'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M14.3017%2018.2207H15.3723L14.8352%2016.9716L14.3017%2018.2207ZM14.0381%2018.8502L13.7205%2019.5769H12.9973L14.5351%2016.0881H15.1601L16.6917%2019.5769H15.9493L15.6357%2018.8502H14.0381ZM25.6746%2019.5744H26.3736V16.0879H25.6746V19.5744ZM22.8929%2018.0766H24.1812V17.4409H22.8929V16.7264H24.7631V16.0905H22.1942V19.5767H24.8304V18.9408H22.8929V18.0766ZM20.1158%2018.4886L19.3234%2016.0879H18.7452L17.9528%2018.4886L17.1817%2016.0898H16.4277L17.6446%2019.5789H18.2308L19.0245%2017.2871L19.8181%2019.5789H20.4094L21.6232%2016.0898H20.8887L20.1158%2018.4886ZM11.9304%2018.0863C11.9304%2018.6538%2011.6486%2018.9571%2011.1368%2018.9571C10.6222%2018.9571%2010.3388%2018.645%2010.3388%2018.0621V16.0902H9.63046V18.0863C9.63046%2019.0681%2010.1761%2019.6312%2011.1271%2019.6312C12.0875%2019.6312%2012.6381%2019.0574%2012.6381%2018.0571V16.0881H11.9304V18.0863ZM7.94048%2016.0881H8.64841V19.5791H7.94048V18.1613H6.34117V19.5791H5.63281V16.0881H6.34117V17.4962H7.94048V16.0881Z'%20fill='white'/%3e%3cpath%20fill-rule='evenodd'%20clip-rule='evenodd'%20d='M16.0069%2011.6456C13.556%2011.6456%2011.5625%209.65187%2011.5625%207.20117H12.1903C12.1903%209.30551%2013.9026%2011.0176%2016.0069%2011.0176C18.1113%2011.0176%2019.8236%209.30551%2019.8236%207.20117H20.4514C20.4514%209.65187%2018.4576%2011.6456%2016.0069%2011.6456Z'%20fill='white'/%3e%3cdefs%3e%3clinearGradient%20id='paint0_linear_17199_5762'%20x1='1336'%20y1='2.75586'%20x2='1336'%20y2='2669.42'%20gradientUnits='userSpaceOnUse'%3e%3cstop%20stop-color='%23FB6361'/%3e%3cstop%20offset='1'%20stop-color='%23ED3E45'/%3e%3c/linearGradient%3e%3c/defs%3e%3c/svg%3e)
А вы в Европу хотите?
Приостановление ассоциации с ЕС вновь раскололо украинское общество. Часть граждан выступает за сближение с Европой, другая часть — с Россией. "Власть" узнала у читателей, куда тянет их.
Константин Куксо / Коммерсантъ
"А мы что не в Европе, что ли? Нас выкинули? Я живу в Санкт-Петербурге, от меня до Финляндии 200 км, до Германии — где-то 350"
Владимир Бортко, депутат Госдумы, кинорежиссер
Калининград и есть Европа, только российская. И страна у нас европейская, с одной из самых мощных экономик, с большим интеллектуальным потенциалом. В Калининграде уровень жизни уже выше, чем в Литве. Мы, конечно, хотим и безвизовый режим со многими странами, но, в частности, Литва по непонятным причинам пока не торопится подписывать соглашение. Хотя это в их интересах. Россия может себе позволить выбирать друзей, для нас любая интеграция, что с Европой, что с Азией,— это хорошо.
Николай Цуканов, губернатор Калининградской области
Я уже живу в Европе и в Европе родился. Москва — европейская столица, а Россия — член Совета Европы, что еще нужно, чтобы чувствовать себя европейцем? А вот ЕС становится все менее европейским — и географически, и этноконфессионально. Недаром же в ЕС состоят Гренландия и Канарские острова, а чтобы убедиться в этноконфессиональной удаленности ЕС, достаточно посетить любую европейскую столицу.
Михаил Маргелов, председатель комитета Совета федерации по международным делам
Когда я хочу в Европу, сажусь на самолет и лечу. А России Европа не подходит. Это не значит, что мне нравится все, что происходит в России, и то, каким путем идет Россия. Но Россия в принципе никогда не сможет стать Европой — у нас менталитет иной.
Александр Малис, президент компании "Евросеть"
Конечно, хочу. У нас есть только два направления: одно — к обществу, где обычному человеку гарантируется неприкосновенность собственности, прав и жизни, другое — в дремучее мракобесное средневековье, где русский человек превратится не просто в холопа, а в крепостного. Сейчас мы покатились в средневековье и потащили за собой Украину. И никакой Евразии нет, это демагоги типа Дугина и Проханова балаболят на бывших оппозиционных телеканалах про какой-то третий путь. Для нас третьего пути нет.
Дмитрий Глуховский, писатель
Нет, хотя я там и родился. Мне там просто неинтересно. А Россия хоть и европейская, но вполне самостоятельная страна. Она как партнер может сходиться с любой страной, но оставаться самостоятельной. Тысячелетиями идет культурный и научно-технический обмен, так и должно продолжаться. Россия должна оставаться самостоятельной страной, а не подчиняться непонятно кем выработанным законам.
Григорий Гагарин, предводитель Российского дворянского собрания
А мы что, не в Европе, что ли? Нас выкинули? Европа на Урале кончается. Я живу в Санкт-Петербурге, от меня до Финляндии 200 км, до Германии — где-то 350. Мы и есть Европа, не только географически, а всяко: политически, культурно, экономически. Лопнул Евросоюз, говорить можно только о Европе. Украина шла к Западу, но ушла. Разума хватило. Ребята вернулись куда надо, "схаменулися", то есть пришли в себя. Я не радуюсь, не скорблю — просто они опомнились.
Владимир Бортко, депутат Госдумы, кинорежиссер
Ни в коем случае. Европа на корню сдается исламу. Это проявляется в появлении чудовищного количества арабов, строительстве дикого количества мечетей и во многих других вещах. Так что увольте. А за Россию я сказать не могу и советовать не берусь.
Игорь Губерман, писатель
Мы и так Европа. В каком-то смысле мы и с Евросоюзом интегрированы. Другое дело, что мы не можем войти в него, потому что мы евро-азиатская страна, связанная определенными союзами с нашими соседями в Азии. И это не зависит от моего хотения или хотения, например, Путина. У нас сейчас с Европой взаимовыгодное партнерство: мы продаем им свои ресурсы, а они нам — технологии и продукцию сложного машиностроения.
Леонид Калашников, первый зампред комитета Госдумы по международным делам
А мы и так часть Европы, и в большинстве своем мы — европейцы. "Интеграция" — ключевое слово XXI века. Но интеграция не ради процесса, а для улучшения качества жизни. Если половина страны, как на Украине, за интеграцию с ЕС, а половина — против, то это уже не интеграция, а разобщение. Нужно консолидировать граждан и только тогда двигаться дальше. Но полная интеграция России с ЕС — из области фантастики. Опыт показывает: единая валюта для стран с разной степенью экономического развития — мина замедленного действия. Культурная интеграция, экономическое сотрудничество, унификация законодательства, отмен виз... Разве этого мало?
Глеб Фетисов, председатель партии "Альянс зеленых — Народная партия", предприниматель
Очень хочу быть в Европе, но при этом оставаться на родине. Рано или поздно это произойдет. Хотелось, чтобы не так поздно, чтобы самому посмотреть. Несмотря на трудности процесса вхождения в ЕС, у нас просто нет альтернативы. Украина это понимает, но оппозиция сейчас правительство не дожмет, и опять будут непонятки для страны.
Марат Гельман, галерист
Еще Лермонтов говорил: "Сколько можно тянуться за Европой? Пора жить своей самостоятельной жизнью и внести в общечеловеческое свое самобытное, российское". Я всегда был против нашей оголтелой тяги к Европе и Америке.
Николай Бурляев, народный артист России
Вы сколько хотели бы прожить?
Журнал "Коммерсантъ Власть" №47
от 02.12.2013, стр. 6