ЦОДам ищут мощность вне сетей

Нехватка площадок и доступных энергомощностей становится одним из ограничений для строительства новых ЦОДов в Москве. Один из вариантов решения проблемы на форуме ЦИПР-2026 предложил замглавы Минцифры Евгений Филатов: дата-центры могли бы частично обеспечивать себя электроэнергией за счет собственной генерации. На первый взгляд такая схема позволяет обойти дефицит сетевых мощностей, но эксперты считают, что на практике речь идет не об автономных объектах, а о гибридной модели, при которой ЦОД остается подключенным к сетям и берет на себя часть функций энергетической инфраструктуры.

Выйти из полноэкранного режима

Развернуть на весь экран

Самообеспечивающийся ЦОД — это не объект, полностью отключенный от энергосистемы. Директор аналитического направления АНО «Центр энергетических систем будущего “Энерджинет”» Игорь Чаусов отмечает, что для дата-центров важны не только доступные мощности, но и надежность, качество электроэнергии и ее стоимость. Поэтому правильнее говорить не о длительной работе в технологически изолированном режиме, а об оптимальном сочетании сетевого подключения и собственного комплекса источников энергии.

Генеральный директор RUVDS Никита Цаплин также считает, что термин «самообеспечивающийся ЦОД» можно использовать лишь условно: это не дата-центр, полностью отрезанный от энергосетей, а объект с собственной генерацией, который сохраняет подключение к сетевой инфраструктуре. В такой схеме сеть становится резервным источником, а собственная генерация покрывает базовую нагрузку. Руководитель проектов компании «Интеллектуальная аналитика» Тимофей Воронин добавляет, что собственная генерация начинается там, где мощности работают не только при авариях, но и в режиме 24/7. Однако и тогда полностью отказываться от сетей нельзя: они нужны как резерв при сбоях или плановом обслуживании.

Если генерация должна обеспечивать не аварийный сценарий, а постоянную нагрузку, выбор технологий быстро сужается. Для московского региона эксперты в основном называют реалистичным вариантом газовую генерацию. Господин Чаусов указывает, что в регионе нет подходящих условий для масштабных возобновляемых источников энергии (ВИЭ), зато есть развитая инфраструктура газоснабжения. По словам Игоря Чаусова, из-за относительно низких цен на газ в России генерация на газе остается надежным решением с самой низкой стоимостью энергии. В зависимости от мощности ЦОДа это могут быть газопоршневые установки для десятков мегаватт или парогазовые блоки для сотен мегаватт. Дизельные генераторы, уточняет он, подходят скорее для резервной генерации.

Господин Цаплин также считает газовую генерацию наиболее реалистичной, а ветер и солнечную энергию — недостаточно надежными источниками для базовой нагрузки ЦОДа в российских широтах. Ведущий консультант iKS-Consulting Станислав Мирин допускает использование ВИЭ скорее как дополнительного элемента гибридной схемы, например для покрытия разовых пиковых нагрузок в жаркие дни. По словам господина Воронина, сегодня почти безальтернативным решением является природный газ, а оптимальным выбором — газопоршневые или газотурбинные установки.

Часть экономики такой схемы может строиться не только на выработке электричества, но и на использовании тепла. Господин Мирин считает, что для крупных ЦОДов можно рассматривать модель мини-ТЭЦ: тепло может использоваться для технологического отопления зданий и систем дата-центра, а также для генерации холода через абсорбционные холодильные машины. Тимофей Воронин также называет тригенерацию — совместную выработку электричества, тепла и холода — одним из наиболее эффективных решений: электричество производится на месте, а попутное тепло используется для выработки холода, необходимого для охлаждения серверных стоек. Господин Чаусов уточняет, что ЦОДы, как правило, нуждаются именно в охлаждении, но утилизация тепла на газопоршневых и парогазовых блоках возможна.

Экономическая оправданность собственной генерации зависит от масштаба проекта. По оценке Станислава Мирина, такая модель может начинать работать примерно с 5 МВт и становится особенно актуальной для объектов более 20 МВт, поскольку позволяет быстрее получить необходимую мощность. Господин Воронин считает, что полноценная газовая генерация оправдана только для крупных объектов от 10–15 МВт и выше: для небольшого корпоративного ЦОДа на 100 стоек строить собственную газовую станцию бессмысленно, так как срок окупаемости такой станции может превысить срок службы серверов. По словам Никиты Цаплина, собственная генерация имеет смысл прежде всего там, где у ЦОДа есть большая и стабильная нагрузка, долгий горизонт работы и проблема с получением сетевой мощности.

Главный аргумент в пользу собственной генерации — возможность обойти задержки с подключением к сетям. Игорь Чаусов отмечает, что в условиях дефицита мощности в московском регионе разворачивание собственной генерации может идти быстрее технологического присоединения: такой проект может занять около года-полутора или меньше, тогда как подключения к сети часто приходится ждать дольше. Кроме того, газовая генерация может оказаться дешевле сетевой электроэнергии: с учетом капитальных вложений, топлива, обслуживания и ремонтов ее стоимость, по оценке господина Чаусова, может составлять около 4,5–5 руб. за кВт·ч против 5,5–8,5 руб. за кВт·ч из сети.

Но это не означает, что ЦОД становится проще как проект. Господин Цаплин предупреждает, что для небольшого коммерческого дата-центра такая модель, скорее, усложняет строительство и эксплуатацию: растут капитальные затраты, проектирование становится сложнее, появляются требования к газовой инфраструктуре, выбросам, шуму, пожарной безопасности, обслуживанию двигателей и квалификации персонала. Господин Мирин также говорит, что для оператора ЦОДа фактически возникает новый энергетический бизнес — с газовым хозяйством, экологическими вопросами, дымоудалением и согласованиями с Ростехнадзором. Никита Цаплин обращает внимание, что дефицит вычислительных мощностей — только часть проблемы: для таких объектов важны не только электрические мощности, но и доступная земля, газовая инфраструктура, санитарные и экологические требования, допустимый уровень шума и градостроительные условия. Тимофей Воронин уточняет один из ключевых рисков: получение лимитов на газ для генерации мощностью 20–30 МВт в регионе может оказаться ненамного проще, чем получение электрических мощностей. Кроме того, газопоршневые установки производят шум и выбросы, поэтому требуют санитарно-защитных зон.

В результате предложение Минцифры выглядит не универсальным решением для московских ЦОДов, а возможным инструментом для крупных проектов, которым нужны десятки мегаватт в сжатые сроки. Такая схема не отменяет зависимость от инфраструктуры, а меняет ее характер: дата-центр становится не только IT-объектом, но и полноценным энергетическим хозяйством.

Мария Орбелиани