Заведомо ложные сроки

Арбитражный суд Краснодарского края отказал структуре «Росатома» в выдаче исполнительного листа на решение третейского суда. Тот взыскал с поставщика 111 млн руб. неустойки за срыв поставки оборудования для строящейся в Египте АЭС «Эль-Дабаа». Госсуд установил, что срок поставки в контракте был заведомо неисполнимым, а арбитры не выяснили фактические причины задержки и степень вины сторон. Кроме того, при рассмотрении спора были нарушены процессуальные права поставщика. Исполнение арбитражного решения противоречило бы публичному порядку РФ, заключил госсуд.

Спор возник из договора от 26 сентября 2023 года, по которому ООО «Корпорация АК ЭСКМ» должна была изготовить и поставить АО «Атомстройэкспорт» (структура «Росатома») оборудование для четырех энергоблоков АЭС «Эль-Дабаа» в Египте на 762,4 млн руб. Срок поставки назначили на 30 декабря 2023 года — на исполнение обязательств давалось 67 рабочих дней. Перед изготовлением поставщик должен был согласовать техдокументацию с покупателем, генпроектировщиком и другими организациями.

В итоге в срок ЭСКМ товар не поставила, и тогда «Атомстройэкспорт» обратился в Международный коммерческий арбитражный суд при ТПП РФ (МКАС) за взысканием неустойки. Поставщик возражал, что стороны перенесли срок поставки: в ноябре 2023 года покупатель сам прислал график, где фигурировали 2025–2027 годы. Кроме того, по расчетам поставщика, покупатель фактически затянул согласование документации более чем на 200 дней. «Атомстройэкспорт» в свою очередь отмечал, что согласование шло долго из-за недостатков в документации поставщика. Изучив эти доводы, в апреле 2026 года нижегородское отделение МКАС взыскало с ЭСКМ 111 млн руб. Арбитры сочли, что степень вины сторон равна, и со ссылкой на ст. 404 Гражданского кодекса РФ (ГК) вдвое снизили сумму неустойки.

Однако поставщик решение добровольно не исполнил. По этой причине «Атомстройэкспорт» обратился за исполнительным листом в Арбитражный суд Краснодарского края, но тот 19 октября в его выдаче отказал. Госсуд нашел противоречия в контракте, подчеркнув, что одно лишь согласование техзаданий и конструкторской документации по условиям договора могло занять до 243 рабочих дней — втрое больше срока, отведенного на всю поставку. Расхождения госсуд нашел и в самом решении МКАС. В частности, арбитры признали срок поставки несогласованным, но взыскали неустойку именно за его нарушение.

Отдельным основанием для отказа стали процессуальные нарушения. 10 апреля «Атомстройэкспорт» представил дополнительные возражения, а на заседании 14 апреля арбитры не стали откладывать разбирательство, хотя поставщик попросил больше времени на подготовку контраргументов. В итоге суд заключил, что решение МКАС нарушает принципы соразмерности ответственности, добросовестности и равенства сторон, которые составляют основу публичного порядка РФ.

«Атомстройэкспорт» заявил “Ъ”, что «отказ Арбитражного суда Краснодарского края будет обжалован в установленном законом порядке». “Ъ” направил запрос в ЭСКМ.

Опрошенные “Ъ” юристы называют решение третейского суда противоречивым. Юрист практики спецпроектов Vegas Lex Анна Абалакова подчеркивает, что исчислять просрочку от объективно неисполнимого срока некорректно. Нельзя и уменьшать неустойку вдвое, не установив срок исполнения обязательства и не определив, по чьей вине он нарушен, уверена руководитель практики разрешения споров NK Legal Наталья Коновалова. На ее взгляд, такой подход не соответствует основным принципам действующего законодательства РФ.

Но не все юристы считают, что эти подробности настолько значимы. Даже если вывод суда о заведомой неисполнимости конкретного срока обоснован фактически, отдельный вопрос — достаточно ли этого, чтобы отказать в выдаче исполнительного листа из-за нарушения публичного порядка, рассуждает партнер АБ Nordic Star Анна Заброцкая. Эта часть мотивировки может стать одним из ключевых вопросов при обжаловании, считает она.

Предмет исследования госсуда во многом похож на оценку фактов и доказательств, а это недопустимо, соглашается Анна Абалакова. Госпожа Заброцкая тоже напоминает, что госсуд не вправе переоценивать обстоятельства, установленные третейским судом, и пересматривать его решение по существу. С этим согласна ведущий юрист АБ КИАП Анастасия Рябова. «Оговорка о публичном порядке должна применяться очень узко лишь в случаях, когда есть угроза основам правопорядка, экономического и политического строя государства»,— говорит она. В данном случае таких угроз не прослеживается, а суд переоценил решение арбитров по существу, считает госпожа Рябова. Это превратило суд в «своего рода апелляционную инстанцию», что не соответствует природе международного коммерческого арбитража, резюмирует она.

Но госпожа Заброцкая уточняет, что сводить все решение госсуда к пересмотру спора по существу было бы неточно, поскольку проверка соблюдения процессуальных прав сторон допустима. К тому же актуальная судебная практика допускает отказ в исполнении, если арбитражное решение предусматривало явную несоразмерность взыскиваемой суммы или оставило без оценки ключевые доводы стороны, говорит Анна Абалакова.