28 января "Коммерсантъ" рассказал, как мать погибшего в Чечне солдата Любовь Тумаева три года не может похоронить своего сына. Его труп отправили родителям другого солдата. Тумаева написала генпрокурору России Юрию Скуратову 25 заявлений с просьбой о приеме, и понадобилось вмешательство губернатора Нижегородской области Ивана Склярова и газеты "Коммерсантъ", чтобы эта встреча состоялась. С подробностями ДМИТРИЙ Ъ-ПАВЛОВ.
"Я не знаю, что дальше. Но если и Скуратов не поможет, я не смогу больше никому верить",— сказала Любовь Тумаева после разговора с генпрокурором. Она уже пикетировала Главную военную прокуратуру, стояла с плакатом "Верните мне могилу сына" напротив приемной Юрия Скуратова, кидалась ему под ноги, когда он шел на работу. Ее оттаскивали охранники и милиционеры. На все обращения в органы власти она получала отписки вроде "нет оснований".
После гибели сына (он был убит 8 января 1995 года в Грозном) жизнь Любови Тумаевой, по ее собственному признанию, напоминает сплошной кошмар. В неразберихе, царившей во время чеченской войны, опознания убитых российских солдат делались "на глазок". Так случилось и с Сергеем Тумаевым. Его по некоторым признакам опознали однополчане (тело было изуродовано до неузнаваемости). Но вмешался начальник медслужбы, который заявил, что видел Тумаева в списках раненых. Труп "записали" на Евгения Венцеля, погибшего с Тумаевым в одном бою, и похоронили в селе Урюпино Алтайского края, на родине Венцеля. Позже выяснилось, что начмед ошибся, перепутав фамилии. Тумаева узнала про это из писем солдат, служивших вместе с ее сыном. Так начались ее мытарства.
Она обошла десятки кабинетов, написала сотни писем в самые разные инстанции. Сначала ее поддерживал муж, но он не выдержал и умер спустя полгода после смерти Сергея.
Все усилия матери были безрезультатны. Генералы не желали ее слушать, а тем более помогать. "Надо мной откровенно издевались, называли последними словами",— рассказывает Тумаева.— 'Главное — честь мундира,— говорили мне.— А то выкопаем тело, как будем потом объясняться?'" Тумаева была в отчаянии (к слову сказать, единственную поддержку она получила от общественной организации фонд "Право матери").
28 января "Коммерсантъ" рассказал о происходящем в статье "Без вести погибшие". После публикации ходатайство к генпрокурору направил губернатор Нижегородской области Иван Скляров (Любовь Тумаева живет в Нижнем Новгороде). И вскоре Тумаеву известили, что Скуратов может ее принять 11 февраля.
Прием был назначен на 17.00. Женщину предупредили, что она может рассчитывать только на полчаса. Однако разговор с генпрокурором, на удивление, затянулся и продлился более часа. "Юрий Ильич принял хорошо. Руку пожал. Выслушал и сказал мне, что сделает все возможное, что в его силах",— сказала мне Тумаева. Правда, как выяснилось, ничего конкретного Скуратов не обещал. Сначала необходимо изучить все подробности, почитать документы и т. п. Дело будет вести следователь по особо важным делам Игорь Белоусов. Теперь от него зависит, где будет похоронен сын Любови Тумаевой.
"Коммерсантъ" расскажет о том, как Генпрокуратура будет решать этот вопрос.