Ох уж эти сказочники
Что стоит за ценой главного enfant terrible Бордо — крестьянский труд или жажда наживы?
Список на звание самых дорогих вин мира практически неизменен — свежие винтажи Le Pin и Screaming Eagle, аукционные лоты Domaine de la Romanee-Conti, Domaine Leroy и «большой пятерки» бордоских grand cru. Главное обновление самых-самых за последнее десятилетие — игрок, который обещает нарушить все сложившиеся правила игры в суперпремиальном сегменте.
Фото: Liber Pater
Фото: Liber Pater
Возмутителя спокойствия с пафосным именем Liber Pater, отсылающим к древнеримскому божеству виноделия, производят в Бордо, а точнее в 30 км к югу от знаменитой столицы виноделия. С точки зрения территориальной привязки оно могло бы классифицироваться как Grave AOP, но совершенно не коррелирует с правилами производства аппелласьона, а потому носит гордый титул Vin de France, что соответствует самой низкой ступеньке во французской винной иерархии.
Как создается Liber Pater?
Два гектара лозы, семь человек, белая лошадка по кличке Карбонеро, осел, мул и 30 овец, пасущихся между рядов, выглядят серьезной командой, но недостаточной, чтобы оставить след в истории. Необходим еще и мессия, который придумал бы великолепную идею, вокруг которой закрутится мир. Идею, безусловно, достойную, но и одновременно ненавистную. Идею, которая нарушает современный миропорядок, но при этом трогает сердца не только доверчивых ценителей великих вин, но и винных профессионалов.
Винодел Лоик Паске
Фото: Liber Pater
Винодел Лоик Паске
Фото: Liber Pater
Новым пророком стал Лоик Паске, который приобрел хозяйство Liber Pater в 2005 году. Паске утверждает, что производит единственное вино, которое ни много ни мало можно по праву назвать бордоским. «Я хотел бы заново открыть вкус бордо, каким он был до эпидемии филлоксеры, потому что он совершенно уникален»,— уточняет Паске. «Если вы хотите попробовать вино, подобное тому, что было в 1855 году, то есть только одно — это Liber Pater».
Каким было красное бордо в эпоху Наполеона III?
Определенно другим, ведь для его производства использовалось гораздо большее количество сортов винограда, чем разрешено современными правилами. Помимо современных каберне совиньона, каберне франа, мерло, мальбека, карменера и пти вердо на виноградниках Бордо присутствовали сорта касте, пардотт, тарне кулан, мансен, камарале, сен-макер, лозе, прунелар, гро каберне и каберне гудабль, которые практически полностью были потеряны во второй половине XIX века. Именно эти автохтоны и обнаружились, как по волшебству, на виноградниках Liber Pater, всего Лоику Паске удалось вытащить из небытия и размножить 14 позабытых сортов винограда. Так что мессия действительно вправе заявлять, что предлагает ценителям вина путешествие во времени в бокале.
Как такое возможно?
В коммуне Ладирас, где расположены виноградники Liber Pater, доминируют гравийные почвы с поверхностным песчаным слоем, который препятствует распространению филлоксеры и, как следствие, обеспечивает прекрасную сохранность древним лозам. Чтобы воссоздать «тот самый вкус», Паске полностью отказался от американского подвоя, сконцентрировавшись исключительно на корнесобственных растениях. По его мнению, даже непривитый каберне совиньон, который столетия назад в Бордо называли пти ведюр, полностью отличается от современного.
Подобные вольности не могли пройти мимо внимания Национального института зон контролируемого происхождения Франции (INAO) — влиятельная организация подала на Liber Pater в суд, обвинив винодельню в создании угрозы распространения филлоксеры. Однако Паске выиграл тяжбу — в INAO так и не смогли отыскать никаких прямых указаний на запрет корнесобственных лоз в регулирующих документах. Винодел даже похвастался газете Le Monde, что судебный процесс позволил ему сэкономить €150 тыс. на рекламе, когда цена его вин продолжала расти.
Фото: Liber Pater
Фото: Liber Pater
Как можно выиграть на конфликтах?
Нападки властей продолжались. Паске упрекали в неправильных сортах винограда, слишком высокой плотности посадки (20 тыс. лоз на гектар), нерегламентируемой, экстремально низкой урожайности (менее 10–15 гл/га), нестандартной обрезке и формировании кроны и даже в отсутствие привычной шпалеры. Но главное, обвинили в мошенничестве на сумму €600 тыс. при получении европейских грантов на продвижение вин за пределами ЕС. В местном виноградарском комьюнити также нашлось немало завистников и недоброжелателей, которые отравляли колодцы винодельни и даже вырубали уникальные лозы. Однако любую неудачу Паске умудряется обращать себе во благо — недаром его называют мастером саморекламы и PR.
Соответствуют ли вина технологиям XIX века?
Продолжая настаивать почти что на изобретении настоящей машины времени, которая позволяет познакомиться с винами Бордо в эпоху Наполеона III, Паске откровенно лукавит. Несмотря на попытки казаться традиционалистом, ему не чужды современные веяния. Он явно использует гребнеотделение, да и после 2015 года сместил фокус внимания от привычных для Бордо новых барриков к 400-литровым яйцеобразным амфорам, а это уж точно попрание всех бордоских канонов. Однако массальную селекцию лоз, органический уход за растениями, поздний сбор, полностью ручную сортировку гроздей, минимальное использование серы и ферментацию на собственных дрожжах можно смело охарактеризовать одновременно и как исторические, и как новомодные практики.
Какова ценовая политика?
Представление о динамике роста цен на вина Liber Pater можно получить, используя ресурс wine-searcher.com. Если Liber Pater 2007 можно до сих пор приобрести примерно за €3,3 тыс., то вина 2010 и 2011 годов урожая уже предлагаются минимум за €4,15 тыс. Вино 2015-го винтажа стоит космических €30,5 тыс., а стандартная бутылка относительно молодого вина 2018 года — и вовсе €37,5 тыс. Многократное увеличение цены объясняется тем, что в состав вин, произведенных до 2015 года, входило всего 10% виноматериалов, происходящих от непривитых лоз и старинных сортов винограда. Более поздние вина были полностью созданы из лоз восстанавливаемых сортов винограда, растущих на собственных корнях.
Сколько вина производится?
Дионисийское по духу название ассоциируется с лозой, вином, изобилием и плодородием. Однако его смысл вряд ли подходит для винодельни. В хороший год, такой как 2015-й, Паске производит около 500 бутылок Liber Pater и до 3 тыс. бутылок «второго вина» — Denarius, которые напрямую продает частным клиентам. Однако в менее удачные годы количество бутылок может уменьшаться. Так, к примеру, мороз уничтожил весь урожай 2021 года, а объемы 2022 года были куда более ограниченными, чем обычно, из-за засухи и дыма от лесных пожаров в регионе. Эксклюзивность во многом и объясняет астрономический ценник конкретных винтажей.
Фото: Liber Pater
Фото: Liber Pater
Стоит ли вино своих денег?
Винные критики не слишком жалуют Liber Pater — далеко не всем по нраву необычные торфяные, травянистые, йодистые, можжевеловые и смолистые оттенки аромата, которые, по всей видимости, вызваны присутствием незнакомых восстанавливаемых автохтонов. После дегустации в The Birley Wine Club в мае 2022 года Саймон Филдс MW поставил Liber Pater 2015 всего 90 баллов. Для своей ценовой категории подобная оценка выглядит даже не пощечиной, а констатацией полного провала — сопоставимые баллы получают вина, стоящие в 2 тыс. раз дешевле. Более того, Denarius 2015, который отличается по цене почти в 100 раз от главного вина хозяйства, произвел на Филдса куда большее впечатление — 92 балла тому подтверждение.
Вместо послесловия
Увы, мы практически ничего знаем о реальном вкусе вина, которое производилось 170 лет назад. Сохранилось несколько десятков бутылок, которые явно прошли пик своего развития и не могут использоваться в качестве референтных. В свою очередь, любые описания, встречающиеся в хрониках или даже художественных произведениях, полны субъективизма. Также совершенно ясно, что в середине XIX века климат, почвы и воздух отличались от современных, лоза работала по-другому, а руки и опыт виноделов рождали совершенно иные вина. Так что все разговоры о воссоздании того самого, исторического вкуса иллюзорны, попытки выглядят даже не имитацией, а просто несбыточной сказкой.
Наверняка в детстве вы читали «Кот в сапогах» Шарля Перро. В ней старший сын получил в наследство мельницу, средний — осла, а младший — кота. При столь, казалось бы, неравных долях кот оказался самым выгодным приобретением, ведь он превратил своего хозяина в маркиза, обеспечил замком и поженил на королевской дочери. Однако и без помощи кота будущее Лоика Паске выглядит безоблачным — он стал сказочником, а эта профессия, похоже, является наиболее важной для успеха в современном винном бизнесе.