— Вы знаете, я чуть ли не до последнего ничего не знала. Но догадываться, что он что-то задумал, стала где-то месяц назад. Я думаю, окончательно папа для себя все решил после поездки в Китай. Кстати, уже там я начала замечать какие-то необычные моменты в его поведении. Например, он никогда нигде не ел местную еду — всегда готовил свой повар. А тут у нас был перерыв в рабочем графике, папа лег отдохнуть, а мы с мамой решили перекусить — кажется, утку по-пекински принесли. И тут он неожиданно выходит к нам и говорит: "А чего это вы тут едите? Дайте попробовать".
Но папа никому из домашних ничего не говорил. Когда утром 31-го он дома сказал, что решил уйти в отставку, мама сразу даже не поняла, что он уходит именно сейчас, сегодня. Только Борька (старший внук Ельцина.— Ъ) обиделся. Позвонил и говорит: "Почему я обо всем узнаю по радио".
— Как ваш отец все это перенес?
— Очень хорошо. Я очень за папу волновалась, помню, как мама тяжело переживала уход на пенсию. А он, наоборот, держался очень хорошо, даже нас успокаивал. Я его таким давно не видела. И Новый год мы встретили так хорошо, как давно уже не встречали. Как у нас принято: сначала по свердловскому времени, потом по московскому.
Потом, 1 января, хорошо пообедали. К нам приехали Путин, Волошин, Игорь Сергеев с женой на пельмени — с мясом и с щукой. Где-то часа четыре просидели.
— И что теперь?
— Теперь папа возглавит свой фонд. Там будет библиотека, архив. Я буду ему помогать, туда же перейдут Владимир Шевченко (шеф протокола президента.— Ъ) и Валерий Семенченко (завканцелярией президента.— Ъ). Он давно говорил, что собирается поездить по миру — например, мы хотели побывать в Англии, во Франции. Он же практически ничего не видел. Я иногда ему говорю: помнишь, там-то мы то-то видели? А он отвечает: нет, не помню. Да и что он там из окна машины мог увидеть?