Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Пилота принудили работать на земле

Дело о крушении в Афганистане Falcon завершилось мягким приговором
Мягким приговором завершился в Подмосковье процесс по делу о крушении в Афганистане зимой 2024 года бизнес-джета Falcon 10. Выполнявший санитарный рейс по доставке из Таиланда тяжелобольной россиянки пилот Дмитрий Беляков, по данным следствия, неверно рассчитал запас топлива, что привело к крушению, в результате которого пациентка и ее супруг погибли, а два человека получили тяжелые травмы. Летчик полностью признал свою вину, ему назначены три года принудительных работ.

Олег Харсеев / Коммерсантъ

Люберецкий горсуд Московской области 16 ноября вынес приговор командиру экипажа Falcon 10 Дмитрию Белякову. Процесс проходил в особом режиме и занял меньше месяца, поскольку еще на стадии предварительного следствия пилот полностью признал свою вину в нарушении правил безопасности движения и эксплуатации воздушного транспорта, повлекшем по неосторожности смерть двух лиц, причинение тяжкого вреда здоровью человека и крупного ущерба (ч. 3 ст. 263 УК РФ). Как сообщили “Ъ” в Западном межрегиональном следственном управлении на транспорте Следственного комитета России (ЗМСУТ СКР), чьи следователи занимались этим делом, 44-летний пилот дал исчерпывающие показания и активно сотрудничал со следователями. И хотя Дмитрию Белякову грозил реальный срок, суд ограничился назначением принудительных работ сроком на три года с удержанием из заработной платы 10% в доход государства, а также лишением права управления воздушными судами сроком на два года.
Как сообщал “Ъ”, Falcon 10 потерпел крушение в горном Бадахшане 20 января 2024 года. Он был зафрахтован бизнесменом из Волгодонска 66-летним Анатолием Евсюковым. Мужчина отдыхал в Таиланде со своей 55-летней женой Анной и взрослым сыном Виталием, когда женщина неожиданно заболела и впала в кому. Тайские врачи не могли помочь, и родные решили организовать транспортировку женщины в Москву, для чего и наняли Falcon 10. Сопровождали женщину в полете два российских медика, они использовали ИВЛ.
Falcon 10 с бортовым номером RA-09011 прибыл из подмосковного аэродрома Мячково в аэропорт У-Тапао (Таиланд), принял пассажиров и вылетел в Москву, имея пунктом назначения подмосковный Жуковский. Экипаж состоял из двух человек — командира воздушного суда Дмитрия Белякова и второго пилота Аркадия Грачева.
Оба имели лицензии частных пилотов, хотя по образованию были юристом и специалистом в области муниципального управления соответственно.
Претензий к техническому состоянию самолета не было.
Экипаж бизнес-джета сделал остановку в аэропорту Гайя (Индия) с расчетом направиться оттуда в Ташкент (Узбекистан) для следующей дозаправки. Однако над провинцией Бадахшан в Афганистане пилоты запросили вынужденную посадку в аэропорту Куляб соседнего Таджикистана, сославшись на нехватку топлива. Вскоре пилоты сообщили о последовательном отключении обоих силовых установок и попытались посадить самолет в горах в ночное время. Посадка оказалась неудачной, Falcon полностью разрушился, заболевшая пассажирка и ее муж погибли, а второй пилот Аркадий Грачев и медик Павел Попов получили тяжелые травмы.
Второй врач 26-летний Игорь Сывороткин сумел пешком добраться до ближайшего населенного пункта и вызвать помощь.
Уже через несколько дней всех доставили в Москву.
В ходе расследования выяснилось, что пилоты свои лицензии получили на основании сфальсифицированных документов о прохождении подготовки, кроме того, они нарушили ряд установленных норм подготовки к полету. Основной же причиной трагедии эксперты и СКР признали ошибку Дмитрия Белякова. «При наличии сильного встречного ветра и, как следствие, риска возникновения аварийной ситуации из-за нехватки топлива пилот не принял решение о посадке и продолжил полет при явной угрозе его безопасности. Из-за полной выработки топлива произошло последовательное самовыключение обоих двигателей»,— пояснили “Ъ” в ЗМСУТ СКР.
Адвокат Михаил Загайнов, эксперт финансового университета при правительстве РФ и специалист в области авиационного права, считает, что в данном случае «важнейшее значение» имеет не сама ошибка в расчете топлива, а именно «решение капитана ВС продолжать полет при очевидной угрозе безопасности». «Мягкость же приговора можно объяснить признанием вины подсудимым и сотрудничеством со следствием»,— заявил юрист.

Авторы

  • Сергей Сергеев