут поправки "жестких патриотов" в Стратегию: им не тонкости формирования личности важны, а результат — "на выходе" должен получиться преданный делу носитель правильных взглядов без ненужных рефлексий.

...В России понятия "нравственность" и "просвещение" противоречат друг другу вот уже пару столетий. За 7 лет до появления уваровской триады свою записку о народном просвещении по просьбе Николая I представил Александр Пушкин. Она в отличие от нынешней Стратегии невелика объемом. Основные тезисы таковы: "Не одно влияние чужеземного идеологизма пагубно для нашего отечества", куда больший вред наносит отсутствие просвещения, "в России домашнее воспитание есть самое недостаточное", посему "нужно заниматься воспитанием общественным", для чего следует сконцентрироваться на преподавании "политических наук, права, политэкономии, статистики и истории". При этом последнюю, был убежден Пушкин, нужно давать в виде "голого хронологического рассказа", без каких-либо оценок, кои следует приберечь до выпускных классов и уже тогда "с хладнокровием показать разницу духа народов, источника нужд и требований государственных". Главное — "не хитрить и не искажать". Ответ императора на служебную записку поэта (в пересказе Бенкендорфа) последовал незамедлительно: "Нравственность, прилежное служение, усердие предпочесть должно просвещению неопытному, безнравственному и бесполезному".

Полтора столетия спустя братья Стругацкие в "Трудно быть богом" эту николаевскую формулу изложили предельно доступно: "Умные нам не надобны, надобны верные".