Заявление для печати Бориса Березовского
14 ноября 2000 года
       Сегодня я принял тяжелое решение — не возвращаться на допрос в Россию. Я решился на этот шаг в связи с постоянно усиливающимся давлением на меня власти и лично президента Путина. По существу, меня вынуждают выбирать — стать политзаключенным или политэмигрантом.
       Так называемое дело "Аэрофлота" было выдумано Примаковым, а теперь его реанимировал Путин, недовольный моей критикой его политики. Путина — кандидата в президенты абсолютно не смущало, когда прибыль швейцарских фирм, работающих с "Аэрофлотом", использовалась для финансирования блока "Единство" и предвыборной президентской компании. Но Путин — президент без зазрения совести публично распоряжается перевести меня из свидетелей в обвиняемые по делу "Аэрофлота", а позже угрожает ударить дубиной по голове только за то, что ОРТ рассказало правду о трагедии подлодки "Курск", а я инициировал создание негосударственного фонда помощи семьям погибших моряков.
       Но оставим вопросы морали на совести президента и его окружения — Бог им судья. Политики руководствуются целесообразностью, поэтому главное в этом конфликте — мои принципиальные разногласия с президентом по фундаментальным вопросам развития России.
       Президент Путин ведет бесперспективную этническую войну в Чечне. Разогнав Совет федерации, президент нарушил Конституцию России и способствует развалу страны. Разрушив независимость местного самоуправления, он уничтожил важнейший элемент народовластия. Президент пытается поставить под свой контроль основные средства массовой информации с целью установить режим личной власти. И, наконец, он отдает страну на откуп спецслужбам и чиновникам, которые душат свободу и инициативу, необходимые для подъема России.
       Я ошибся, когда посчитал, что Путин достаточно дальновиден и силен, чтобы понимать необходимость существования в стране оппозиции и не мешать ее созданию. Действия президента с очевидностью продемонстрировали непонимание им основ демократии и слабость его аргументов.
       Я часто и жестоко ошибался в людях, но ни разу не ошибался в оценке политических процессов, происходящих в России. Я уверен, что, если Путин будет продолжать свою губительную для страны политику, его режим не просуществует до конца первого конституционного срока.