Наступил март, и "Власть", как всегда, предлагает экономический прогноз на начинающийся месяц. Эксперты ответят на следующие вопросы: что случится с курсом доллара к рублю, какой окажется инфляция на российском потребительском рынке, как изменятся цены на нефть, как поведут себя доллар и евро. Но сначала оценим главное экономическое событие февраля.
Главным событием февраля в России можно признать проявление ярко выраженной стагфляции, то есть сочетания глубокого экономического спада с чрезвычайно высокой инфляцией.
Февраль начался с того, что Минэкономразвития дало прогноз снижения ВВП в 2015 года на 3% (в сценарии цен на нефть в $50 за баррель). А в конце февраля министерство указало, что снижение ВВП РФ в январе составило 1,5% по сравнению с январем 2014 года после роста на 0,2% в декабре и снижения на 1,1% в ноябре.
"В январе, согласно предварительным оценкам, ВВП сократился на 1,5% к январю прошлого года. Адаптация экономики к новым внешним и внутренним условиям займет 2-3 квартала, и уже осенью мы можем увидеть первые признаки разворота бизнес-цикла",— подчеркнул директор сводного департамента макроэкономического прогнозирования Минэкономразвития России Кирилл Тремасов, выступая на заседании совета по обеспечению финансовой стабильности Евразийского экономического союза.
Что касается инфляции в России, то по состоянию на 16 февраля она составила 1,3% c начала месяца, а с начала года — уже 5,2% (в феврале 2014 года за весь месяц инфляция составила 0,7%, а с начала года — 1,3%).
О стагфляции в мире все заговорили в начале 1970-х годов. В 1973 году темпы роста экономики в индустриальных странах несколько увеличились, зато инфляция выросла гораздо сильнее. В США и Западной Европе она приблизилась к 10% (в частности, американские потребительские цены за год выросли на 7%). В мире наблюдался явный продовольственный кризис: с конца 1971 по середину 1973 года мировая цена на пшеницу выросла на 75%, цена кукурузы удвоилась, цена соевых бобов утроилась. Происходил также валютный кризис, курс доллара на мировом рынке неизменно падал. Это, в свою очередь, значительно повысило мировой спрос на американское продовольствие — властям США даже пришлось вводить ограничения на экспорт соевых бобов и других продуктов, чтобы предотвратить дефицит на внутреннем рынке. Для борьбы с ростом внутренних цен на сельхозпродукты президент Ричард Никсон даже заморозил на 60 дней продовольственные цены. Впрочем, это привело лишь к исчезновению еды с прилавков, и уже через 30 дней цены были разморожены. В итоге за год продовольственные продукты в Америке подорожали на 15%.
Вот что о стагфляции вспоминает бывший глава ФРС Алан Гринспен. "В экономике дела обстояли необычным образом — предприниматели находились под влиянием вьетнамской войны и политической напряженности внутри страны. Десятипроцентное повышение подоходного налога, введенное президентом Джонсоном и сохраненное президентом Никсоном для финансирования войны, ничего хорошего не принесло, и в 1970 году США оказались в рецессии, которая увеличила уровень безработицы до 6% экономически активного населения. В то же время инфляция, казалось, жила своей собственной жизнью. Вместо того чтобы упасть в соответствии со всеми прогнозными моделями, она достигла 5,7% в год, и это было еще мало по сравнению с тем, что случилось в дальнейшем. Господствовавший кейнсианский взгляд на экономику диктовал, что безработица и инфляция должны двигаться в противоположных направлениях. То есть чем больше людей занято, тем больше должны расти зарплаты и цены, и наоборот. Но кейнсианские экономические модели не предусматривали возможности того, что безработица и инфляция могут расти одновременно. Этот феномен, получивший название стагфляции, поставил политиков в тупик. Чтобы преодолеть рецессию, ФРС снизила процентную ставку и стала накачивать деньги в экономику. Это позволило возобновить экономический рост, но еще более ускорило инфляцию. В окружении Никсона заговорили о том, чтобы ввести контроль над зарплатами и ценами. В итоге в августе 1971 года Никсон ввел такой контроль... При президенте Форде, который решил вмешиваться в экономику меньше, к середине 1975 года рост ВВП США оказался самым быстрым за 25 лет, а инфляция начала замедляться. После нескольких лет стагфляции и провала контроля над зарплатами и ценами, политики были готовы согласиться, что госрегулирование экономики зашло слишком далеко".
На российских граждан сочетание не просто стагнации, а серьезного сокращения производства со сверхвысокой инфляцией, разумеется, производит большое впечатление. Впрочем, российские власти считают, что нынешняя стагфляционная ситуация не так уж печальна. Как указывает Минэкономразвития, "девальвация рубля, приведшая к всплеску инфляции и падению реальных заработных плат, устранила структурные перекосы российской экономики, сформировавшиеся в предыдущие годы. Издержки предприятий, в том числе связанные с трудовыми ресурсами, снизились, экономика в целом стала более конкурентоспособной. Это обстоятельство, а также реализуемые антикризисные меры ограничивают глубину спада и создают предпосылки для возобновления экономического роста".