Прямая речь
Стоит ли Ельцина ворошить?
       Александр Лившиц, председатель правления банка "Российский кредит", советник премьер-министра РФ по финансово-экономическим вопросам:
       — Да его уже все задергали! Я не знаю похожего прецедента, чтобы человека во власти где-либо в мире атаковали так же, как Ельцина. Тем более без внятно обоснованных претензий. Будто в России не осталось более важных забот, кроме обсуждения персоны Ельцина. Конституционный суд тем самым способен бросить тень на власть. Ельцин — первый президент России, символ российской государственности. Нельзя бороться с символами. Борису Николаевичу сейчас и так сложно наладить нормальную жизнь вне госвласти. Надо дать ему эту возможность.
       
Борис Громов, губернатор Московской области:
       — Неприкосновенность Ельцину и его семье не нужна. Перед законом все должны быть равны — в свое время эти слова были лозунгом самого Ельцина, когда он впервые баллотировался в президенты. И мне не совсем понятно, что подразумевается под неприкосновенностью. Ельцину, который был и остается первым президентом России, должны быть предоставлены все гарантии, знаки отличия и внимание на самом высоком уровне. Это нормально для цивилизованного государства.
       
Василий Бочкарев, губернатор Пензенской области:
       — Касаться Ельцина все же не стоит. Коль скоро у нас нет закона о президентских гарантиях, то эти гарантии Борису Николаевичу дал его преемник. Что является вполне нормальным и человеческим делом. А вот членам семьи Ельцина никакие гарантии не нужны. Ладно, бывший президент, а они-то чем отличаются от простого народа?
       
       Валентин Степанков, заместитель полномочного представителя президента в Приволжском федеральном округе:
       — О полной неприкосновенности бывших президентов и речи быть не может. Если бывшие президенты нарушают закон, то они должны нести за это уголовную ответственность. Поэтому я бы предоставил Ельцину и его жене только социальные гарантии, а уж никак не полную неприкосновенность. А детям и внукам Ельцина вообще никаких гарантий предоставлять нельзя.
       
Александр Музыкантский, министр правительства Москвы:
       — А зачем? Ельцин работал в период межзакония, когда советские и демократические законы существовали бок о бок. Поэтому с правовой точки зрения можно придраться и к первому президенту. Но если устроить процесс над Ельциным, то правовым его уже не назовешь. Он в любом случае будет политическим. Конечно, перед законом все равны. Но мы до этого пока еще не доросли.