Лидер парфюмерно-косметического рынка России компания «Арбат Престиж» недавно заключила сразу два важных стратегических партнерства. Крупным акционером и инвестором ритейлера стал инвестиционный банк «Тройка Диалог», а главным поставщиком – международная парфюмерно-косметическая сеть Marionnaud. И теперь президент и совладелец «Арбат Престижа» Владимир Некрасов, сравнивая всех своих конкурентов с собой, называет их «18-20-летними девочками».
«Это ни в коем случае не означает тотальной распродажи магазинов»
СЕКРЕТ ФИРМЫ: Недавно стало известно, что компания «Тройка Диалог» выкупила 40% ОАО «Арбат Престиж». Почему вы решили продать акции и почему именно «Тройке»?
ВЛАДИМИР НЕКРАСОВ: «Тройка Диалог» – крупнейший игрок на российском фондовом рынке. Тендер на покупку этого пакета акций длился несколько месяцев с лета прошлого года, и «Тройка» предложила самые комфортные условия и самые большие деньги. Разрыв между другими участниками тендера, которых мне не хотелось бы называть, и «Тройкой» был действительно большой, поскольку помимо денег за покупку пакета акций наши новые совладельцы предложили еще и инвестировать огромные средства в развитие сети. «Тройка» уже объявила, что в этом году инвестирует в нашу компанию $300 млн, а в 2005-м – $200 млн. И это еще не финальные цифры – они будут уточняться, естественно в сторону увеличения. Без такого серьезного финансового партнера «Арбат Престиж» просто не смог бы развиваться так бурно, как это намечено на ближайшее будущее.
СФ: Сколько стоил «Тройке» пакет акций?
ВН: Это очень большая сумма, но я бы не хотел ее называть. Скажу только, что она намного больше даже тех цифр, которые высказывали независимые эксперты при оценке сделки.
СФ: Ранее вы говорили, что «Тройка» поможет компании «правильно структурировать весь бизнес». В рамках этого процесса «Арбат Престиж» продает несколько магазинов в Москве. В каких еще направлениях будет идти структурирование?
ВН: Продажа магазинов связана с тем, что они просто не соответствовали нашему формату. Формат магазинов «Арбат Престиж» – торговые помещения площадью от 1500 кв. м, где мы можем в полной мере выставить весь ассортимент. Сейчас мы продаем порядка 45–48 тыс. единиц товара. Это чрезвычайно широкая гамма продукции, которая, безусловно, требует большого пространства для выкладки. А магазины по 500–600 кв. м не отвечают этой концепции. В итоге мы решили закрыть четыре магазина, а из пятого, расположенного в торговом центре «Седьмой континент», уйти, поскольку работали там на условиях аренды. Но это ни в коем случае не означает какой-то тотальной распродажи наших магазинов. У нас нет совершенно никаких финансовых проблем – дайте постучу по дереву, чтобы не сглазить. А под другими планами по «правильному структурированию» вы, вероятно, подразумеваете то, о чем нас беспрерывно спрашивают журналисты,– проведение IPO. Мой ответ такой: на сегодняшний день решение о выходе нашей компании на фондовый рынок не принято. Тех денег, которые инвестирует в «Арбат Престиж» «Тройка Диалог», пока вполне достаточно для того, чтобы укрепить позиции сети в Москве и выйти в регионы.
СФ: Вы не хотите выходить на биржу только из-за финансового благополучия или же из боязни быть недооцененными – ведь «Арбат Престиж» будет первой компанией из парфюмерно-косметического сектора, решившейся на подобный шаг?
ВН: Мы не испытываем боязни, просто потому что «Арбат Престиж» уже оценили по достоинству крупнейшие инвестиционные фонды мира. За последние несколько месяцев мы получили много предложений от мировых финансовых компаний. Кто-то хотел купить 3% акций, кто-то 10%. Но сейчас в привлечении дополнительных средств, для чего может понадобиться продажа акций, пока не заинтересованы ни «Тройка Диалог», ни я.
СФ: Сколько акций «Арбат Престижа» осталось у вас лично?
ВН: 60%.
СФ: Вы не думаете со временем уменьшить этот пакет?
ВН: Нет, такого варианта нет даже в планах. И не потому, что я боюсь потерять контрольный пакет, меня просто не увлекает эта идея.
СФ: Какие еще задачи вы намереваетесь решить с помощью реструктуризации бизнеса?
ВН: Все очень просто – в течение трех-четырех лет мы должны выйти на показатель товарооборота в $1 млрд. Таковы наши планы, и мы их последовательно осуществляем. Так, в прошлом году мы сделали $200 млн, а в этом году запланировали $250 млн.
СФ: Двое представителей «Тройки», пришедшие в совет директоров «Арбат Престижа», должны будут в этом помочь?
ВН: С «Тройкой» у нас вообще очень часто проходят различного рода встречи, причем не только по инвестиционной и финансовой политике. Обсуждаем мы с ними и планы по открытию магазинов и филиалов в других городах. «Арбат Престиж» – очень большая компания. Поэтому к нам приковано огромное внимание со стороны разного рода государственных органов. Они оценивают каждый аспект нашей деятельности, и поэтому мы вынуждены четко структурировать свой бизнес, чтобы у любой подобной организации не возникало к нам никаких вопросов.
Кстати, четкая структура необходима еще и в силу других причин. Так, на сегодня 70% оборота нашей компании создают непосредственно производители косметики и парфюмерии. При этом «Арбат Престиж» не имеет центрального склада и распределительного центра. То есть весь товар направляется прямо в магазины – согласно графикам поставок, разрабатываемым дирекцией по логистике. И каждый понедельник все наши поставщики могут получить в электронном виде отчет о движении своих товаров и денег, выплаченных за них, в торговой системе «Арбат Престижа». Мы выстроили эту систему, чтобы сделать нашу схему продаж максимально понятной для производителей и поставщиков.
«Они вели речь о совершенно смешных деньгах»
СФ: Как вы оцениваете планы «Тройки» торговать принадлежащими ей акциями «Арбат Престижа» на фондовом рынке?
ВН: Это не более чем рыночные слухи, не подтвержденные никакими документами. Поскольку я своего согласия на такие операции никогда не давал и подпись нигде не ставил. Насколько мне известно, «Тройка» не только не намерена продавать часть своего 40-процентного пакета, но даже не обсуждает такую возможность.
СФ: Ну а если бы все-таки намеревалась, и предложение о покупке акций «Арбат Престижа» сделал кто-то из ваших конкурентов, как бы вы к этому отнеслись?
ВН: Кто, например? На это способны только западные компании, но они же все перед глазами. По объемам доходов первенство за французской Marionnaud, потом идут Sephora и Douglas. Насколько мне известно, Marionnaud не планирует таких покупок, поскольку они и так потратили в последние годы слишком много денег на различные новые активы. Sephora сама уже много лет пытается продаться различным инвесторам. А Douglas, на мой взгляд, едва ли готова вложить сейчас такие большие деньги в Россию. К тому же у нас с Хеннингом Креке (президентом Douglas Holding AG) были очень продолжительные переговоры в 2002 году. Они хотели купить тогда контрольный пакет акций «Арбат Престижа». Однако этот пакет должен был стоить намного больше той максимальной суммы, которую они были готовы предложить. Они вели речь о совершенно смешных деньгах. Ко всему прочему наша нынешняя капитализация – особенно после соглашения с «Тройкой» – выросла по сравнению с тем периодом в разы. Условно говоря, то, что они хотели купить тогда за одну копейку, сегодня стоит многие тысячи долларов. И я очень сомневаюсь, что сейчас они будут готовы заплатить такие деньги. Ведь капитализация компании складывается из стоимости ее активов – то есть недвижимости, которой обладает «Арбат Престиж», консолидированного годового товарооборота компании и маржи, которую может запросить собственник за продажу бизнеса. В нашем случае это уже сотни миллионов долларов. А Douglas имеет всего миллиард евро совокупного оборота – с парфюмерией, золотом, бриллиантами, часами и шоколадом. Сколько же она может выложить денег за наши акции, пусть даже не за контрольный пакет? Такую возможность нелепо даже представлять.
СФ: Но все-таки западным партнером вы обзавелись, заключив договор франчайзинга с французской Marionnaud. Почему именно с Marionnaud и на каких условиях вы будете с ней работать?
ВН: Marionnaud – специализированная сеть, которая продает только парфюмерно-косметические изделия, в отличие от других глобальных игроков на этом рынке. Marionnaud нам близка: несмотря на то что наши магазины абсолютно разных форматов, они так же, как и мы, торгуют и товарами люкс, и масс-маркетом. Для Marionnaud сейчас одной из наиболее интересных задач является выход в Россию. Они не намерены ни покупать наши акции, ни брать магазины в аренду, но при этом чрезвычайно заинтересованы получить долю на российском рынке. Наш рынок, наряду с китайским и индийским, считается наиболее перспективным для любого парфюмерного брэнда. Если сегодня Россия занимает шестое-седьмое место в рейтинге европейских продаж, то в течение ближайших двух лет мы поднимемся до второго-третьего места.
СФ: Идут ли уже поставки товаров от Marionnaud в «Арбат Престиж»?
ВН: Пока нет. Дело в том, что и Marionnaud, и «Арбат Престиж» слишком большие компании, и эффективное взаимодействие требует тщательной отработки всех деталей. Однако это не ослабляет интереса к нам со стороны Marionnaud. Ведь мы для них – просто луч света в темном царстве. Так, если товарооборот «Арбат Престижа» растет на 110–115% в год, то у Marionnaud – на 2–3%, но они рады и этому, поскольку весь парфюмерный рынок Западной Европы находится в жесточайшей стагнации.
Не торопимся мы запускать совместную торговлю с Marionnaud еще и потому, что сейчас уже закончился сезон активных продаж. За весну и лето мы должны тщательно подготовиться к совместному запуску, и, я так полагаю, массовые поставки товаров от Marionnaud начнутся в конце лета. И тогда же на вывесках магазинов появится приставка Marionnaud – сразу после «Арбат Престиж».
СФ: А зачем вообще «Арбат Престиж» работать под совместным брэндом и, значит, делиться своей известностью с малоизвестной в России Marionnaud?
ВН: Нам нужна Marionnaud для того же, для чего ей нужны мы – чтобы совместно закупать продукты и предоставлять российским потребителям специфический товар по специальным ценам.
СФ: Но все-таки, не связан ли этот альянс еще и с пониманием того, что ваше монопольное положение на рынке сохранится не очень долго в связи с ужесточением конкуренции?
ВН: Кто эти конкуренты? Перечислите их поименно.
СФ: Вы их сами называли чуть раньше во время нашей беседы – Sephora, Douglas. Есть еще «Л’Этуаль», Ile de Beaute, например.
ВН: Да ну что вы! Давайте я объясню с помощью довольно неожиданного сравнения. Когда девушке 18–20 лет, ей можно очень легко заморочить голову, потому что она неопытна. Она руководствуется сиюминутной страстью. А представьте 40-летнего мужчину, который знает о женщинах абсолютно все, был женат и разведен. Скажите, такой мужчина способен принимать серьезные решения под влиянием эмоционального всплеска? Едва ли. Глава компании «Арбат Престиж» – это именно такой мужчина. И поверьте, я уже давно могу определить, что мне нужно делать и как себя вести в этой жизни. И я не боюсь никаких конкурентов – это им нужно бояться меня. Ведь они 18-20-летние девочки по сравнению со мной. Приведу такой пример. Компания Sephora в свое время пришла на немецкий рынок, абсолютным монополистом на котором является Douglas. За полтора года работы Sephora потеряла десятки миллионов евро, после чего закрыла магазины и ушла с рынка.
СФ: Вы предсказываете для них аналогичную участь и в России?
ВН: Ну почему же, мы на самом деле хотим конкурировать. Мы готовы поделиться российским рынком, но только на наших условиях. А условия у нас очень жесткие. И я не думаю, что они будут приняты нашими конкурентами. Недавно в одном из интервью меня спросили, сколько денег нужно потратить Douglas или Sephora, чтобы прийти в Россию и оказаться на равных с «Арбат Престижем». И я назвал совершенно объективную на тот момент цифру – $300 млн. Однако буквально через несколько месяцев им потребуется уже гораздо больше, поскольку в течение этого года $300 млн на развитие потратим мы. А вы назовете мне хотя бы еще одну, даже мировую парфюмерно-косметическую розничную сеть, которая сейчас готовится инвестировать в свое развитие такие деньги? Таких просто нет.
СФ: По некоторым данным, Marionnaud сейчас терпит убытки. Говорят, что в вашем альянсе играть роль первой скрипки будет не Marionnaud, а скорее именно «Арбат Престиж», который даже делает шаги в сторону поглощения французской компании.
ВН: Я слышал уже версии о том, что мы можем купить Marionnaud или кого-либо еще из наших конкурентов. Поверьте мне, у нас нет таких планов.
«Какая-то часть наших поставщиков будет отправлена в отставку»
СФ: Будет ли Marionnaud поставлять в «Арбат Престиж» косметику от компании LVMH, которая со скандалом разорвала в прошлом году свой контракт с вашей компанией, обвинив в демпинге?
ВН: Это уже вопрос к Marionnaud. Со своей стороны могу сказать, что мы работали не с LVMH, а с ее эксклюзивным дистрибутором – компанией «Селдико». Мало того что эта компания позволяет себе продавать продукцию Christian Dior среди картошки и селедки, она еще и диктовала нам условия держать какие-то непонятно почему завышенные цены для москвичей. Я с такой политикой категорически не согласен.
СФ: Собираетесь ли вы отказаться от сотрудничества с другими поставщиками?
ВН: Так как политикой и бюджетом закупок товаров для «Арбат Престижа» будет заниматься Marionnaud, безусловно, какая-то часть наших нынешних поставщиков будет отправлена в отставку. Большую часть товаров нам будет поставлять Marionnaud.
СФ: Какую долю рынка имеет сейчас «Арбат Престиж»?
ВН: По оценкам компании «Старая крепость», мы занимаем около 60% в Москве и Московской области. На национальном рынке по многим брэндам мы контролируем 35–40%.
СФ: По вашим словам, цены на элитную косметику после прихода Marionnaud упадут. Будут ли снижаться цены и на недорогую косметику и когда это может произойти?
ВН: Масс-маркет всегда очень чутко реагирует на изменение ситуации в компании и на рынке. Уже сегодня в сети «Арбат Престиж» товары этого класса предлагаются по специальным ценам. Я вас уверяю, такую косметику и парфюмерию по таким ценам, как в «Арбате», вы просто не сможете найти нигде – ни в других сетях, ни на рынках. Ведь многие производители специально готовят для нас уникальные товарные предложения по специальным ценам.
СФ: Как вы будете продвигать свои товары теперь – после соглашения с Marionnaud? Тем же агрессивным путем бесконечных распродаж или как-то иначе?
ВН: А почему вы считаете распродажи агрессивным путем? Для нас это просто доступная и вполне обыденная форма подачи информации для клиента. Многие продавцы стараются залезть в кошелек покупателя и опустошить его. Жизненная позиция компании «Арбат Престиж» другая. Мы, наоборот, пытаемся дать ему возможность сэкономить свои деньги.
СФ: Каковы ваши планы по региональной экспансии?
ВН: У нас грандиозные планы в этой области, но, к сожалению, я не могу их комментировать в связи с тем, что «Тройка» очень трепетно относится к нашей инвестиционной политике. Мы уже приняли все необходимые решения, но пока не готовы их обнародовать. Могу сказать лишь, что на освоение регионов пойдут как раз те деньги, которые будут инвестированы в развитие нашей компании в течение этого года.
СФ: А почему вы не выходили на региональные рынки раньше?
ВН: Формат «Арбат Престиж» является уникальным. И его мы хотели очень тщательно обкатать на москвичах. Ведь москвичи – самые избалованные покупатели в стране. В какой-то мере они даже развращены – конечно, в хорошем смысле этого слова. Так сложилось исторически. Вспомните, во времена СССР буквально все ездили за покупками в Москву – в ГУМ, ЦУМ, «Детский мир» и т. д. Поэтому нам было нужно изначально выстроить торговую систему для москвичей. Мы это сделали и получили от них заслуженное признание. И сейчас мы будем выходить в не настолько «развращенные» потреблением регионы.