На вручении театральной премии «Хрустальная Турандот» команда режиссера Кирилла Серебренникова собрала самый большой урожай. Призы за лучший спектакль и лучшую работу художника — это только начало триумфального шествия по всевозможным премиям театрального блокбастера «Лес». Вот и художник спектакля 43-летний Николай СИМОНОВ тоже так считает
Что, по вашему мнению, привлекло жюри?
Я думаю, высокое качество спектакля.
В «Лесе», хотя это и пьеса Островского, воссозданы интерьеры советских времен. Из чего для вас состоит образ эпохи?
Я пытался создать собирательный образ интерьера 60 — 70-х годов. Исходным для меня был образ леса — отсюда дерево, паркет. От той эпохи до наших дней дошло много сохранившихся интерьеров — старые рестораны, парадные залы. К тому же у меня были мои собственные детские воспоминания.
Вот уже три спектакля — «Мещане», «Лес», «Голая пионерка» — вы вместе с режиссером Серебренниковым демонстрируете устойчивый интерес к советской эпохе. Чем он вызван?
Это прошлый век, но все мы еще живем в прошлом веке. Мы застали эту эпоху, застали Советский Союз, перестройку. И хотя время сейчас вроде бы изменилось, на самом деле все то же. Сейчас мы работаем в МХТ над спектаклем «Господа Головлевы», там действие тоже перенесено в советское время, но еще более абстрактно, не так, как в «Лесе».
Испытываете ли вы диктатуру режиссера?
Мы просто работаем вместе. За эти 10 лет мы создали какую-то линию театра. И хотя внешне все спектакли очень разные, но если их выстроить в одну линию, то, наверное, будет видно определенное сходство.
Можно ли сегодня говорить о какой-то тенденции в сценографии?
В сценографии сейчас нет единого направления. Оно было в 70 — 80-е. Тогда в моде была точная линия, работали такие художники, как Розенталь, Давид Боровский. Сейчас театр стал более режиссерский, художник играет в нем менее заметную роль.
А вот Павел Каплевич говорит, что самые талантливые художники работают в театре…
Не могу с этим полностью согласиться. Все-таки художник-сценограф — это профессия прикладная. Генератор идей в театре — режиссер, его дело предложить, мое — сымпровизировать.
Но собственные приоритеты у вас есть?
Я больше люблю работать с малым пространством, оно более экспериментально и позволяет решать более интересные задачи. Это как лист бумаги или холст художника — чем нестандартнее форма, тем интереснее может быть содержание.