Небо далеко, небо рядом

Начало весны в нашем городе как-то не особенно ощутилось — погода все никак не придет к общему знаменателю с календарем. Новая грандиозная студия известного фотографа Дмитрия Лошагина носит претенциозное имя «Небо 32» и действительно находится на самом верху небоскреба в центре города.

По уверениям самого Дмитрия, этот проект обо­шелся ему в миллион долларов — что ж, очень может статься, именно так все и обстоит: в нашем городе фотоаппарата не дер­жит, кажется, только очень ленивый, поэтому инвестиции в собственное имя вполне оправданны. «Небо 32» видится его создателю не самим фактом собственного позиционирования, но социально значимым и культурологическим объектом — собственно, не станет же он громко заявлять, что было желание создать нормально функ­ционирующую фотостудию, в которой будет, в первую очередь, комфортно работать? В условиях громадного количества предложений на этом рынке качество самих снимков незаметно нивелируется, а конечному потребителю картинка не столь важна, все привыкли к хорошему сервису. Вот с этим в Екатеринбурге похуже. Хочется верить, что новая студия станет местом, где найдут точки пересечения интересов люди с богатым духовным миром. Огромное чистое пространство способно объединить единомышленников и ценителей джазовых концертов и ди-джейских сетов, модных дефиле, публичных чтений, автограф- и фотосессий. Другой вопрос, что люди эти, как правило, объединяются, повинуясь своей собственной внутренней логике, и никого постороннего пускать не особо стремятся. Печальная практика открытия и почти моментального закрытия заведений, претендующих на некую культовость правит бал, поэтому делать какие-то прогнозы, по меньшей мере, неосмотрительно.

Между тем Лошагин взял гран-при российского конкурса полигра­фистов «Мэтр полиграфии». Календарь был единодушно признан лучшим и оригинальным полиграфическим изданием, связанным с планированием делового времени. Любопытно, что это первая и пока единственная безоговорочная победа дизайнера из «третьей столицы». Еще интереснее то, что фотограф вместо несколько поднадоевших известных светских персонажей исследовал глубины совершенно простых людей. Героями его «Лиц» стали работники одного из кирпичных заводов: слесари, наладчики оборудования, нормировщики, разнорабочие. О чем это говорит? Только о том, что удачный кадр может стать художественной находкой только в том случае, если человек по ту сторону объектива готов исследовать мир: беспристрастно и беспричинно. А бытовые студийные условия здесь вовсе даже ни при чем: креативный зуд и способность его реализовывать никак не зависят от количества квадратных метров. Хотя кто сказал, что подниматься под самые небеса и чувствовать себя причастным к этакой культурной богеме — зазорно?

Оксана Файрклоуг