ДРУГАЯ СТОРОНА ЗЕМЛИ

Дети подземелья. Пока Дума думает, принимать закон о земле или нет, подземелья давно уже «приватизированы». В Сьянах, например, у каждого грота свой хозяин. Распределением гротов занималась действовавшая ранее «администрация», возглавлял которую Кот Матроскин (бывший десантник, спецназовец, прошедший Чечню и много прочего). Она ведала вопросами учета и распределения «жилплощади», исследовательской и просветительской деятельностью, следила за порядком, утверждала вновь принятых в братство, или в «системщики», людей, выступала в качестве арбитра в спорных вопросов. Сейчас деятельность «администрации» несколько поутихла, авторитет ее поубавился, но все равно с ней лучше не спорить, особенно «чайникам». Если вы расположились, например, в гроте «Млечник», к вам подходит человек и просит освободить место, так как оно принадлежит ему, сопротивляться не советую — можно нарваться на очень большие неприятности.

Сама система не так уж и безопасна, на ее счету уже не одна жертва. Так, в разные годы здесь погибли спелеологи Саратов (1956 г.) и Анисимов (1987 г.), а это были далеко не «чайники». Поэтому, находясь в системе, настоятельно не рекомендуется слишком полагаться на свои способности к ориентированию, а также не копать «лишние лазы» и не выдергивать «ключи» из «сопливых потолков».

«Системщики» — народ добрый и благожелательный. Никто вас здесь просто так не обидит, а если нужна помощь — помогут обязательно: накормят, дадут батарейки для фонарика, доведут до нужного места, если вы вдруг заблудились. Здесь считается вполне нормальным остановиться и заговорить с совершенно незнакомым тебе человеком. Только сначала в соответствии с подземным этикетом нужно представиться и осветить себя. Подошедшему к отдыхающей компании всегда предложат перекусить и выпить водки, причем отказ будет воспринят с удивлением.

Попасть в систему не так уж просто, обязательно нужен человек, который приведет тебя сюда хотя бы в первый раз, представит другим «системщикам» и научит правилам приличного поведения. Именно поэтому плохие люди сюда попадают редко, а если и попадают — задерживаются ненадолго. Почему ни одна турфирма до сих пор не водит в систему экскурсантов, хотя показать тут есть что? Почему проводники не берут денег с «чайников» за провод по штрекам? Почему с вас никогда здесь не возьмут платы за отданные батарейки? Просто системе чужд дух коммерции.

Известен случай, когда один из старых «системщиков» решил извлечь из своих знаний материальную выгоду и стал продавать карты пещер и описания подъезда к лазам каждому желающему, да и сам водил группы дезорганизованных «чайников» по местам трудовой славы «системщиков» за определенную мзду. В пещеры, а это были именно они, хлынул поток не подготовленных, не экипированных, не всегда трезвых людей. Гроты стали забиваться мусором, на стенах появились матерные слова и рисунки крылатых пенисов, а группы спасателей только и занимались тем, что вытаскивали застрявших в шкурниках «чайников» и разыскивали заблудившиеся группы, некоторые из которых даже не удосужились сделать запись в регистрационном журнале. Виновник нарушения экологического спокойствия пещеры был быстро найден, изобличен и наказан. С тех пор его никто никогда не видел.

Чем их так привлекают к себе пещеры, «системщики» сказать точно не могут. Кто-то ищет здесь изолированность от земной суеты, ведь не зря первые монастыри строились именно в пещерах. Кто-то приходит, чтобы как-то встряхнуть нервы, выбросить в кровь избыток адреналина, накопившийся за время спокойной жизни. Кого-то привели друзья, и теперь его влечет романтика узких лазов и величественных гротов. Всех поводов, по которым люди изо дня в день приходят сюда, не перечесть. К пещерам так привыкаешь, что не хочется уходить.

В некоторых гротах живут целые семьи. Обычно это студенты, которым не по карману снимать квартиры, зато здесь они имеют большой метраж, отдельную спальню, прихожую, туалет... И все это задаром, если не считать денег на закупку осветительных приборов. Жилые гроты отличаются довольно уютной обстановкой: спальники застелены полиэтиленовой пленкой, на каменных полках стоят кастрюли, по стенам висят таблички, содранные с трансформаторных будок, и прочие украшения, часто встречаются иконы.

Подземные жители используют для освещения карбидную лампу, которая при относительной дешевизне расходных материалов дает довольно яркий, почти дневной свет. Запах жизни далеко распространяется по штрекам, поэтому к такому гроту можно выйти, используя лишь одно обоняние. Конечно, летом здесь прохладно — плюс 11оС. Зато зимой тепло — те же плюс одиннадцать. Поэтому хозяева всегда ходят дома в куртках. Зимой и летом, как говорится, одним цветом.

Цивилизованного человека в первую очередь шокирует отсутствие в подземном жилье дверей, а потом уж водопровода и канализации. Хотя одна если не дверь, то по крайней мере металлическая дверная коробка в Сьянах все-таки есть. За ней когда-то располагалась одна из геофизических лабораторий Академии наук СССР. Да двери тут и не нужны: в системе не крадут. Удивительно, но факт. Вы можете оставить свой рюкзак, или, как здесь говорят, «шмотник», у выхода и гулять по штрекам сколько вздумается, ничуть не беспокоясь.

Как я принимал участие в операции по спасению меня. Первой, кого я встретил в пещере, была летучая мышь. Она мирно спала вверх ногами, пока я нахально не снял ее со стены. Мышь ненадолго проснулась и тут же снова уснула, уцепившись за мой палец. Пристроив соню в наиболее удобное, с нашей точки зрения, место, мы двинулись вперед, к центру Земли.

Узкий проход, размерами сантиметров пятьдесят в ширину и сантиметров тридцать в высоту, уходил метра на полтора вглубь каменной стены.

— Смотри, — предупредил 5648, — там есть такая хитрость: когда ноги внутрь свесишь, сразу выгибайся дугой и выпирай вверх зад, иначе не пройдешь. А уж как зад провалится, так и сам за ним спокойно провалишься.

Погружение прошло на удивление гладко: я действительно свесил в дырку ноги, перекинул зад и вслед за собственной задницей провалился в узенький колодец. Там была просторная галерея, правда, высота потолка в ней составляла всего сантиметров пятьдесят, но для свободного лежания этого было вполне достаточно. В голову почему-то лезла какая-то не относящаяся к делу чепуха: дом, детство, старые друзья, как я ухаживал за своей теперешней женой, учеба в институте... Почему-то подумалось, что я отсюда уже не выйду.

Я не могу похвастать особо широким «нижним бюстом», однако, несмотря на это, зад никак не хотел проходить в злополучное отверстие. Я упирался ногами в скользкие стены, пытался протолкнуть себя локтями, цеплялся за выступы в горизонтальном штреке — все было тщетно.

— А вот интересно, — с деланным безразличием спросил я, — если человек здесь застрянет, можно как-нибудь эту дырку расширить?

— Да ты не бойся, — успокоил меня 5648, — если ты сам в эту дырку залез, значит, и вылезти сможешь. Мы тут как-то одну толстую девицу оттуда доставали минут сорок, вспотели все, но вытащили, однако.

Неловко елозя по галерее, я стянул с себя лишнюю одежду и, помолившись, предпринял попытку вылезти наружу.

Сначала я шел уже проторенным путем, а когда таз привычно уперся в стенки колодца, я крикнул проводнику, и он стал устанавливать мои ступни и колени в те места, от которых легче отталкиваться. Поначалу никаких изменений не чувствовалось, но вот мое тело продвинулось сантиметра на два, потом еще на сантиметр, потом на пять, и вот я уже, не веря себе от радости, стою в штреке!

Находившиеся поблизости «системщики» дали мне выпить водки, чтобы унять дрожь в суставах.

— Ну что, со вторым рождением тебя, — поздравил 5648, — тем более что места рождения похожи, да и шел ты правильно — головкой вперед!

Искусство принадлежит пещерам. Интеллигентные люди, а обитатели пещер люди, в большинстве своем, интеллигентные, не могут жить без высокого искусства. Поэтому, если бы пещерной эстетики не существовало, ее следовало создать. И несколько поколений «системщиков» с этой задачей вполне успешно справились. Системная культура, хотя и происходит от своей земной прародительницы, все же существенно от нее отличается.

Из основных видов искусства в системе особенно процветают живопись, скульптура и фольклор. Песенная культура, как ни странно, обошла систему стороной. Зато пещерный фольклор богат необычайно. Про Белых спелеологов и Двуликую вам здесь расскажут миллион историй. Белый спелеолог — дух погибшего некогда в системе человека. Встреча с ним не сулит ничего хорошего, но если не пытаться его догнать и не мешать ему, то и ничего плохого он вам не сделает. Кстати, многие считают, что это дух знаменитого Аристарха.

Аристарх — это скелет, лежащий в одном из гротов. Его все очень любят. Считается хорошим тоном, проходя мимо скелета, положить ему рядом с рукой пачку сигарет, или бутылку водки, или что-нибудь из еды, а забирать у него эти вещи — тяжкий грех, обида.

Есть еще Черный спелеолог, вот он опасен чрезвычайно: считается, что увидевший его никогда не выберется из системы. Совсем иное — Двуликая. Эта женщина, как вы уже наверно догадались, имеет два лица: спереди и сзади. Двуликая помогает заблудившимся выйти из пещеры.

Во время войны в Силикатах находился госпиталь. После войны, когда в близлежащее село вернулся демобилизованный солдат, соседи сказали ему, что его мать заболела и находится в этом госпитале. Солдат пришел к пещере, но как раз в это время плита, расположенная над входом в Силикаты, обломилась и стала проседать. Спасая выбирающихся из каменоломни людей, боец подлез под плиту и держал ее до тех пор, пока последний человек не выбрался наружу, однако сам вылезти из-под плиты он уже не смог и многотонная громада накрыла собой тело героя. Однако, когда через пару месяцев плиту удалось снова поднять, тела под ней не обнаружили. Убитая горем мать ушла в пещеру и так там и пропала, разыскивая пропавшего сына. «Системщик», рассказавший мне эту историю, уверял, что дух солдата — это и есть Белый спелеолог, а мать — Двуликая.

А вот вам любимое развлечение «системщиков». В проход, ведущий к гроту, шутники бросают горящий волок (тлеющий кусок ватника). Дым вползает в грот, находящимся там «чайникам» становится нечем дышать. Шутка в том, чтобы как можно быстрее из грота убежать. Замешкавшимся грозит гибель, поэтому опытные «системщики», зная местные нравы, всегда носят с собой противогазы.

Если вы кому-то сильно досадили, вам могут сделать «Вьетнам»: в штреке, ведущем к вашему гроту, подожгут дорожку из бензина. «Чайникам», путешествующим «по нитке» или «по ленте» (чтобы не заблудиться, новички разматывают клубок ниток или старую аудиокассету), часто устраивают «зацикливание» — обрывают нить и завязывают через разные галереи вкруговую. И возвращающиеся «чайники» часами ходят по замкнутому маршруту. А если не лень, могут и просто завалить ход за прошедшей группой «чайников» и наблюдать, как те в испуге мечутся по коридору в поисках исчезнувшего прохода. Говорят, очень весело.

По части наскальной живописи система представляет огромный интерес для ученых граффитологов (специалистов по граффити). Большая часть гротов украшена рисованными изображениями. Стены грота «ДСП» (Дом С Привидениями) населены весьма милыми, веселыми призраками; на потолке грота «XXIV съезд КПСС» изображен плакат с приветствием к участникам съезда. Повсюду в системе натыкаешься на вырезанные на стенах из известняка «маски». Ведь не лень кому-то было.

— Как ты мог через всю Москву ТАК ехать? — ахнула жена, когда я уставший ввалился в квартиру.

Она была не права. Легко доехал. Конечно, от меня в метро брезгливо шарахались интеллигентные дамочки, потому что я был чумазый, оборванный, в комьях грязи, в коричневых от глины джинсах. Зато милиционеры равнодушно проскальзывали глазами по моей фигуре и проходили дальше. Уважают, наверное, нас, «системщиков».

На фото:

• Прожженные спелеологи уходят под землю на католическое рождество и выходят на православное
• В некоторых гротах живут целые семьи. Обычно это студенты, которым не по карману снимать квартиры
• Считается хорошим тоном, проходя мимо скелета, положить ему рядом с рукой пачку сигарет или бутылку водки

Фото из архива В.Черноброва и А.Куприянова