Бывший американский бизнесмен, а ныне президент Литвы Валдас Адамкус стал первым иностранцем, избранным на пост главы государства в бывшей республике СССР. После своей инаугурации президент ответил на вопросы корреспондента "Ъ" Марины Калашниковой.
— Пригодился ли вам опыт американского менеджмента на посту президента Литвы?
— Мы имеем дело с двумя разными системами. Я работал в очень открытом обществе, которое было гибко к бюрократическим требованиям. Здесь же с первых шагов я сталкиваюсь с совершенно иным взглядом на бюрократию и административное управление. Здесь больше ограничений, чем все те, с которыми я сталкивался за всю свою жизнь.
— Вы уже успели сформировать свою команду?
— Я бы сказал, что на 50 процентов я уже нашел своих людей. Но сейчас еще нахожусь в процессе обсуждения и поиска. И думаю, что найду своих людей.
— Вы ищете их здесь или будете кого-то приглашать из Америки?
— Я опираюсь исключительно на местные таланты, но, если мне понадобятся специалисты в каких-то особых областях, я приглашу их. В любом случае в своей команде я хочу видеть сильных профессионалов, специалистов, обладающих широкими взглядами и способных работать на своих постах.
— Что из американской политической культуры и практики вы хотели бы перенести в Литву?
— В первую очередь — открытость общества к иной культуре и иному мнению, иным идеям. Я думаю, самое главное, чтобы наше общество доверяло другим, чтобы мы доверяли друг другу. Важно создать атмосферу доверия, чтобы мы не искали в мнениях и высказываниях других какую-то подоплеку и какие-то угрозы себе.
— Литва сильнее других балтийских стран связана с Россией. Будете ли вы учитывать это в вашей внешней политике?
— Да, исторически это так, потому что Латвия и Эстония больше связаны с так называемой германской волной. И протестантизм там имел большее значение и большее влияние. Литва же 120 лет находилась под российским влиянием, под влиянием российской культуры. Но я бы сказал, что влияние этой культуры было достаточно ограниченным. Будучи очень отдаленной провинцией в составе Российской империи, Литва оставалась и достаточно отсталой страной. Возможно, поэтому мы избежали сильного российского влияния и смогли сохранить свою самобытность.
— Что в политических кругах республики думают о вступлении Литвы в НАТО?
— В Литве существуют разные мнения по поводу вступления в НАТО. С одной стороны — политический взгляд, с другой — экономический, и они сталкиваются. Пока трудно подсчитать, сколько это будет стоить. Поэтому в Литве преобладает политический аспект. Постепенно будут обеспечиваться и экономические условия вступления. Но это будет позже.
— Не помешает ли вступление в НАТО хорошим отношениям Литвы с Россией?
— Мы всегда будем стремиться к добрососедским отношениям с нашим большим соседом Россией. В настоящее время Россия несколько иначе смотрит на НАТО, нежели Литва. Но думаю, с развитием демократических процессов в России будет меняться и взгляд на НАТО. В России тоже будут рассматривать альянс не как агрессивную организацию, а как организацию, которая может обеспечить глобальную коллективную безопасность в Европе.
— Как конкретно вы планируете развивать отношения с Россией?
— Надеемся развивать тесное сотрудничество в политической, экономической и особенно культурной сфере. Культурное сотрудничество, по-моему, сблизит людей, их точки зрения, и будет способствовать большему взаимопониманию.
— Каковы перспективы сотрудничества Литвы с российскими нефтяными компаниями? На днях в Литве как раз был глава ЛУКОЙЛа Вагит Алекперов...
— Я знаю, он встречался с представителями парламента, с премьером, с министром хозяйства. Думаю, этот вопрос будет решаться положительно. Это будет совместный проект ЛУКОЙЛа, правительства Литвы и одной из американских компаний.
— В Литве поднимают вопрос о так называемой Малой Литве, то есть нынешней Калининградской области России. Вы допускаете в будущем пересмотр границ?
— Границы уже определились, они установлены, и никаких споров не возникает — ни со стороны Белоруссии, ни со стороны России. Они уже утверждены государственными договорами. И нет никаких причин их пересматривать.
— Вы бывший гражданин страны, которая обоснованно считает себя лидером в области защиты прав человека. Какие шаги по защите прав национальных меньшинств в Литве, прежде всего русского и польского, вы предусматриваете?
— Я принципиально выступаю за защиту прав национальных меньшинств, за развитие их культур, в какой бы стране они ни находились. За 50 лет пребывания в США я на личном опыте убедился, что такие права предоставлялись литовскому национальному меньшинству. И сделаю все, чтобы такими же правами пользовались и национальные меньшинства здесь.
— Какими вы видите перспективы взаимных отношений Литвы, Латвии и Эстонии? Скажется ли на Литве нынешнее ухудшение российско-латвийских отношений?
— Что касается прибалтийских государств, то очевидно, что их сотрудничество между собой будет продолжаться. А что касается нынешних событий в Латвии, то это в какой-то мере несчастный случай. Я думаю, нынешняя проблема со временем все-таки решится сама собой, и Латвия станет опираться на те гуманистические традиции, которые всегда были ей присущи.
— Некоторые СМИ намекали на то, что вы в конце второй мировой войны воевали в составе германских войск. Это правда?
— Абсолютный нонсенс! В партизанском отряде я был ровно 6 недель, и это ни в коей мере не связано с борьбой на стороне Германии. Молодежь сплачивалась на идеалистической основе, собиралась в отряды, чтобы защищать свою землю. Сейчас я понимаю, что это было самоубийство. У нас не было ни оружия, ни патронов, никакого другого военного оснащения. Мы где-то нашли немецкое оружие и французские патроны. Хочу подчеркнуть, что трагедия, которую пережил российский народ и все другие народы, должна стать уроком для всех: решение надо искать не на поле брани, а в мирной жизни. Мой личный опыт, думаю, поможет мне распространить идеи взаимопонимания, терпимости и взаимного уважения людей и народов.
— Вам пришлось переехать в другую страну. Вы уже адаптировались к литовскому образу жизни?
— Не думаю, что это был большой перелом в моей жизни. С точки зрения культурной, я всегда жил в литовской атмосфере, в литовском окружении. В последние 25 лет у меня был постоянный контакт с Литвой. Я посещал Литву почти каждый год. И я удивлен, как быстро Литва восприняла все материальные ценности и блага, распространенные в мире. Так что я могу купить в Вильнюсе те же товары, что и в Чикаго.
-------------------------------------------------------
"В Литве больше ограничений, чем все те, с которыми я столкнулся за свою жизнь"
-------------------------------------------------------
Здоровый образ из американской жизни
Валдасу Адамкусу 71 год. До конца 1944 года он жил в Литве. Вступив в силы национальной самообороны, воевавшие против советской армии, он был вынужден бежать в Германию, откуда после войны переехал в США. Натурализовавшись, занимался бизнесом. 4 января 1998 года Адамкус победил в Литве на президентских выборах, после чего отказался от американского гражданства и вернулся в Литву.
Президент ведет здоровый образ жизни. Он не курит, пьет не более одного фужера вина на приемах, а на обед ест гороховый суп и картофельные блины из столовой, где обедают сотрудники президентского аппарата. Президент обедает всегда в одно и то же время — в час дня, и, как правило, со своим другом и советником Раймондасом Межялисом, который приехал с ним из Америки.
Пока не отремонтирована президентская резиденция, Адамкус вместе с женой живет в доме для высоких гостей. Но плавает президент в обыкновенном городском бассейне. Правда, рано утром, когда там безлюдно.
К собственным слабостям Адамкус относит любовь к женщинам. Однако первая и последняя любовь Адамкуса, если верить его словам,— собственная жена.
Главная миссия, с которой Адамкус прибыл на историческую родину,— положить конец всевластию бюрократии. Один из главных приоритетов — реформа управления. Одна из первых акций — сокращение количества министерств. Следующий шаг — децентрализация власти. Затем — освобождение бизнеса от жесткой государственной опеки.