Она производит впечатление «хорошо упакованной» женщины, особенно рядом со своей пастушьей собакой — лохматым бобтейлом, которого взяла больным щенком и выходила. Живет Наталья Сейбиль в поселке, который в просторечье называется «Полиомиелит» (там расположен Институт полиомиелита и вирусных энцефалитов РАМН), по дороге во Внуково. Сейчас озабочена покупкой сыну зимних ботинок 45-го размера.
Москвичка Наталья СЕЙБИЛЬ: ТЕБЕ НИКТО НИЧЕГО НЕ ДОЛЖЕН 
— То, что сейчас люди готовы на любую работу, только кажется. Многие не могут избавиться от ложных амбиций. «Как же, у меня высшее образование!» Меня поражают ребята лет двадцати-двадцати двух. Я им предлагаю реальную работу — быть торговым представителем крупной компании. От них требуется ходить по магазинам и заключать сделки на поставки продуктов. Да, там действительно надо пахать... Особенно первые месяцы. Но ведь и есть за что.
Я послала туда, наверно, человек 200, но только двое в конечном счете согласились. Никто не хочет работать за голые проценты — бегать, все хотят сидеть в офисе и называться менеджерами.
По себе знаю, сразу ничего не бывает. После «Плехановки» три года мучилась в плановом отделе: считала крыс разных пород, беременных мышей и лабораторную посуду. Мне казалось, что с каждым днем становлюсь глупее. И я пошла на курсы, получила диплом экскурсовода. Водила людей по Москве и одновременно работала педагогом в Детском музыкальном театре. Выгнали, потому что была беременна, а в Детском театре не любили беременных. После рождения сына стала главным администратором шоу автокаскадеров, устраивала гастроли. Потом шила платья-аппликации и флаги. Потом организовывала художественные выставки, выставки детского творчества, водила слепоглухонемых детей в мастерские скульпторов (ведь в музеях им ничего не разрешают трогать руками). Составляла справки для путеводителя.
Развелась с мужем, у меня остались пожилые родители, сын, собака и кошка. Поняла: больше не могу позволить себе заниматься только тем, что самой интересно, нужна работа, чтобы нормально зарабатывать. Я не могу допустить ни депрессии, ни расслабухи. Депрессию может позволить себе только абсолютно счастливый человек, у которого есть надежный тыл.
Два года я продавала книги и видеокассеты в фойе Большого театра, искала новую работу. В августе меня взяли в центр по подбору кадров: наверно, учли мой опыт.
Мне кажется, во многих из нас прочно живет ощущение, что тебе кто-то что-то должен. Вот что мешает.
Фото Марка ШТЕЙНБОКА