Доиграл займ

Коллегия по экономическим спорам ВС признала недействительной сделкой соглашение об исполнении договора займа между находящимся в розыске бывшим совладельцем Соликамского магниевого завода Игорем Пестриковым и пенсионеркой Тамарой Бихнер. Из материалов дела следует, что господин Пестриков перевел ей в 2021 году 110 млн руб. После банкротства бизнесмена госпожа Бихнер предоставила документ, по которому вернула деньги наличными. Финансовый управляющий Игоря Пестрикова убедил ВС, что возврата денег не произошло, поскольку у пенсионерки не было таких средств. В сентябре он подал заявление о банкротстве госпожи Бихнер.

Арбитражный суд Москвы принял иск Ивана Кочкурова, финансового управляющего бизнесмена Игоря Пестрикова, к пенсионерке Тамаре Бихнер. Господин Кочкуров требует признать ответчицу несостоятельной из-за требований 110 млн руб. Обоснованность заявления будет рассмотрена 17 ноября.

Направлению иска предшествовал долгий судебный спор, который в итоге дошел до зампредседателя Верховного суда РФ. Как следует из материалов дела, 24 сентября 2021 года между господином Пестриковым и пенсионеркой 1948 года рождения был заключен договор займа. По его условиям, деньги предоставлялись под 5% годовых до 2031 года. C 29 сентября по 12 октября 2021 года бизнесмен перевел средства госпоже Бихнер на банковский счет.

В ноябре 2023 года Игорь Пестриков был признан банкротом, его финансовый управляющий получил от Тамары Бихнер подписанное должником соглашение о возврате займа. Согласно документу, в апреле 2022 года она вернула бизнесмену 124 млн руб. с учетом процентов. Информации о возврате денег Иван Кочкуров не поверил, тем более что господин Пестриков заявил, что не расписывался в соглашении о возврате займа. Финуправляющий обратился в суд с заявлением о признании сделки недействительной и восстановлении задолженности перед господином Пестриковым. Господин Кочкуров указывал, что пенсионерка не могла вернуть деньги, поскольку у нее не было таких средств. Кроме того, на момент выдачи займа Игорь Пестриков соответствовал требованиям неплатежеспособности и являлся аффилированным к гос­поже Бихнер лицом.

Отметим, что к моменту возникновения спора господин Пестриков был фигурантом уголовного дела об организации хищения 250 млн руб. АО «Соликамский магниевый завод» и о покушении на растрату еще 2,2 млрд руб. Бизнесмен был совладельцем предприятия до изъятия акций в пользу государства. Он покинул страну и был объявлен в розыск. В апреле прошлого года был заочно приговорен к восьми годам лишения свободы. Сейчас он вместе с другим экс-совладельцем СМЗ Петром Кондрашевым заочно обвиняется в мошенничестве в отношении бизнесмена Сергея Поволокина.

Что касается арбитражного дела, то первая инстанция требования финуправляющего удовлетворила, но апелляция это решение отменила. Она согласилась с доводами представителей Тамары Бихнер, что должница являлась платежеспособной, поскольку много лет откладывала деньги, а также получила активы умершего в 1982 году мужа. Свыше 100 млн руб. наличными она хранила в сейфе в загородном доме. Позже это решение устояло в кассации, в рассмотрении жалобы гос­подина Кочкурова экономическая коллегия Верховного суда РФ отказала. Все инстанции установили, что для признания соглашения недействительным не доказаны ни одно из обстоятельств: неплатежеспособность должника на момент заключения договора займа и аффилированность сторон. В итоге спор дошел до зампредседателя ВС Юрия Иваненко, который обязал коллегию снова рассмотреть жалобу финуправляющего.

Повторное заседание коллегии ВС ожидаемо закончилось не в пользу госпожи Бихнер. Судьи согласились с доводами заявителя, что данные о платежеспособности ответчика относятся к 80–90-м годам 20 века, а не к 2021 году, когда был оформ­лен договор займа.

Как указано в определении, на аффилированность сторон договора в данном случае указывает предоставление крупной денежной суммы на длительный срок под низкий процент и без обеспечения. Кроме того, признаки неплатежеспособности Игоря Пестрикова на момент заключения договора подтверждаются судебными решениями о взыскании с него денежных средств. Объективных доказательств финансовой состоятельности госпожи Бихнер, напротив, не приведено — она ограничилась письменным заявлением о наличии денег. Кроме того, ВС указал, что суды не установили конкретных обстоятельств, при которых якобы были возвращены деньги. Судя по материалам дела, определение Тамара Бихнер намерена обжаловать в Президиуме ВС.

Советник практики банкротства и корпоративных споров BLG Антон Бусыгин говорит, что шансы Тамары Бихнер на оспаривание решения ВС в его Президиуме «крайне низкие». «Надзорная инстанция — это исключительная стадия обжалования, и Президиум ВС РФ крайне редко отменяет определения судебных коллегий Верховного суда, особенно по делам о банкротстве, где приоритетом является защита конкурсной массы и прав кредиторов от мнимых или предпочтительных сделок»,— отмечает господин Бусыгин. По его словам, преодолеть позицию ВС в надзоре удается в единичных случаях, обычно только при наличии фундаментальных нарушений единообразия судебной практики, которых в данном споре судом допущено не было.

Старший партнер юридической фирмы Omni Legal Сергей Гуляев считает, что шансов на отмену определения ВС очень мало. По его словам, в судебной практике давно сформированы способы проверки расчетов в наличной форме, всегда проверяется источник средств и финансовое состояние лица, которое передавало средства. «В данном случае ответчик ссылался на сейф, размеры которого позволяли хранить нужный объем наличных, и на сделки по реализации имущества, период которых не соотносится с периодом возврата займа,— рассуждает эксперт.— Такие доказательства, безусловно, не могут подтвердить реальность передачи средств. Отмена позиции ВС РФ в данном случае пошатнет всю судебную практику, которая долго и последовательно вырабатывала верные способы проверки реальности расчетов в наличной форме».

Руководитель практики банкротства консалтинговой группы «Мальгора» Анастасия Олехнович говорит, что определение ВС «вызывает определенные вопросы с процессуальной точки зрения». «Апелляционный суд и суд округа пришли к выводу об отсутствии доказательств аффилированности сторон, тогда как Верховный суд фактически переоценил обстоятельства, положенные в основу этого вывода, и усмотрел признаки фактической аффилированности. Кроме того, он сослался на признаки неплатежеспособности долж­ника, установленные в рамках других обособленных споров. В связи с этим возникает вопрос, не следовало ли направить дело на новое рассмотрение вместо оставления в силе определения суда первой инстанции?»— считает госпожа Олехнович.