Гудбай, Джордж

В Санкт-Петербурге простились с поэтом, музыкантом и драматургом Анатолием Гуницким. Известный под псевдонимом Джордж, он был сооснователем группы «Аквариум». В последний путь Джорджа проводили его товарищи по ленинградскому рок-подполью. Помянули легенду как полагается – на неофициальной «улице Джона Леннона», сдвинув рюмки, читая стихи и весело обсуждая, кого из рок-поколения будут хоронить следующим.

Случайным прохожим, оказавшимся в среду в окрестностях петербургского крематория, сразу становилось понятно, что сегодня тут прощаются со старым – олдовым! — рокером. У центрального входа стояли, меланхолично покуривая, петербуржцы особого типа – выросшие в благословенные времена Ленинградского Рок-клуба, да так в этих временах и оставшиеся. В своей затертой до дыр джинсе, с собранными в хвост поседевшими волосами, летом 2025 года они казались анахронизмом в современном Петербурге – но не будь их, этот город стал бы совсем другим.

Эти люди прекрасно помнили ранний «Аквариум» — и, конечно, много раз лично общались с Джорджем. Вот за воспоминаниями о встречах, квартирниках и концертах прошли несколько часов до начала гражданской панихиды. Несмотря на величину личности Гуницкого, прощание с ним выглядело как встреча одной большой семьи.

Не так давно Борис Гребенщиков (внесен Минюстом РФ в реестр иноагентов) написал в соцсетях, что его друг «очень болен» — и попросил читателей за него молиться. Он же первым сообщил о смерти Джорджа. На похороны сооснователя «Аквариума» Борис Гребенщиков, внесенный Минюстом РФ в реестр иноагентов, приехать никак не мог – поэтому в зале крематория не хватало чего-то очень важного. И эту физически ощутимую пустоту никак не смогло перебить присутствие других героев ленинградского и советского рок-андеграунда — легендарного фотографа Андрея «Вилли» Усова, художника из арт-группы «Митьки» Дмитрия Шагина, музыкантов Юрия Шевчука (ДДТ), Александра Семенова («Юта», «Михална»), Всеволода Гаккеля («Аквариум»), Антона Белянкина («2ва самолета»), Михаила Новицкого («СП Бабай», «Автобус») и многих других.

За неимением Гребещинкова (внесен Минюстом РФ в реестр иноагентов), первым слово взял виолончелист «Аквариума», основатель легендарного клуба «TaMtAm» Всеволод Гаккель. Рассказывая о Джордже, с которым он дружил более 50 лет, музыкант не смог сдержать слез.

Историк советской и российской рок-сцены Андрей Бурлака напомнил не только об «Аквариуме», но и о журналистской ипостаси Джорджа. «Он обладал удивительными музыкальными традициями и безупречным вкусом. И до последних дней мечтал вернуться на это поприще и готовил программу в последнюю неделю»,— добавил Андрей Бурлака. Для многих почитателей и друзей Джорджа это стало новостью.

«Джордж был очень хороший человек», — с таким прощальным словом выступил лидер группы ДДТ Юрий Шевчук. Он назвал Гуницкого принципиальным во всех вопросах человеком – включая политические и социальные темы. Но самое главное, продолжил музыкант, Джордж был «очень смелым мыслителем и авторитетом» — в том числе для ДДТ. «Для меня его слово было очень авторитетным. На всех последних наших программах он был и находил теплые слова, разбирал наше творчество, — рассказал Юрий Шевчук. — Для музыканта очень важно, когда к творчеству относятся с вниманием. Я помню, в 1982 году в Уфе мы услышали ранние песни «Аквариума», где как раз существовали и существуют стихи Джорджа. Мы обалдели, сидя на печке на далеком Урале, что так вообще можно писать. Мы думали, такие тексты писали только ОБЭРИУты, а на самом деле это совершенно современная музыка стиха. И Джордж нам открывал мир и делал классику современной. Он был удивительный человек и очень добрый при этом».

Один из сокурсников Анатолия Гуницкого по театроведческому факультету высказал мнение, что Джордж был известен как музыкант, но недооценен как драматург: «Его абсурдистский стиль мало кто понимал, потому что он выступал против течения. А пьесы ставились в основном в Театре сатиры». «Он не писал "ни о чем", как некоторые думают. Он давал ассоциативные пласты. Мы думали, что это для очень узкого круга. Но сегодня мы увидели, что это не так»,— сказала вдова Гуницкого Ольга, указывая, сколько людей собралось на панихиду.

Последним слово снова взял Сева Гаккель. Он заметил, что венок Джорджу принесли всего один — от группы «ДДТ». И пояснил, что не взял на себя смелость возложить венок от имени «Аквариума», потому что всех участников группы раскидало по миру, да и вообще, «ситуация сложилась чудовищным образом, что нет носителя этого имени — "Аквариум"».

Анатолия Гуницкого проводили в последний путь аплодисментами. Всех желающих помянуть Джорджа пригласили в музыкально-поэтический бар FishFabrique в легендарном дворе на Пушкинской,10 – там ленинградские рокеры когда-то провозгласили «улицу Джона Леннона», изрисовав стены хипповскими знаками и надписями. Двор «Фишки» заполнился смолящими сигарету за сигаретой рокерами. Сева Гаккель призвал всех поднять рюмки и помянуть Джорджа. Затем он поблагодарил друзей, помогавших в организации церемонии и поминок, группу «Пикник» и Сергея Фирсова, заведующего фонотекой Ленинградского рок-клуба. А во двор тем временем заходили группы туристов – сфотографироваться на «улице Джона Леннона». Они с недоумением смотрели на поминки и вполголоса пытались выяснить, что это за «какая-то тусовка рокеров». Одна семья, впрочем, даже присоединилась к поминкам.

«Прошлый год был ужасным на смерти, наши друзья умирали один за другим. В этом году вроде как вздохнули, но... Я посвящаю стихотворение всем тем, кто нас покинул, и к кому мы рано или поздно все равно присоединимся. Там талантов больше, чем здесь — уже давно»,— встала на лавку поэтесса Ольга Король-Бородюк. «Тихо! Стихи читают!»,— окружающие начали шикать на особо громких рокеров (те радовались приходу на поминки лидера группы «Санкт-Петербург» Владимира Рекшана).

«Друзья уходят, обрывая век, / Устав от лат земного облаченья... / Уходят в берега небесных рек / И наше ожидают возвращенье..., — нараспев произносила поэтесса, и ее внимательно слушали самые-самые олдовые в этой немолодой компании. — Все меньше остается здесь / И все слабей земное притяженье... / Друзья уходят и уносят весть / О чьем-то новом скором возвращенье».

Стихи были дочитаны и наваждение спало. Жизнь на Пушкинской, 10 продолжалась, несмотря на проводы близкого. Музыканты, художники, журналисты, фотографы, актеры здоровались, обнимались, — и с юмором обсуждали, кого следующим будут поминать. Сева Гаккель понадеялся, что это последние похороны, которые он видит в жизни. «Сплюнь…»,— тут же попросили его.