Вчера стартовал 51-й Берлинский кинофестиваль. На открытии состоялась мировая премьера военной эпопеи о Сталинграде "Враг у дверей" (Enemy at the Gates). Это самый дорогой из когда-либо произведенных в Европе суперфильмов: его бюджет ни много ни мало $85 млн. Из Берлина — АНДРЕЙ Ъ-ПЛАХОВ.
Берлинский фестиваль открылся без прошлогодней суеты: новый кинокомплекс на Potsdamer Platz еще не обжит, но уже не пугает своими футуристическими пропорциями. А выбор фильма для открытия подчеркнул фундаментальную склонность Berlinale к солидным и политически ангажированным фильмам из разряда тех, куда не стыдно пригласить хоть самого канцлера. Канцлер сослался на грипп и не пришел.
Режиссер Жан-Жак Анно (Jean-Jacques Annaud) давно доказал, что умеет увлекательно снять и доисторических получеловеков-полуобезьян, и средневековых монахов, и таежных медведей. Так что не было никаких противопоказаний, чтобы взяться за изображение русских защитников Сталинграда. Господин Анно на пресс-конференции долго рассказывал о том, сколько документов он изучил в России и за границей, как с пристрастием выбирал места съемок — от Англии до Румынии — и наконец остановился недалеко от германо-польской границы, ближе к Одеру, чем к Волге, где специалистам с немецкой студии "Бабельсберг" было велено на месте бывших советских казарм выстроить "руины Сталинграда".
Семь лет назад отсюда ушли 25 тыс. русских военных (вот была бы аутентичная массовка!), отравив окрестные воды, так что пришлось и воду завезти, и новую электрическую линию воздвигнуть. Что касается сотен "русских" статистов, их успешно сыграли местные немцы. Немного сложнее было с главными героями, но француз Анно сразу решил, что фильм будет англоязычным и никаких там акцентов. Чистый английский — для хороших русских, испорченный американский — для немецко-фашистских захватчиков.
Сюжет столь же документален, сколь и легендарен. Солдат Василий Зайцев (несравненный Джуд Лоу, Jude Law) — стрелок от бога, прошедший практику волчьей охоты в уральских лесах. Благодаря усилиям политрука Данилова (Джозеф Файнс, Joseph Fiennes) Зайцев объявлен в окопах Сталинграда эталоном советского воина и поставлен в центр наступательной пропагандистской кампании. Нацисты посылают на охоту за ним самого меткого фашистского стрелка майора Кенига (Эд Харрис, Ed Harris). Они целыми сутками неусыпно выслеживают друг друга, соревнуясь как профессионалы высшей категории. В конце концов немец погибает, успев снять шляпу перед более искусным противником.
В принципе можно было бы снять шляпу и перед Жан-Жаком Анно с его могучей производственной бригадой. В фильме впечатляют тысячные массовки, пиротехника и сражения на воде. Хотя Юрий Озеров (кстати, тоже отдавший дань легенде Василия Зайцева) владел этой машинерией не хуже. Все остальное столь же состоит из общих мест типа "Волга впадает в Каспийское море". Параллельно разыгрывается романтический треугольник: Василий и его друг-политрук влюбляются в Таню Чернову. Отличие от Озерова в том, что Волга течет на север, а Таня оказывается еврейкой. Если бы можно было представить сиквел "Врага у дверей", то Василию с Таней следовало после войны рвануть на освоение целинных земель Палестины.
В общем, получился фильм художественно не ахти, зрительски тоже не Спилберг. Зато правильный, благородный, неуязвимый даже в своих стереотипах и, разумеется, полезный в качестве исторического пособия для западных подростков. Если они, конечно, пойдут его смотреть. До сих пор, во всяком случае, многие из них были уверены, что вторую мировую войну выиграл вовсе не Василий Зайцев, а рядовой Райан.
Напоследок — типичные журналистские реакции. Немцы в кулуарах обменивались слухами о том, как были довольны русские участники съемок — не только гонорарами, но и винтовками, которые им удалось спереть. Латышская критикесса подошла и злобно сказала: "Ни за что бы не поверила еще десять лет назад, что добровольно пойду смотреть фильм про Сталинград". А молодая журналистка из Питера спросила на пресс-конференции: "Никита Сергеевич Хрущев в фильме и его тезка, возглавлявший советское правительство,— это одно и то же лицо?" Возможно, в вопросе была скрыта ирония, но ни Жан-Жак Анно, ни Боб Хоскинс (Bob Hoskins), играющий Хрущева, ее не просекли и стали долго рассказывать о том, какой был замечательный человек Никита Сергеевич, близкий к народу и любивший солдат.
А в общем среди коллег-соотечественников возобладало мнение, что хоть и клюква, но могло быть и хуже, а немцы пускай артистизмом не блещут, но зато совершили этический подвиг, бросив всю мощь своей кинопромышленности, чтобы показать, как мы их сделали под Сталинградом.