Вакансии остаются в прошлом

Первоначальное падение числа вакансий в наиболее затронутых ИИ профессиях относительно остальных сменилось стабилизацией, хотя модели продолжали осваивать более сложные задачи, обнаружили авторы нового исследования рынка труда 110 экономик, опубликованного Международным валютным фондом (МВФ). Вместе с этим компании, ищущие сотрудников с навыками владения ИИ, увеличивали число объявлений быстрее других работодателей, хотя новые возможности трудоустройства пока не компенсируют потерь. Сэкономленное благодаря ИИ время сотрудники направляют на выполнение других обязанностей. Обнаружить влияние использования чатботов на средние заработки и рабочие часы пока не удалось, свидетельствуют данные исследования Brookings в Дании.

Авторы работы «How Is Labor Demand Changing as AI Improves» («Как меняется спрос на труд по мере совершенствования ИИ? Новые глобальные данные»), опубликованной в октябре 2026 года МВФ, впервые, по их словам, сопоставили изменения числа вакансий с последовательным совершенствованием моделей. До сих пор изучение последствий распространения генеративного ИИ для рынка труда преимущественно строилось на сравнении профессий, в разной степени подверженных автоматизации, до и после появления ChatGPT.

Расчеты же МВФ охватывают более 700 млн объявлений за ноябрь 2021 года — апрель 2026 года. Их источником стала Lightcast — аналитическая компания, собирающая вакансии с крупных сайтов поиска работы. С конца 2023 года число объявлений в профессиях, сильнее подверженных воздействию ИИ, стало отставать от динамики остальных; в 2024-м разрыв увеличивался. В поздней части наблюдений их относительное снижение достигало почти 10%. Эта оценка характеризует спрос на новых сотрудников; изменение численности занятых в ней не измеряется. Сравнение внутри стран и отраслей с учетом распространенности удаленной работы позволило авторам исследования отделить полученный результат от общих колебаний динамики найма.

Хотя модели научились выполнять более сложные задачи, разрыв в динамике числа вакансий между профессиями, сильнее и слабее подверженными влиянию ИИ, перестал увеличиваться. Для сопоставления исследователи использовали тесты некоммерческой организации METR, оценивающей, какие программные задачи ИИ способен выполнить самостоятельно. В феврале 2025 года модели смогли самостоятельно выполнять задачи, на которые человеку требовался примерно час, а к концу года — около четырех часов. После достижения первого из этих результатов относительный отрицательный эффект на вакансии в основном стабилизировался. В тестах METR успешным считалось выполнение задачи с вероятностью в 50%. Дальнейший рост возможностей моделей сопровождался сохранением достигнутого разрыва в спросе между двумя группами профессий.

По данным МВФ, сильнее всего спрос сократился в профессиях, где ИИ способен заменять человека, слабее — там, где он помогает сотруднику выполнять его работу. Риск замещения же человека ИИ оказался ниже там, где требуются человеческое суждение, ответственность за результат и взаимодействие с другими людьми. В развитых экономиках число вакансий в профессиях, сильнее подверженных воздействию ИИ, сократилось относительно остальных профессий заметнее, чем в экономиках с формирующимися рынками, включая Россию. В странах с низкими доходами соответствующего статистически значимого эффекта не обнаружено; впрочем, интернет-вакансии хуже отражают распространенную там неформальную занятость. Авторы при этом не обнаружили заметной реакции зарплаты на распространение ИИ в объявлениях, где она была указана.

Одно из возможных объяснений стабилизации разрыва в динамике числа вакансий между профессиями, сильнее и слабее подверженными воздействию ИИ, в том, что работодатели начали искать людей для выполнения задач, появившихся благодаря его использованию. Авторы исследования выделили 51 соответствующий новый навык, включая владение ChatGPT и Copilot, составление запросов к моделям, работу с ИИ-агентами и подключение систем к внутренним данным компании. С 2023 года спрос на такие навыки быстро растет, прежде всего в профессиях, где технология позволяет автоматизировать часть работы.

Компании, разместившие объявления с требованием владения ИИ, в мае 2025 года — апреле 2026 года увеличивали число вакансий быстрее остальных. Такое различие сохранялось и в наиболее затронутых ИИ профессиях, хотя преимущество здесь было меньше. Принадлежность к группе определялась по объявлениям за предшествующий год.

Рост спроса на новые навыки авторы рассматривают как возможную причину стабилизации разрыва динамики вакансий, хотя причинную связь работа не устанавливает. Быстрорастущие компании могли одновременно активнее нанимать людей и осваивать ИИ. Кроме того, к активно применяющим ИИ авторы относят компании, разместившие хотя бы одну вакансию с требованием соответствующего нового навыка. Это не охватывает работодателей, которые обучают действующий персонал или используют ИИ непосредственно, чтобы не нанимать новых людей. Поэтому относительно более быстрый рост числа объявлений в первой группе нельзя считать доказательством того, что использование технологии само по себе создает рабочие места.

Сдерживать изменение найма могут и трудности в использовании ИИ. Авторы указывают на необходимость перестройки рабочих процессов, сложность передачи технологии коллективных решений, стоимость новых моделей и период экспериментов до пересмотра кадровых планов. Работа не позволяет определить, какую часть стабилизации разрыва динамики вакансий объясняет каждый из этих факторов.

Обнаруженное МВФ относительное сокращение числа вакансий в профессиях, которые сильнее подвержены ИИ, само по себе не свидетельствует об увольнениях. Работодатели могут ограничивать наем, сохраняя действующих сотрудников и перераспределяя их обязанности. Соответствующие изменения фиксирует исследование «Still Waters, Rapid Currents: Early Labor Market Transformation Under Generative AI» («Тихие воды, быстрые течения: первые изменения на рынке труда под воздействием генеративного ИИ»), опубликованное в октябре 2026 года американским исследовательским институтом Brookings. Авторы сопоставили ответы примерно 25 тыс. работников 11 профессий в Дании с официальными сведениями об их заработках и рабочих часах. Данные заканчиваются декабрем 2024 года и описывают более ранний этап использования технологии, чем работа МВФ.

У работодателей, не принимавших специальных мер по запуску чатботов, ими пользовался хотя бы раз 41% работников. В компаниях, сочетавших поощрение с предоставлением корпоративных инструментов и обучением, соответствующая доля достигала 93%; ежедневно чатботы применяли 28% сотрудников этой группы. Около трети описанных работниками новых задач связано с проверкой результатов ИИ, этикой и соблюдением требований, примерно четверть — с запуском таких инструментов. По оценкам самих пользователей, экономия составляет около 3% всех рабочих часов: от 0,7% у преподавателей до 6,1% у маркетологов. Среди сообщивших об экономии 85% направляют высвободившееся время на другие обязанности. Дополнительная нагрузка возникает даже у тех, кто не пользовался ИИ, например у преподавателей, проверяющих подготовленные с помощью чатботов задания.

При этом дополнительного изменения заработков и рабочих часов у пользователей по сравнению с теми, кто не пользовался ИИ, не обнаружено; сводные оценки исключают эффекты свыше 2%. Проверка на уровне работодателей также не обнаружила дополнительного изменения общих рабочих часов, фонда оплаты труда и оборота рабочих мест. Пользователи ИИ зарабатывали на 4–9% больше тех, кто им не пользовался, но такая разница существовала еще до ChatGPT. Принимать ее за прибавку от освоения ИИ было бы неверным.

У пользователей чатботов, сменивших профессию, рост заработков с ноября 2022 года по декабрь 2024 года опережал показатель других работников, занятых в обе эти даты, на 12 процентных пунктов. Профессиональные переходы чаще происходили в техническую поддержку и офисную работу, где сотрудники свободнее выбирают рабочие инструменты, а формальные барьеры входа ниже. Исследование также фиксирует связь использования чатботов с профессиональными переходами, не устанавливая его самостоятельного вклада в прибавку к заработку. Не исключено и обратное: люди начали пользоваться чатботами уже после перехода. Самих переходов пока недостаточно для заметного изменения среднего дохода всех пользователей.

Отдельно исследователи проверили связь технологии с ухудшением положения начинающих работников. Их занятость в отдельных затронутых ИИ профессиях действительно сокращалась, но у работодателей, поощряющих чатботы, динамика не была хуже, чем у остальных. Точность оценки позволяет исключить дополнительное изменение доли начинающих работников больше чем на треть процентного пункта. Поэтому приписывать такое сокращение одному лишь ИИ было бы преждевременно. Авторы работы МВФ также в основном не обнаружили существенных различий эффекта между младшими и старшими позициями — среди вакансий с указанными требованиями к опыту.