Карманники работали на милиционеров
       Городской суд Санкт-Петербурга вчера приговорил к длительным срокам заключения двух сотрудников уголовного розыска УВД метрополитена, которые за взятки покрывали воров-карманников, действовавших на их территории. Милицейскую "крышу" вывели на чистую воду сами воры: стражи порядка обложили их непосильной данью.

Агенты-"щипачи"
       Санкт-петербургское метро наряду с рынками считается вотчиной воров-карманников. По оперативным данным, только в метро ежедневно "работают" от 50 до 250 "щипачей". Некоторые воры умудряются совершить за день по 10-15 краж. Поэтому неудивительно, что между ними существует жесткая конкуренция, и те, кто "работает" в метро постоянно, стараются не пускать на свои "участки" посторонних.
       Сотрудники 2-го отдела УВД по охране метрополитена во главе с начальником группы по борьбе с карманными кражами Николаем Скитевым решили воспользоваться этим обстоятельством. Как было доказано в суде, оперативники не только получали информацию от своих осведомителей из числа воров, но и вымогали у них взятки. Происходило это примерно так: оперативники ловили очередного карманника и предлагали ему на выбор — либо идти в тюрьму, либо сотрудничать с органами. Сотрудничество выражалось в том, что на вора заводили оперативное дело (а чаще просто заносили в картотеку) и предлагали ежемесячно "отстегивать" стражам порядка от 150 рублей до $150. Некоторым ворам давали служебные телефоны милиционеров — на тот случай, если их задержат сотрудники другого милицейского подразделения. "Щипачам" предлагалось также сообщать оперативникам о чужаках и случайно забредших в метро воришках. По всей видимости, занесенные в картотеку карманники этим активно пользовались: у отдела Скитева традиционно были очень хорошие показатели.
       
Оперативники сожгли дела
       За 1993-1996 годы в картотеку Скитева и его коллег по отделу попало несколько десятков воров. Точное число следствие установить так и не смогло: когда в отношении милиционеров возбудили уголовное дело, один из них сжег картотеку, расписки воров и даже часть оперативно-розыскных дел.
       Поначалу отношения у милицейской "крыши" и их подопечных были неплохие — так, например, в 1995 году, под Новый год, стражи порядка получили от одной супружеской пары воров подарки: коробку с двенадцатью бутылками водки "Абсолют" и несколько банок черной икры. Но постепенно милиционеры входили во вкус и увеличивали "таксу". В конце концов воры не выдержали и сдали свою "крышу" в РУБОП. Произошло это в 1996 году в "Крестах" — несколько подопечных Скитева и его оперативников все же оказались за решеткой благодаря усилиям других милиционеров. Одна мелкая воровка, уже получившая срок, написала заявление на Скитева и его людей. Управление по расследованию организованной преступной деятельности (УРОПД) ГУВД возбудило уголовное дело, а рубоповцы установили за милиционерами наблюдение. Но руководство УВД по охране метрополитена сделало все, чтобы замять это дело.
       Воспользовавшись всевозможными проволочками, сотрудники 2-го отдела, долгое время остававшиеся на свободе, спокойно уничтожали доказательства. (Именно поэтому, кстати, в итоге следствию удалось привлечь к уголовной ответственности только трех человек — самого Скитева, а также оперативников Сергея Иконникова и Кярима Тангалычева. Между тем изначально подозрения пали чуть ли не на весь оперативный отдел УВД.)
       Так бы и развалилось это уникальное дело, но события неожиданно ускорил сам Скитев. К тому времени он уже вышел на пенсию, однако регулярно навещал своих бывших коллег.
       Однажды к оперативникам пришел следователь УРОПД Николай Гусько, который вел это дело. Скитев выпил с ним водки, а потом между ними вспыхнула драка: оперативник доказывал, что следователь не прав. В итоге Гусько оказался в больнице: Скитев выстрелил ему в живот из пистолета.
       Дело о взятках в УВД метрополитена передали в прокуратуру Центрального района Петербурга, объединив его с делом о покушении на убийство Гусько. Скитева, Иконникова и Тангалычева арестовали. Впрочем, через год Иконникова и Тангалычева выпустили под подписку о невыезде.
       
"Игры взрослых мужчин"
       На суде Скитев своей вины не признал. "Я стал жертвой мести воров за то, что хорошо выполнял свой служебный долг",— заявил бывший милиционер. Он обвинил в предвзятости следователя Гусько (что, по его словам, и послужило поводом для драки). Однако сам факт получения денег от воров бывший начальник опергруппы не отрицал. По его словам, это был так называемый "возврат": опознанные потерпевшими карманные воры по требованию милиции якобы добровольно возвращали людям похищенные у них деньги и ценности и избегали таким образом уголовной ответственности. А его частые переговоры с ворами — это оперативная деятельность по раскрытию краж. Так как большинство воров, с его слов, были его "рабочими барабанами" (или, выражаясь официальным языком, секретными сотрудниками). При этом саму свою работу Скитев назвал "игрой взрослых мужчин", главное условие которой — "проиграл — садись".
       Что касается Иконникова, то он также не отрицал, что брал у воров деньги. "На работе часто задерживали зарплату,— жаловался он,— кормить семью было не на что, вот и приходилось занимать у воров". Примерно то же самое говорил и третий подсудимый Тангалычев.
       Гособвинитель Анатолий Марченко попросил приговорить Иконникова к десяти годам лишения свободы, Скитнева — к восьми, а Тангалычева — к двум годам условно. Последний, по словам прокурора, был законченным алкоголиком и просто не понимал, что творит. По поручению судьи Тангалычева отправили в медвытрезвитель прямо из зала заседаний.
       В итоге суд приговорил Иконникова к девяти годам лишения свободы, а Скитева — к семи (оба с конфискацией имущества). Дело же Тангалычева было прекращено за отсутствием события преступления.
       
       АНДРЕЙ Ъ-ЦЫГАНОВ, ФЕЛИКС Ъ-ЖОГОЛЬ, Санкт-Петербург