Совет по правам человека может быть расформирован. Это произойдет если его покинут еще пять правозащитников. Сейчас в СПЧ остается 24 члена, и кворум сохраняется. Председатель совета Михаил Федотов обсудил ситуацию с ведущей Анной Казаковой.
25 июня стало известно, что вслед за главой Московской Хельсинкской группы Людмилой Алексеевой о своем выходе заявили еще двое — Валентин Гефтер и Борис Пустынцев. То есть за последнее время из совета вышли 15 человек.
— Насколько вообще вероятно, что совет расформируют?
— Если из совета выйдет еще пять человек, то я окажусь шестым.
— Вы верите в возможность того, что пять человек еще уйдут?
— Я надеюсь, что все-таки этого не произойдет, тем более что сегодня Людмила Михайловна Алексеева сказала, что она готова отозвать свое заявление, если будет выработан такой компромиссный, согласованный с советом механизм ротации состава. Поэтому вышло 16, но я надеюсь, что все-таки пройдет несколько дней и окажется, что все-таки не 16, а 13.
— Трое человек могут остаться?
— Да. Я надеюсь, что они вернутся обратно. Потому что они заявили о своем выходе именно из-за того, что предложена совершенно такая непривычная для членов совета система ротации, когда новых членов совета предлагалось выбирать в интернете.
— Вы сказали, что может быть какой-то компромисс. Что это будет за компромисс, вы представляете?
— Да. Мы сегодня собирались, там и от членов совета был представитель и управления внутренней политики. Мы сели за стол и стали обсуждать, зачем все это нужно, зачем нужно переделывать тот порядок ротации, который был традиционно, когда просто председатель совета готовил свои предложения и передавал их президенту. Сейчас это написано и в Положении о совете, которое было утверждено указом президента еще 1 февраля 2011 года. Но я понимаю, что, наверное, было бы действительно правильно посоветоваться по поводу кандидатур шире, чем самому с собой, именно поэтому я стал советоваться с членами совета, спрашивать их, кого бы они считали нужным пригласить в состав совета, а потом спросил их, кого бы из этого списка возможных кандидатов не хотели видеть в составе совета. Но теперь, видимо, можно будет расширить круг людей, с которыми такие консультации проводятся. Можно даже привлечь для этого и интернет-аудиторию. Но только здесь нужно действовать очень аккуратно, потому что в совете нужны люди для работы, а не для представительства. Это же не собрание свадебных генералов. Это собрание представителей правозащитного сообщества.
— Вы по-прежнему видите необходимость такой структуры, необходимость этого совета?
— Вы знаете, если бы я не видел необходимости в этой структуре, я бы, наверное, этим не занимался, и я бы не имел тогда такого количества обращений каждый день. Понимаете, есть такое понятие "миссия последней надежды". Это немаловажная функция совета.
— Хотелось бы понять, что вы думаете по поводу того, почему именно сейчас такое возникло, с чем это может быть связано? Я понимаю, что поступило предложение, почему именно сейчас оно поступило?
— Потому что решили сейчас все делать по-другому. Я думаю, что мы все-таки должны пережить этот кризис тоже.