Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Долг среди своих

Суд аннулировал контракт между ростовскими компаниями одного учредителя
Арбитражный суд Ростовской области признал недействительным договор поставки между ООО «Производственно-торговое предприятие „Лад“» и ООО «Новатор», по которому в бухгалтерском учете «Лада» числилась задолженность перед «Новатором» на 140,9 млн руб. Суд пришел к выводу, что сделка была мнимой и не подтверждена реальными поставками.

Егор Снетков / Коммерсантъ

Купить фото
Спор инициировал совладелец «Лада» Андрей Чукардин, владеющий 50% компании. Он настаивал, что договор позволял сохранять за «Новатором» право требования на 140,9 млн руб. без подтвержденного встречного исполнения. Суд согласился с доводами о формальном характере сделки. Соответствующая информация содержится в картотеке суда.
Согласно материалам дела, договор от 9 января 2019 года предусматривал поставку продукции по заявкам покупателя. Однако в первом квартале 2026 года кредитовое сальдо «Лада» по расчетам с «Новатором» оставалось неизменным — 140,9 млн руб. Обороты по счету отсутствовали. Эта сумма составляла около 76% от общего кредитового остатка субсчета учета полученных авансов компании, который на конец квартала достигал 184,7 млн руб.
Суд дважды запрашивал у компаний договор со всеми приложениями, первичные документы о его исполнении, бухгалтерские регистры и сведения о расчетах с 2019 года. «Лад» представил договор и бухгалтерскую отчетность за 2018–2024 годы, однако полного комплекта документов, подтверждающих поставки и расчеты, стороны не предоставили.
В результате суд признал договор мнимой сделкой. По ст. 170 ГК РФ такая сделка не создает правовых последствий. С «Новатора» также взыскано 15 тыс. руб. судебных расходов в пользу господина Чукардина.
Отдельно суд рассмотрел обстоятельства заключения договора. На момент его подписания Александр Голубейков был директором обеих компаний. В «Ладе» ему принадлежало 50% долей, в «Новаторе» — 90%. Договор он подписал от имени обеих сторон.
Господин Чукардин указывал, что сделка была совершена с заинтересованностью без необходимого одобрения участников «Лада». Документов, подтверждающих такое одобрение, в материалах дела не оказалось. Суд признал доводы о наличии заинтересованности обоснованными, однако это обстоятельство не стало самостоятельным основанием для недействительности договора.
Суд при этом отклонил довод о том, что договор являлся крупной сделкой, заключенной без необходимого одобрения. Сумма обязательств в 140,9 млн руб. составляла 24,7% балансовой стоимости активов «Лада» на 31 декабря 2025 года при установленном законом пороге в 25%.
Суд также отклонил довод «Новатора» о пропуске срока исковой давности. Договор был заключен в 2019 году, а иск подан в 2026 году. Однако суд указал, что при сделке между взаимосвязанными компаниями срок следует исчислять с момента, когда участник узнал или должен был узнать об обстоятельствах, позволяющих оспорить сделку.
По материалам дела, Андрей Чукардин запрашивал документы о деятельности «Лада», но в мае 2026 года получил лишь общий ответ о возможности доступа к документам «при их наличии». Договор и документы о его одобрении ему предоставлены не были. В августе суд обязал «Лад» передать участнику корпоративную документацию.
Как поясняет юрист Forward Legal Олесь Груздев, после вступления решения в силу «Лад» сможет скорректировать бухгалтерский учет на основании судебного акта. Если по мнимой сделке стороны фактически не передавали деньги или товары, возвращать полученное по ней не требуется.
По словам управляющего партнера адвокатского бюро «Астериск» Владимира Хантимирова, конфликт интересов потенциально может стать основанием для отдельного требования о взыскании убытков с руководителя. Для этого необходимо доказать недобросовестность или неразумность действий директора, размер ущерба и причинную связь между его действиями и убытками.
В случае «Лада» такими обстоятельствами могут быть перечисление денег «Новатору», передача имущества, зачет встречных требований либо налоговые последствия фиктивных операций. Установленные судом обстоятельства мнимости сделки и конфликта интересов могут использоваться при рассмотрении такого спора, резюмировал эксперт.
Наталья Белоштейн