В воскресенье татарский народ переизбрал Минтимера Шаймиева президентом. За тем, как это происходило, наблюдала обозреватель Ъ ЕЛЕНА Ъ-ТРЕГУБОВА.
Республиканский избирком объявил, что за Минтимера Шаймиева проголосовали 79,52% избирателей, в то время как даже самые удачливые его соперники едва перевалили пятипроцентную планку: трижды судимый борец с коррупцией депутат Госдумы Сергей Шашурин получил 5,78% голосов, "либерал" Иван Грачев — 5,47%, местный коммунист Роберт Садыков — 4,43%, а шаймиевский спарринг-партнер Александр Федоров, выдвигавшийся только ради того, чтобы обеспечить альтернативность выборов на случай снятия всех остальных кандидатов — всего 0,49%.
Главный результат татарских выборов — отнюдь не победа Минтимера Шаймиева. В ней никто не сомневался: в день голосования, 25 марта, президент похвастался, что у него есть только одна оппозиция — его собственная жена. Итоговые 79,52% показали, что он был недалек от истины.
Вся мощь избирательной машины служила тому, чтобы показать Москве, кто в Казани хозяин. На пресс-конференции в своем Кремлевском дворце Шаймиев, выглядевший страшно усталым, но счастливым, первым заговорил о том, что "если вчера Шаймиев был сильным, то сегодня стал еще сильнее". И озадачил всех фразой: "Моя работа будет построена не как у президента, не идущего на четвертый срок".
Несмотря на то что Шаймиев заранее знал, что победит, а его конкуренты заранее смирились с поражением, предвыборная ночь для них была полна неподдельного драматизма. Уже в 14.00 избирком отрапортовал, что явка превысила 50%. А как только закрылся последний избирательный участок, в избирком, базирующийся в Казанском кремле, приехал зампред российского Центризбиркома Валентин Власов и заявил, что ни одной жалобы на нарушения в течение дня не поступало.
В штабе коммунистов, услышав такое заявление, были вне себя от ярости. Дело в том, что в Нижнекамске, по их словам, были незаконно арестованы омоновцами первый секретарь местного горкома КПРФ Салимов и доверенное лицо Сергея Шашурина Махмутов, которые "буквально схватили за руку людей, осуществлявших незаконный вброс бюллетеней за Шаймиева". Впрочем, их продержали в неволе недолго — ровно до того момента, пока не посчитали все бюллетени.
Сергей Шашурин тоже негодовал:
— Даже моя родная тюрьма, если верить их подсчетам, проголосовала не за меня, а за Шаймиева. Разве так может быть?!
Ближе к полуночи, когда по штабам прокатился слух, что избирком "топит Шашурина и тянет Грачева", Шашурин с Садыковым, заключившие временный альянс, стали подозревать в штрейкбрехерстве и сговоре с властью третьего кандидата — депутата Госдумы Ивана Грачева. Его заочно попрекали тем, что в российской Госдуме он проголосовал "за третий срок для Шаймиева", и обвиняли в желании заранее выторговать себе возможность избраться в российскую Госдуму по одномандатному округу от Татарии.
Надо признать, что в штабе Грачева, где еще днем в воскресенье активистки говорили о массовых нарушениях, ближе к ночи корреспонденту Ъ уже вяло заявляли, что "вроде бы все тихо". И даже поклялись, что ничего не слышали об инциденте с задержанием омоновцами доверенных лиц в Нижнекамске.
Но коммунисты остались непреклонными: они собираются обжаловать итоги голосования в суде. Правда, шаймиевского триумфа эта жалоба явно не испортит.