Рынок труда — мозаика дефицитов

— Добрый день, друзья. Мы рады приветствовать вас на полях ВЭФ. И сегодня в нашей студии «Коммерсанта» мы вместе с Романом Губановым, директором по развитию «Авито Работы», обсудим тематику рынка труда и то, как сейчас выглядят запросы со стороны соискателей к работодателям. Добрый день, Роман. Рады вас видеть. И я надеюсь, что у нас с вами получится интересный разговор в продолжение тех кадровых сессий, которые, собственно, уже прошли за те несколько дней ВЭФ, который сейчас идет. Давайте, наверное, начнем с самого такого общего вопроса о том, как себя сейчас чувствует российский рынок труда. И, наверное, перейдем к тому, как ситуация выглядит непосредственно в ДФО. Прошу вас.

— Да, вы, наверное, помните, что последние несколько лет мы и другие эксперты на рынке отмечали дефицитное состояние рынка труда. Наверняка помните, что на всех бизнес-конференциях, форумах обсуждали дефицит. такую проблему поиска новых эффективных инструментов, которые помогут работодателям решить и закрыть кадровую потребность. Сейчас рынок труда немножко преобразился. Он по-прежнему находится в дефицитном состоянии, но мы чаще говорим о структурном дефиците. Суть его заключается в том, что все-таки рынок труда фрагментирован. Он представляет из себя, состоит из нескольких микрорынков, и на каждом из этих микрорынков ситуация может быть абсолютно противоположная. На каком-то микрорынке, который характеризуется группой вакансий, регионом, может быть профицитное состояние, то есть кандидатов немного больше, чем требуется работодателям, и, соответственно, можно сказать, что работодатель диктует свои условия на этом рынке. На других микрорынках ситуация обратная, по сути, сохраняющийся дефицит, кандидатов не хватает, и работодатели но по-прежнему пытаются найти наиболее эффективные способы, которые позволят им решить все задачи, проблемы, цели в обеспеченности кадров. При этом стоит отметить, что все-таки макроситуация влияет на рынок труда. Конечно, да. Можно сказать, что рынок труда охлаждается, если посмотреть на два таких индикатора, как активность работодателей, выраженная в количестве вакансий, которые публикуются в том числе и на нашей платформе. Мы наблюдаем по-прежнему рост числа вакансий, но этот рост замедляется. Если в прошлом году мы фиксировали.. Рост год к году порядка 30%, то есть сейчас в диапазоне 7-10%, опять же, в зависимости от региона или групп профессий, на которые мы смотрим. В то же время это охлаждение привело к тому, что немного выросла активность соискателей. Почему это привело? Потому что работодатель на свою вакансию получает больше откликов. И опять же стремится найти эффективные инструменты, которые позволят ему весь этот соискательский трафик обработать наиболее эффективным образом. Вот, наверное, примерно так обстоят дела сейчас. Можно еще отметить, наверное, такой тренд или изменение. Опять же, в предыдущие годы как следствие ситуации на рынке труда мы наблюдали, рост, даже, наверное, опережающий рост заработных плат. Опять же, охлаждение привело к тому, что этот рост замедлился. Опять же, нельзя сказать, что заработные платы не растут или остановили свой рост. Нет, они по-прежнему растут. Опять же, в диапазоне, наверное, от 3 до 7 процентов. То есть, в принципе, коррелирует с ростом количества вакансий, опубликованных на рынке. Но при этом, опять же, этот рост не такой, как был в прошлом году, когда мы наблюдали плюс 30 процентов и плюс 37.

— Да, это был другой год с точки зрения А есть ли на ваш взгляд какие-то сферы, в которых картина выглядит иначе? Потому что мы как будто бы, если сравнивать с тем, что было 10-15 лет назад, мы как будто бы с одной стороны гораздо больше знаем о российском рынке труда, появилось гораздо больше способов его измерять, его учитывать, и мы видим просто гораздо больше цифр с одной стороны. А с другой стороны, как будто бы мы фактически действительно оказались в ситуации, когда у нас происходит такое дробление экономики, и в разных секторах может быть очень разная разнонаправленная динамика. То есть вот если смотреть по секторам, кто сейчас, на ваш взгляд, в лидерах с точки зрения охлаждения спроса на труд, а кто, наоборот, продолжает активно набирать?

— Продолжение предыдущего тезиса. Вы говорили о сравнении 10-15 лет назад. Если 10-15 лет назад наибольший спрос и активность стороны работодателя наблюдалась скорее в потребительском секторе, в финансовом секторе, то сейчас это скорее промышленный сектор. Мы наблюдаем наибольший рост количества вакансий, и, соответственно, как раз-таки там отмечается самое дефицитное состояние. Мы видим, что количество вакансий в промышленности растет, но при этом количество соискателей, которые готовы обеспечить и удовлетворить этот спрос, оно, безусловно, ниже, чем количество вакансий на рынке. Плюс, говоря опять же о микрорынках, можно отметить, что В разных регионах складывается ситуация по-разному. Это зависит в том числе и от того, какова экономическая структура. И давайте попробуем назвать это портретом экономическим региона. Соответственно, тот регион, в котором преобладает сфера услуг, потребительский рынок. Там мы можем наблюдать такую ситуацию охлаждения, наверное. Мы видим и снижение количества вакансий, и преобладающая рост соискательской активности. Соответственно, по потребительским рынкам, я имею в виду в том числе и сферу услуг, IT-услуг. Это те рынки, которые охлаждаются. Бум как будто бы закончился. И, соответственно, мы видим в том числе и высвобождение некоторых специалистов, которые выходят на рынок ввиду того, что часть инвестиционных проектов либо останавливается, либо закрывается в целом. В тех регионах, где появляются новые производственные предприятия, где развивается сфера логистики, логистики как транспортной логистики, так и складской логистики, где перерабатывающая или добывающая промышленность развивается, там мы видим всплеск активности работодателей на рынке труда. Ну,

— Соответственно, опять же, говоря о профиле регионов различных, можно ли здесь назвать с учетом экономического портрета каких-то лидеров и каких-то, скажем так, аутсайдеров?

— Я не ответил еще на ваш вопрос относительно ДФО. Как раз-таки ДФО, конечно, можно.. Отнести к лидерам на рынке труда, лидерам с точки зрения работодательской активности, здесь кратно растет количество вакансий год к году, более 100% в зависимости от конкретной индустрии. Но если мы говорим про, в том числе, логистическую индустрию, в логистике очень много вакансий, в производстве и в пищевой промышленности. Производство или промышленность в целом — это что-то очень агрегированное, там можно смотреть более детально. В частности, Дальний Восток. характерен рыболовством и рыбопереработкой, соответственно, там очень много вакансий. Плюс на Дальнем Востоке развивается сфера такого событийного маркетинга, в частности, текущее мероприятие как раз-таки является примером этой отрасли, а это ведет за собой появление таких вакансий как повар, представители сферы обслуживания, различного рода официанты, администраторы, координаторы. Это тоже характеризует рынок труда на Дальнем Востоке.

— Если опять же возвращаться к рынку в общенациональном масштабе, есть ли какие-то тренды, которые.. которые ярко проявили себя за последние годы, и которые сейчас тоже постепенно, например, сходят на нет, и у нас меняется ландшафт, собственно, трудовой активности. Например, несколько лет назад, когда был пик объема вакансий, сильно росла текучка, ну, просто потому что люди могли по одной вакансии поработать 3 месяца, и дальше — еще три месяца. Постоянный был такой круговорот, очень большой, очень большие цифры, в 23-й, наверное, годы. Стало ли меньше текучки сейчас по мере, соответственно, снижения количества числа предложений от работодателя?

— Текучка тоже имеет несколько характеристик. Вот тот пример, который вы назвали, можно, наверное, отнести к такой добровольной текучести кадров, когда люди по собственному желанию принимают решение закончить трудовые отношения с одним работодателем и перейти к другому. Опять же, ввиду такой обострившейся конкуренции на рынке труда, работодатели в том числе конкурировали с помощью повышения заработных плат или расширения пакета своих компенсаций и бенефитов. чтобы активировать как раз-таки такую активность со стороны соискателей. Сейчас ввиду, как мы сказали с вами, охлаждения, безусловно, в тех сферах, Мы говорили о IT, в том числе и финансы, которым можно отнести и бухгалтерию. В крупных городах, например, мы наблюдаем определенную роду охлаждения. Но давайте поговорим о трендах. Я предлагаю сначала о хорошем. Дефицитная ситуация на рынке труда привела к тому, что работодатели начали расширять границы найма и, соответственно, искать новые возможности, с помощью которых они могут закрыть свою кадровую потребность. Почему, собственно говоря, к этому они пришли? Потому что, как вы знаете, безработица по-прежнему на беспрецедентно низком уровне в 2,2%, более 60% трудоспособного населения заняты. Приводит к тому, что нужно искать новые сегменты рынка, которые можно вовлечь. Такими двумя сегментами являются молодежь и более старшее поколение. Соответственно, к чему это привело? К тому, что работодатели начали снижать входной порог. меньше требовать опыта или в целом готовы принимать соискателей без опыта работы, соответственно, инвестировать в их обучение, в их подготовку для того, чтобы они уже соответствовали тем требованиям, которые предъявляет работодатель. И мы видим, что количество вакансий без опыта работы выросло на 68% на нашей платформе, продолжает расти. То же самое касается и про людей старшего поколения. К старшему поколению я отношу 45+, может быть, кто-то обидится, но…

— Нет, есть объективные принятые определения.

— Да, но здесь ровным счетом такая же тенденция. Более чем 68% вакансий работодатели отмечают, что эти вакансии доступны для людей старшего возраста. Это означает, что в том числе работодатели поменяли свои операционные процессы, бизнес-процессы для того, чтобы соответствовать опыту, возможностям, в том числе и физическим возможностям людей более старшего поколения. Наверное, хороший тренд. Мы в итоге.. Снизим безработицу среди молодого поколения, обеспечим их возможностью получить разнообразный опыт. И добавляя еще один тренд, это тренд развития гибкой занятости, мы видим, что кратно растет количество предложений, в которых работодатели.. и разбили свою постоянную занятость, которая характерна чаще всего такими стандартными графиками работы, 8 часов, 10, 12 часов на маленькие смены. Это дает возможность соискателям фактически попробовать на вкус профессию, корпоративную культуру того или иного работодателя, попробовать себя даже в разных отраслях, по сути, сферах деятельности, а может быть, даже и в разных регионах, если мобильность позволяет. И это тоже такой характерный тренд. Соответственно, это привело к тому, что на рынке, вы знаете, растет разного рода решения в области платформенной занятости. И сейчас в основном предложения со стороны работодателей преобладают в отрасли ритейл, но потихонечку-потихонечку подсоединяются все новые и новые представители других отраслей, там и производства немного, ну и, безусловно, сфера финансов, сфера обслуживания, сфера питания или HoReCa, куда относятся отели, рестораны и кафе, ну, примерно так.

— Я на самом деле думаю о вот какой истории, о развитии, например, внутренних бирж труда, потому что гибкость Это же тоже, на самом деле, некоторый вариант текучки в конечном итоге, когда человек понимает, что он может несколько часов фактически поработать на одного работодателя, потом несколько часов на другого и так далее и тому подобное. И таким образом у него оказывается множество компаний, с которыми он связан, что, соответственно, ему, например, дает больший доход, большую гибкость и большую возможность маневрировать. А для компании, например, с другой стороны, это создает запрос на.. более качественные цифровые инструменты для управления такого рода потоками, которые у нас раздробились на множество маленьких. С другой стороны, внутри работодателя это создает запрос на большую четкость в плане, например, выполнения задания, которые они дают в рамках такой подработки. Ну и, соответственно, на решения в дальнейшем каких-то историй, связанных уже с лояльностью. Потому что если человек раньше, сотрудник полностью им принадлежал, в каком-то смысле, хотя бы в рамках отведенного рабочего времени, А сейчас уже возникает ситуация, в которой он параллельно может сравнивать, параллельно на кого-то работать, и, конечно, это создает ситуацию, в которой нужно как-то перестраивать с ним взаимоотношения, чтобы менять те инструменты, которые раньше поддерживали его лояльность, но которые перестали быть эффективными в ситуации такого постоянного множественного выбора.

— Вы абсолютно правы. Я бы, наверное, еще чуть-чуть раскрутил эту спираль. Это привело не только к конкуренции между работодателями, которые вынуждены и перестраивать свои процессы, и внедрять новые технологические решения, которые позволят им как раз-таки операционно управлять такой гибкостью, но еще и конкуренции между регионами, потому что мы знаем, что в России развивается инфраструктура, которая позволяет людям путешествовать или переезжать из региона в регион. Мы знаем об уже сложившемся на протяжении десятилетий тренде о переезде людей из малых городов и регионов в более крупные. И, соответственно, такой уже культурный код фактически, что вся лучшая карьера возможна только в столице.

Текущая ситуация на рынке труда обостряет конкуренцию между регионами и на самом деле дает возможность в том числе и малым городам и регионам, которые ранее выступали донорами для столиц, выиграть в этой конкуренции. И для того, чтобы обеспечить им конкурентные преимущества, мы в том числе сделали большой проект, назвали его «Здесь я есть». И очень хотим вместе с регионами, вместе с работодателями, представляющими эти регионы, вместе с общественными и государственными организациями рассказать о преимуществах жизни в малых городах и регионах и таким образом решить две большие задачи. С одной стороны, удержать людей внутри малых городов. Рассказываем о том, что можно все-таки построить свою жизнь не вокруг работы, а вокруг жизни. которая, как нам кажется, все-таки преобладает в малых городах, нежели в столице. И вот такой проект мы развиваем, анонсировали буквально здесь, в стенах ВЭФа. И я надеюсь, что в следующем году мы приедем, и уже этот проект получит действительно всероссийский охват, и многие регионы присоединятся, и мы сможем на цифрах показать, какое количество людей осталось в конкретных малых городах и регионах, построили свою прекрасную карьеру. и в том числе поделиться их впечатлениями о том, почему же они остались и как складывается их жизнь.

— Ну, слушайте, тогда ждем с нетерпением. Через год ровно договорились. Мне хотелось бы, наверное, чтобы мы сейчас поговорили о том, как в этих новых сложившихся обстоятельствах, новом ландшафте рынка труда, чувствует себя, собственно, сайт по поиску работы. Как такой главный оператор, главный посредник между работодателем и соискателем. И понятно, что когда у вас баланс сил меняется, меняется эта роль, которую берут на себя агрегаторы вакансий. Что они видят в своей перспективе сейчас? И что за услуги они будут развивать для работодателей, чтобы оставаться для них нужными и эффективными?

— Да, вы, мне кажется, верно отмечаете роль джоб-бордов или платформ, которые обеспечивают связь между работодателем и соискателем и наоборот. Все-таки более 90% людей ищут сейчас работу с помощью такого рода сервисов, в том числе и с помощью нашей платформы. И, конечно, с учетом ситуации на рынке труда, наша задача, с одной стороны, обеспечить, и в первую, наверное, очередь, обеспечить инструментами поиска работы соискателей. И в эту сторону инвестируем и мы, и наши коллеги по рынку. Как инвестируем, какие решения мы предоставляем. Все, опять же, знают про развитие инструментов искусственного интеллекта. Но в соискательской аудитории эти инструменты помогают, например, в массовых профессиях, даже неквалифицированных профессиях. быстро создать резюме. Может быть, это будет очень простая анкета-резюме, но который буквально за несколько секунд позволяет тебе создать профиль на платформе и уже приступить к поиску работы не в виде просматривания объявлений, а в виде уже конкретного акцепта того или иного предложения. Обладая большими данными о соискателях, мы можем помочь им дообогатить их профиль на платформе для того, чтобы их профиль соответствовал большему набору потенциальных предложений. И, соответственно, наша задача не только обогатить, но и порекомендовать им, возможно, те вакансии, которые они с помощью самостоятельного поиска не увидели.

Таким образом, опять же, расширяя границы возможностей, для них не всегда очевидны. Помимо этого, безусловно, если уже переходить на сторону работодателей, опять же, инструменты искусственного интеллекта могут работать и на этой стороне. То же самое. Все, что касается.. упрощенного составления профиля вакансий, описания вакансий. Все, что касается автоматизации обработки соискательского отклика, а это большая проблема. Если сейчас посмотреть на обратную связь, которую дают соискатели, наверное, вы часто слышите, мы точно слышим, что вот мы откликаемся на множество вакансий, но при этом один из десяти работодателей только нам отвечает, или где-то коммуникация в процессе может теряться, прерываться. Мы хотим обеспечить и работодателям, и соискателям удобными инструментами, которые позволят обеспечить непрерывную, быструю, комфортную для обеих сторон коммуникацию. Это можно сделать в том числе через автоматизированные инструменты, построенные в том числе на генеративном искусственном интеллекте. Что еще? Еще, безусловно, инструменты, которые позволяют работодателям не только самостоятельно осуществлять поиск сотрудников путем публикации вакансий, применения различных сервисов, которые делают их объявления видимыми.

Это решение, давайте назовем это упрощенной лидогенерацией, но только более умной лидогенерацией, которая учитывает множество параметров и профилей кандидатов, которые на определенной исторической дистанции точно наиболее релевантны для этой вакансии, для этого работодателя, соответственно, мы такого рода решения тоже строим и уже на самом деле тестируем с различными работодателями. Ну и, безусловно, на примере проекта, о котором я говорил, вы видите, что мы уже являемся такими очень активными участниками рынка, рынка труда, я имею в виду, или рынка занятости, я больше люблю так его называть, стараемся помогать решать большие государственные задачи, в частности и по развитию Дальнего Востока, и по повышению его привлекательности, и других регионов, и малых городов, как я уже говорил, я уверен, что таких проектов будет больше, а здесь можно, соответственно, уже менять. Мы можем участвовать в популяризации производственных профессий, таким образом решая системную проблему дефицита людей в этих профессиях и повышая их привлекательность. Ну, это такая долгая-долгая история, потому что все-таки работать над имиджем нужно долго, и и выстраивать не только медийную составляющую, но и, безусловно, менять систему образования для того, чтобы люди.. Мы создаем ожидания, а дальше эти ожидания все-таки не рушились в тот момент, когда люди получают необходимую профессию и потом работодатели. Это большая система работ, которую мы продолжим выстраивать и с государственным сегментом, и, безусловно, с коммерческим рынком работодателей.

— Это, на самом деле, тоже очень интересный тренд, долгосрочный, если мы с вами вспомним ситуацию, 10 лет назад, опять же, и те взаимоотношения между государством и работными сайтами, которые тогда выстраивались, там же не было практически никакой социальной составляющей и взаимодействия в каких-то партнерских историях. В этом смысле было некоторое государственное регулирование работных сайтов как бизнеса, а теперь мы видим, с одной стороны, активность государственную в плане большего регулирования рынка труда и решения вот этого запроса компаний, на подходящих соискателей, за счет, например, работы в России, развития кадровых центров и так далее. А с другой стороны, мы понимаем, что действительно и сами работные сайты гораздо активнее вовлекаются в разные проекты. И здесь как будто бы можно ждать действительно довольно большого синергетического эффекта для рынка труда и, наверное, для того молодого поколения, которое сейчас выходит и которое оказывается в довольно сложной ситуации. Особенно сложный, потому что, как показывает, например, статистика по странам АЭСР, та история с выбором профессии, которая несколько поколений назад, даже несколько десятилетий назад решалась у молодых людей достаточно просто. А сейчас, когда возможностей становится больше, вот эта точка выбора становится все более и более проблематичной. Если раньше среди подростков 15 лет в странах АЭСР условно, 60% в 15 лет плюс-минус знали, чем они хотят заниматься, ну, или, по крайней мере, считали, что они выбрали какой-то свой карьерный путь, а это уже, по крайней мере, какое-то движение, то сейчас их доля сократилась примерно в два раза. Да, и мы имеем огромное количество молодых людей, которые будут которым нужно помогать, которым нужно показывать, которым нужно как-то поддерживать тот выбор, который они могут сделать. Я думаю, что в России в этом смысле ситуация, по сути, аналогичная. И в том числе поэтому мы видим такой запрос от молодежи, в том числе на гибкость, на разные новые инновационные форматы подработки, потому что они пытаются.. активнее найти себя справиться с этой неопределенностью да как бы и соответственно вот это вот та история которая конечно работа и государственных сервисов и сервисов работных сайтов она будет очень востребован.

— Вы совершенно правы. Единственное, что немножко вас поправлю и 10 лет назад Те решения, которые мы и наши коллеги предлагали, они все-таки имели социальную направленность.

Просто весь наш бизнес построен фактически вокруг социальной функции. Мы помогаем людям найти работу. А то, что касается взаимодействия между платформами и государством, действительно, его стало значительно больше. И, на мой взгляд, это очень хорошая тенденция, потому что, опять же, здесь множество синергий. в части того аспекта, о котором вы сказали, и в части профориентации молодежи, ее маршрутизации в наиболее востребованные на рынке профессии и в развитии тех или иных регионов, и в создании, и в анализе рынка труда, и попытки его прогнозирования для того, чтобы, опять же, и сфера образования могла подготовиться, и выстроить программы обучения по тем профессиям, которые действительно будут востребованы в бизнесе или в государстве в долгосрочной перспективе. Да, и такого взаимодействия больше, и я уверен, что это приведет к качественно новой вообще и структуре рынка, и, на мой взгляд, в конечном итоге к тому, что потребители и нашего продукта, и, соответственно, государственных услуг получат просто продукт еще лучшего качества.

— Ну, будем надеяться, что так получится. и произойдет, ну и, соответственно, через год, как мы уже сказали, будем смотреть на ваш проект и на те его результаты, которые он как раз покажет, в частности, в решении социального запроса. Спасибо вам большое. Спасибо, Анастасия. Спасибо вам большое, друзья, что были с нами. С вами были Роман Губанов, директор по развитию «Авито Работа» и Анастасия Мануйлова, обозреватель отдела экономики газеты «Коммерсантъ». До новых встреч.