Презумпция ненужности
Почему ИТ-компаниям придется считать вклад каждого работника
Снижение налоговых льгот, инициированное правительством в конце 2025 года, и развитие ИИ меняет логику найма в ИТ. Теперь бизнес начинает считать, сколько денег приносит ему каждый специалист в отдельности. Насколько перспективно в 2026 году будет измерять ценность разработчиков и аналитиков – в колонке директора по развитию HRlink Дмитрия Махлина.
Фото: из личного архива
Фото: из личного архива
Конец эпохи «лишних людей»
На российском рынке труда сложилась парадоксальная ситуация. С одной стороны, бизнес по привычке жалуется на кадровый голод. С другой, вакансий становится меньше, требования — жестче, а зарплатные предложения перестают расти по экспоненте. Так, в декабре 2025 года на одну вакансию в ИТ приходилось 20,7 резюме – это индекс hh.ru, который говорит о крайне высоком уровне конкуренции соискателей за рабочие места. В январе 2025 год этот показатель составлял 9,9, а в течение 2024 года держался на уровне 7-8. Для сравнения: в рознице, где действительно сохраняется дефицит кадров, индекс равен 2,7. Таким образом, в ИТ-сфере к началу 2026 года рынок кандидата, когда условия диктовал разработчик, окончательно уступил место рынку работодателя.
Одна из основных причин — экономическая. Выросла налоговая нагрузка на фонд оплаты труда (страховые взносы увеличены до 15%). Частично ввели НДС, который для ИТ-компаний становится оборотным налогом, так как 60–90% расходов — это зарплаты. Такие вводные делают содержание раздутых штатов непозволительной роскошью. Крупные ИТ-компании годами нанимали людей «про запас», не считая их реальную отдачу. 2025 год изменил ситуацию: в течение года появлялись новости о массовых увольнениях в ИТ-компаниях и профильных подразделениях корпораций.
Рост налоговой нагрузки привел к закрытию отдельных бизнесов и оптимизации организационных структур холдингов. За январь–ноябрь 2025 года процедуру банкротства начали 630 российских ИТ-компаний — на 28% больше, чем годом ранее. Это также приводит к высвобождению специалистов и росту конкуренции среди соискателей.
ИИ как угроза
На экономические факторы накладываются технологические. В Google 30% нового кода уже генерирует нейросеть. Gartner прогнозирует, что к 2030 году четверть всех ИТ-задач будет выполняться ИИ автономно.
Это снижает потребность компаний в ИТ-кадрах и создает ловушку для начинающих специалистов. Раньше джуниоры набивали руку на простых задачах: писали типовой код, скрипты, проводили базовое тестирование. Сейчас эту работу делает алгоритм — быстрее и дешевле. При этом ИИ разрывает цепочку обучения: если начинающий сотрудник не выполняет простые задачи, он не получает опыта, необходимого для перехода на уровень Middle. А под давлением растущих издержек компании не готовы инвестировать в обучение новичков, которые не дают быстрого экономического эффекта.
Международная статистика подтверждает снижение спроса на специалистов начального уровня. В отчете Microsoft New Future of Work 2025 говорится, что занятость работников в возрасте 22–25 лет в высокоуязвимых для ИИ сферах упала на 13% по сравнению с менее уязвимыми профессиями. Анализ резюме и вакансий показал, что компании замедляют найм на должности начального уровня. По данным рекрутинговой компании Randstad, количество вакансий для специалистов с опытом 0–2 года сократилось на 29% по сравнению с январем 2024 года.
В цене остаются навыки, которые ИИ пока не может заменить: системное мышление, умение брать ответственность за бюджет и сроки, управление архитектурой проекта. Это компетенции специалистов уровня Middle+ и Senior — а их дефицит сохраняется даже на фоне избыточного предложения на рынке труда в целом.
Еще одна причина высокого спроса на опытных профессионалов заключается в особенностях самого ИИ. Это отличный инструмент для проверки гипотез и создания MVP за пару дней силами одного человека. Но когда нужно строить надежный, безопасный Enterprise-продукт, нужен высококвалифицированный инженер. Потребность в них сохранится несмотря на экономические сдвиги и технологические прорывы.
P&L для каждого специалиста
В крупных корпорациях можно встретить специалистов с зарплатами в 20–30 млн рублей в год, причем специалисты фактически не влияют на результат. Это огромный резерв для оптимизации — и его начинают осваивать.
Компании становятся гиперселективны. Им больше не нужны сотрудники, занимающие определенные должности по штатному расписанию. Бизнесу нужны люди, приносящие доказанную ценность. Теперь любая деятельность, проект и штатная единица должны быть обоснованы через цифры и экономический эффект. Нет цифр — нет бюджета. Старая мысль Питера Друкера «управлять можно только тем, что можно измерить» сегодня звучит как никогда актуально.
Например, в HRlink существует матричная оргструктура, которая позволяет прозрачно оценивать вклад каждого сотрудника. Бизнес разделен на два блока (крупный бизнес и СМБ), внутри них — свои продукты, у каждого есть владелец, отвечающий за P&L (отчет о прибылях и убытках). Выручка декомпозируется до команд и конкретных специалистов. Так становится видно, окупает ли сотрудник свое рабочее место. Подобный подход будут применять многие ИТ-компании в 2026 году.
Новая стратегия найма
В условиях дорогих денег и умных алгоритмов стратегия найма меняется радикально. Мне импонирует подход CEO Shopify Тоби Лютке: прежде чем открыть вакансию, менеджер должен ответить на вопрос: «Может ли эту задачу выполнить ИИ?». Если ответ «да» — в найме отказывают.
Бизнесу стоит исходить из «презумпции ненужности» нового сотрудника. Не пытаться обосновать, почему этот человек может пригодиться, а, наоборот, считать, что он изначально лишний. Вакансия открывается только тогда, когда доказано: ни текущая команда, ни автоматизация, ни ИИ не могут решить задачу, а отсутствие этого человека принесет компании убытки.
В 2026 году будут расти не те бизнесы, кто собрал самую большую команду разработчиков, а те, кто научился получать максимальную прибыль минимальным числом людей, усиленных искусственным интеллектом.