«Интересы производителей и переработчиков вторсырья требуют баланса»

Включение в производственные процессы вторичных ресурсов сегодня является одной из задач, поставленных государством перед компаниями энергетической отрасли. О том, каких успехов удалось добиться в ее решении, с какими преградами пришлось столкнуться и какова роль государства в этом процессе, рассказал генеральный директор Национальной Ассоциации развития вторичного использования сырья (АРВИС), директор по обращению со вторичными материальными ресурсами «Сибирской генерирующей компании» (СГК) Петр Саньков.

— В 2022 году федеральное правительство утвердило комплексный план по повышению объемов утилизации золошлаков V класса опасности. Каковы его основные целевые ориентиры?

— Переработка вторичного сырья — это задача, стоящая перед всей российской экономикой. В отношении энергетики речь идет, прежде всего, об использовании золошлаковых отходов (ЗШО, см. справку). Цели для нашей отрасли указало Минэнерго РФ в Энергетической стратегии Российской Федерации до 2050 года. К 2035 году необходимо утилизировать 50% золошлаков, а к 2050 году — уже 90%. Показателя для промежуточного этапа — 15% к 2024 году — достигли уже практически все энергокомпании.

Что мешает двигаться в этом направлении? С одной стороны, производители ЗШО не готовы системно отгружать продукт потребителям. Для этого необходимо провести реконструкцию станций, построенных в советское время. Нужно строить большие хранилища золы, потому что основной объем сжигаемого угля приходится на осенне-зимний период, а основной объем производства стройматериалов — на лето. Такие проекты требуют миллиардных вложений. Но понятно, что энергокомпании, первостепенная задача которых лежит в сфере надежности производства и транспортировки тепла, вкладываются в системы отгрузки золы по остаточному принципу.

С другой стороны, потребитель золошлаков должен получить доступ к недорогим инвестициям. Если переработчик всю жизнь работал с песком, а ему надо переходить на золу, он должен поставить дополнительные силосы и программное обеспечение. Ему нужен маркетинг на новую линейку с использованием золы, потому что его «кубики» вчера были белыми, а завтра станут сероватыми.

Интересы производителей вторсырья и переработчиков требуют баланса. Управлением этим паритетом, на наш взгляд, должно заниматься только государство. Переработчик, который использует золу, должен иметь преференции для поставок своей продукции в государственные проекты. Я видел в Китае станции, где вообще нет золоотвала, но именно потому, что там государство выстроило такую цепочку, по которой зола сразу идет конечному потребителю. Потребитель заинтересован в этой золе, потому что у него снизилась себестоимость. И он получил определенные преференции от государства для того, чтобы поставить у себя оборудование для использования золы. В выигрыше оказываются все.

— Насколько наше государство вовлечено в выстраивание баланса интересов производителей ЗШО и потребителей этой продукции?

— Оно уже активно включилось. Есть ряд документов правительства, которые начали процесс регулирования взаимодействия между производителями и переработчиками. Например, постановление №1224 об экологических требованиях к отдельным видам товаров при госзакупках и №1991 о порядке подтверждения производства товаров с использованием вторичного сырья. Взаимодействуя с Минстроем РФ со стороны СГК и АРВИС, которую я возглавляю в качестве гендиректора, мы наблюдаем, насколько федералы погружаются в процесс. Например, внесение золы-уноса в классификатор строительных ресурсов позволяет любому проектировщику увидеть этот стройматериал в своих справочниках. В ближайшее время золошлаковые материалы как техногенный грунт также будут внесены в этот классификатор.

Но это только первые шаги. Для синхронного движения в решении проблемы к нему должны подключиться регионы. Субъекты федерации, согласно одному из постановлений правительства, приняли свои программы повышения объемов утилизации золошлаков. Но чаще всего они наполнены теми проектами, которые нашли сами энергокомпании.

Предложения же должны исходить как раз от региональных властей. Строится, например, под Новосибирском промышленно-логистический парк на переувлажненных глинистых грунтах. Мы показали эффект использования золы-уноса в таких случаях — тиражируйте! Необходимо реализовать проект КРТ с засыпкой оврага? Обращайтесь и используйте! Пора региональные программы наполнять конкретным смыслом.

Мы, со своей стороны, ни в коем случае не рассматриваем это направление деятельности как источник дополнительного дохода. Это было бы утопией. Философия СГК заключается в том, что деятельность по обращению с золошлаками должна быть самоокупаемой. Выручка от реализации золы-уноса реинвестируется в системы ее транспортировки, в новое строительство и реконструкцию, в научно-исследовательские разработки.

— Насколько масштабной является проблема переработки промышленного вторсырья?

— Всего в РФ образуется 20 млн тонн золошлаков в год. На СГК с ее 25 угольными станциями приходится немалая часть этого объема. Это во многом продиктовано экономико-географической спецификой. Дело в том, что СГК работает в восточной части страны, где расположено подавляющее большинство объектов угольной генерации России. Основным же производителем ЗШО в составе нашей компании остается Рефтинская ГРЭС в Свердловской области, выдающая 4–5 млн тонн в год.

Если же говорить о промышленных отходах в целом, то их образуется более 7 млрд тонн. Львиная доля этого объема — отходы угольщиков, вскрыша. Даже в химической или лесной промышленности отходов больше, чем золошлаков.

— Каковы основные способы использования золошлаков?

— Золошлаки хранятся в отвалах в увлажненном виде. Когда они высыхают, то превращаются в обыкновенный техногенный грунт, хорошо подходящий, например, для вертикальной планировки территории. Если участок требует выравнивания для строительства объектов или благоустройства, то золу можно отсыпать вместо обычного грунта. В дорожном строительстве есть потребность в строительстве насыпей. Еще один вариант использования — рекультивация хранилищ других отходов путем их перекрытия таким техногенным грунтом.

Зола собирается в сухом виде в бункер или в силос для отгрузки потребителю. Во всех развитых экономиках мира она является заменителем цемента при производстве строительных материалов. В первую очередь тех, что содержат бетон. При использовании золы-уноса происходит сокращение затрат переработчиков на производство конечной продукции. Как следствие, потребитель получает продукцию сопоставимого качества, но с меньшей себестоимостью и меньшей отпускной ценой. Мы подсчитали, что при 20-процентном замещении цемента золой-уноса в бетоне экономия для производителя составляет 18–19%. Если пересчитать экономию в масштабах страны, то она будет исчисляться миллиардами рублей.

В 2025 году СГК из 10 млн тонн золошлаков реализовала 610 тыс. тонн. Процент может показаться небольшим, но надо иметь в виду, что он постоянно растет, и мы приближаемся к отметке в 1 млн тонн без какой-либо глобальной поддержки со стороны государства.

— Кто является главными потребителями этой продукции?

— У Рефтинской ГРЭС, с ее крупнейшей в стране системой отгрузки золы, находится крупный завод по производству газобетонных блоков. В таких блоках доля золы-уноса по массе достигает 80%. Она полностью заменяет песок, потому что основная составляющая этой золы — оксид кремния. В качестве крупных потребителей могу назвать новосибирский завод сухих цементных смесей «Геркулес», кузбасский «Технофлекс».

В целом же у нас более 80% потребителей — производители различных видов бетона. Это очень специфический сегмент, где конкурентные преимущества играют решающую роль. Дело в том, что вход на этот рынок с точки зрения капитала невысок, поэтому участников много. И если уж кто-то из них получает конкурентное преимущество, например, по цене от использования золы, то старается об этом не распространяться.

Поэтому задача СГК заключается в том, чтобы демонстрировать возможности и экономическую эффективность этого направления. Например, я уже упоминал технологию работы на глинистых грунтах. Мы предложили использовать ЗШО для укрепления и осушения грунтов на территории Новосибирского оловокомбината. Этот участок был крайне переувлажнен, бульдозеры буквально тонули. Первоначально там использовалась технология смешения извести с переувлажненным грунтом, а мы предложили вместо извести сухую золу, которая показала свою эффективность. При десятислойной прокатке с золой-уноса удалось сформировать подушку из тощего бетона. Теперь на этом месте стоят склады.

Аналогичные работы были проведены при строительстве новосибирского комплекса Wildberries. В общей сложности в двух проектах было использовано 20 тыс. тонн золы. Эта технология постепенно распространяется.

— Учитывая широкое распространение использования промышленного вторсырья за рубежом, возможны ли поставки российских золошлаков за границу?

— Золошлаки в качестве техногенного грунта за границу, конечно, не повезешь. Зола-уноса тоже имеет, как мы говорим, эффективный радиус. Перевозить ее автотранспортом имеет смысл на расстояние до 300 км. Если везти железнодорожным транспортом, то плечо будет гораздо больше. Например, из Свердловской области идут поставки в Мурманскую область.

Недавно у нас произошло знаковое событие, когда мы осуществили поставку с Урала в Казахстан. Рефтинская ГРЭС сжигает экибастузский уголь. Теперь получается, что в Казахстан после сжигания угля на переработку отправляется зола из Свердловской области. Такой, если хотите, вариант экономики замкнутого цикла. Потенциальный объем поставок до конца 2026 года оценивается в 15 тыс. тонн, или около 288 железнодорожных вагонов.

В линейке нашей продукции из золы есть и такой продукт, как микросферы. Полые стеклянные шарики диаметром в один микрон крайне востребованы в ряде специфических производств. В качестве потребителей выступают производители красок, стоматологических смесей, тампонажных материалов для нефтяников, композитов и др.

Ранее осуществлялись экспортные поставки такой продукции. Для сравнения: золошлаки СГК как грунт реализуются за 1 руб., цена золы-уноса варьируется в зависимости от востребованности и качества, возможности отгрузки от 350 до более 600 руб. за тонну. Стоимость же микросфер достигает 50 тыс. руб. за тонну, а в экспортных поставках она вырастала до 100 тыс. руб.

— Насколько важна в вопросе утилизации ЗШО экологическая составляющая?

— Прежде всего, надо иметь в виду, что подавляющее большинство промышленных отходов в РФ, в том числе золошлаки, металлургические шлаки или фосфогипс, который производят производители удобрений, имеет V, то есть наименьший класс опасности. Такие отходы не требуют лицензирования для перевозки или обращения с ними.

Зола никакого негативного влияния на почвы и растительный мир не оказывает. Порой старые золоотвалы сами зарастают так, что образуется просто непроходимая чаща. На золоотвале новосибирской ТЭЦ-2 обильно растет облепиха.

Еще в советское время проводились совместные с аграриями опыты. Например, на Рефтинской ГРЭС использовали золу-уноса в качестве одного из элементов комплексного удобрения. Вместе с уральскими учеными высевали технические культуры, удобряя смесью торфа, золы и помета с местной птицефабрики. Получили прирост урожайности.

Кстати, использование тонны золы-уноса при производстве цемента уменьшает выброс углекислого газа на ту же тонну. Потому что в традиционном производстве цемента дожигается клинкер, а зола делает этот процесс ненужным.

Мы постоянно проводим и радиологические исследования золы-уноса, несмотря на то, что таких обязательных требований к ней нет. Тем не менее, мы ежегодно добровольно подтверждаем, что зола не просто безопасна. При допустимом значении 370 беккерелей на килограмм ее показатель — в два–три раза ниже.