На тринадцатый день после похищения Геннадия Шпигуна бандиты наконец потребовали за генерала выкуп — $15 млн. Столько не платили ни за кого. МВД немедленно направило на Северный Кавказ спецгруппы для силового освобождения заложника.
Первым о выкупе заговорил сам Сергей Степашин. 16 марта он сказал, что "схема похищения Шпигуна нам ясна, и она аналогична той, по которой брали в заложники полпреда Валентина Власова и главу представительства верховного комиссара ООН по делам беженцев в Северной Осетии Венсана Коштеля". Кроме того, министр неожиданно подтвердил, что за освобождение генерала чеченские боевики могут потребовать выкуп ("Коммерсантъ" сообщил об этом днем раньше).
Вчера стало ясно, что переговоры с похитителями начались. Источник в центральном аппарате МВД уточнил: "Суммы выкупа пока разнятся. По нашим данным, бандиты запросили $9 млн, а по информации сотрудников подразделений по борьбе с оргпреступностью — $15 млн. Столь существенная разница в цифрах объясняется тем, что похитители действуют очень осторожно. Среди посредников довольно много случайных людей, которые просто пытаются заработать".
После того как Ельцин и Примаков отвергли план, связанный с проведением силовых акций на территории Чечни, сотрудники МВД были вынуждены изменить тактику. На Северный Кавказ из Москвы выехало несколько оперативных бригад. Они уже проводили спецоперации по освобождению заложников, в том числе Власова, Коштеля и десятков российских солдат и офицеров. Корреспонденту Ъ удалось взять короткое интервью у одного из участников операции. Он посетовал, что почти всех его подчиненных "забрали в Чечню". На вопрос: "Может, вы имели в виду Дагестан или другую сопредельную республику?" — милиционер ответил: "А чего нам делать в Дагестане, если Шпигуна похитили в Чечне?" В то же время руководство Чеченской республики категорически отрицает возможность присутствия на ее территории сотрудников федеральных правоохранительных органов и спецслужб.
Говорить о скором возвращении генерала пока не приходится: на представителей МВД вышли не сами террористы, а посредники, и договаривающимся сторонам будет сложно найти общий язык. Официальная позиция МВД такова: мы с террористами не торгуемся. Но об обмене можно подумать. Правда, требование Салмана Радуева об освобождении двух террористок, осужденных за взрыв вокзала в Пятигорске, даже не рассматривается.
"Искать варианты нужно не на Северном Кавказе, а в Москве,— отметил высокопоставленный сотрудник МВД.— Именно здесь крутятся чеченские деньги и работают люди, которые могут повлиять на ситуацию. Например, возможен такой вариант. Кто-то из авторитетных чеченцев оказывается в СИЗО (а повод всегда можно найти), а его многочисленные родственники сделают все, чтобы пойти нам навстречу. Дня через три-четыре станет ясно, насколько это перспективно. Кстати, подобные акции уже практиковались, когда в плену чеченских бандитов оказались два руководителя УФСБ Ингушетии — их освободили".
Впрочем, многое прояснится на предполагаемой встрече Евгения Примакова с президентом Чечни Асланом Масхадовым. Правда, последняя их телефонная беседа проходила на повышенных тонах: на предложение Примакова навести порядок хотя бы в грозненском аэропорту Масхадов просто бросил трубку.
ОТДЕЛ ПРЕСТУПНОСТИ