Мебель эпохи трансформации
|
Мебель эпохи трансформации |
Круговорот мебели в природе
Розарио Мессини, президент компании Cosmit: В прошлом году экспорт итальянской мебели в Россию вырос на 18% и достиг полумиллиарда евро. Эти показатели в значительной степени компенсировали наши убытки на американском рынке. При этом Россия остается нашим главным поставщиком дерева, кожи и других полуфабрикатов, которые мы используем в мебельной индустрии. По этому показателю Россия обогнала Германию, Италию, Польшу и Китай, да и по росту продаж уверенно держит первое место.
Господин Мессини сообщил "Деньгам", что в ближайшее время его компания планирует открыть в России сеть собственных магазинов итальянской мебели. Правда, когда это произойдет и где именно, президент Cosmit умолчал.
Русских на миланской выставке действительно очень много. Как пояснили на одном из стендов, многие заказчики из России хотят сами пощупать свои будущие покупки, поэтому они прилетают в Милан, нанимают за €200-300 в день переводчицу и отправляются на ярмарку. Некоторые еще и привозят из России своих дизайнеров-декораторов. Путь русских ценителей дизайна в основном пролегает через павильоны с классической мебелью в стиле "дорого-богато", где, например, имеются зеркала с позолоченными окладами шириной в полметра.
Марки, задающие мебельную моду на ближайший год, для удобства посетителей сосредоточены в трех-четырех центральных ангарах выставочного центра. Тут представляют свои творения Филипп Старк и братья Буруллек, презентует шкафы Карим Рашид, хвастается новой кухней гуру автодизайна Джорджетто Джуджаро. Именно сюда устремляются и производители диванов из России, шведские умельцы из IKEA и китайские дизайнеры, которые и не скрывают, что приехали в Милан за чужими идеями.
Трансформация мебели в пространстве
Цветные сны
Любимыми цветами дизайнеров, как и год назад, остались черный, красный и белый. Правда, в этом году многие марки, не замеченные в склонности к буйным цветам, добавили в свои коллекции веселенькие нотки. Например, один из самых известных американских дизайнеров Карим Рашид сделал для марки Horm комод нейтрального молочного цвета с выдавленными на створках каплями (€1500) и футуристический платяной шкаф Blend — лимонный одностворчатый (€2000) и золотой двустворчатый (€3500). Компания Molteni, чьи диваны так любят копировать российские производители, отметилась коллекцией шкафов, стеллажей и полок с оливковым отливом. Например, оливковый комод Convivio на железных ножках (€3000), оливковые и лимонные шкафчики Pass для ванной, а также лимонный сервант той же серии с раздвижными металлическими дверцами. Шкафы и серванты предлагалось доукомплектовать диванами с прямоугольными подушками (обтянутые тканью с фактурой мешковины) все той же серо-черной гаммы (€4000) и похожими креслами (€2000), однако представители Molteni уверяли, что оливковые диваны и кресла уже на подходе. Впрочем, недостатка в диванах оригинальных расцветок и форм не наблюдалось и в других коллекциях. Например, неугомонная Патрисия Уркиола сделала для Moroso диван Smock (€4000), обтянутый красным фетром и похожий на тарелку-селедочницу. В комплекте с диваном предлагаются "селедочницы" калибром поменьше — кресла. А фабрика Domodinamica представляла новую версию обтекаемого кожаного дивана Morfeo (€3300), показанного на прошлогодней миланской ярмарке, с фирменными "ушами"-светильниками, сгибающимися во всех направлениях.
Пластик и сталь
Впрочем, далеко не все дизайнеры, представленные на миланской выставке, сооружали трансформеры, аморфные предметы или чудеса пластикового литья. Нашлось на ярмарке немало места и для серьезного итальянского минимализма. Например, компания Minotti Cucine — российские покупатели любят ее продукцию, в которой используются весьма основательные материалы вроде застывшей лавы — представила кухни Terra (€200 тыс.) дизайна лондонского архитектора Клаудио Сильверстина, уже успевшие получить награду за лучший дизайн от журнала Wallpaper. Это даже не минимализм, а суперминимализм: вся кухонная утварь и даже шкафы убраны здесь в две конструкции. Первая выглядит как монолитная гранитная стена размером пять на два метра, у которой, оказывается, имеются отходящие в сторону створки; во втором предмете имеется мраморная раковина, а за сдвигающимся камнем прячется кухонная плита. Менеджер Minotti, перечислявший без особого энтузиазма пошедшие на это чудо драгоценные породы камня, узнав, что разговаривает с русским, сразу оживился и принялся показывать мне свою кухню с удвоенной энергией. Впрочем, уже в этом году русским покупателям будет незачем ездить в Милан. С 12 по 15 октября в московском выставочном центре "Крокус-Экспо" пройдет вторая ярмарка i Saloni Worldwide. Все основные дизайнеры обещали быть лично.
|
ИЗ ПЕРВЫХ УСТ
"Я горд тем, что делаю яхту для одного русского парня" — Вы делаете дизайн сразу для нескольких модных марок. Что привезли в Милан? |
— В этом году я сделал не особенно много. Стулья для Kartell, вазы для Driade, светильники для Flos, еще немного для XO. Но я сам еще ни одного своего экземпляра не видел, большинство из этих предметов — прототипы. Честно говоря, я уже даже и не помню, что сделал.
— Какие цвета от Филиппа Старка модны в этом году?
— Я не интересуюсь модными тенденциями, как и работами других дизайнеров. Понятия не имею, что сейчас модно. Я работаю один. Три года назад я делал черные вещи, сейчас очень многие любят черный цвет, но модно ли это — не знаю. Почти все, что я делаю сейчас, представлено в пяти-шести цветах. Не могу ручаться за точность, но это красный, желтый, зеленый, белый, ну и черный, конечно, тоже.
— Откуда вы черпаете вдохновение для своих коллекций?
— Да отовсюду. Из астрофизики, биологии, жизни, любви.
— Ваша продукция весьма популярна в России. Как вы думаете, почему?
— Ну вообще-то я не слышал, чтобы русские покупали мои вещи больше, чем жители других стран. Может, это потому, что мы делаем правильные, хорошо выглядящие вещи, по хорошим ценам. Но мне, конечно же, хотелось бы думать, что это потому, что у русских развито чувства юмора, а не потому, что у русских много денег. Вы знаете, ведь у меня самого русские корни. Моя семья до XVI века жила в России под русской фамилией, потом эмигрировали в Германию.
— Какой ваш самый дорогостоящий проект?
— Я как раз сейчас занимаюсь им. Это проект EcoImagination стоимостью $40 млрд компании General Electric. Она будет внедрять его в 2008 году в Пекине, используя новые технологии в области экологии. Там много чего: автомобили, системы очистки воздуха, воды, использование новых материалов для освещения. Я, например, точно буду заниматься дизайном автомобилей и света.
— Вы часто говорили, что мечтаете сделать стул стоимостью один доллар. Удалось реализовать мечту?
— Ну не за доллар, а меньше чем за $10. За доллар это сделать абсолютно невозможно. Недавно я сделал для одной американской компании стул себестоимостью $6, который продавался по $14. Так что я подобрался очень близко.
— Какие работы вы могли бы выделить из тех, что сделали за все эти годы?
— Я не очень люблю то, что делал двадцать лет назад. Все, что я делал тогда, показывает, насколько я был ленив, глуп и несовершенен. Я все время пытаюсь развиваться и надеюсь, что новые продукты будут лучше. Вот, например, сейчас я очень горжусь тем, что делаю дизайн яхты для одного русского парня. Это будет технологическая и дизайнерская революция в истории лодок.
— Для Романа Абрамовича?
— Имя покупателя не скажу, да и у самой лодки пока нет названия. Скажу только, что в ней 120 метров и у нее очень хорошая цена для самой лучшей лодки в истории.
— В свой первый приезд в Москву вы пообещали, что вскоре в столице откроется ресторан вашей сети Bon. Планы поменялись?
— Я точно не знаю, дело тут в бюрократии или в том, что в Москве невыгодно вести бизнес. Я не вникал. Моя работа — выдумывать, а не заботиться о деталях. Но знаю, что ресторан откроется буквально со дня на день.
— Какие цвета от Филиппа Старка модны в этом году?
— Я не интересуюсь модными тенденциями, как и работами других дизайнеров. Понятия не имею, что сейчас модно. Я работаю один. Три года назад я делал черные вещи, сейчас очень многие любят черный цвет, но модно ли это — не знаю. Почти все, что я делаю сейчас, представлено в пяти-шести цветах. Не могу ручаться за точность, но это красный, желтый, зеленый, белый, ну и черный, конечно, тоже.
— Откуда вы черпаете вдохновение для своих коллекций?
— Да отовсюду. Из астрофизики, биологии, жизни, любви.
— Ваша продукция весьма популярна в России. Как вы думаете, почему?
— Ну вообще-то я не слышал, чтобы русские покупали мои вещи больше, чем жители других стран. Может, это потому, что мы делаем правильные, хорошо выглядящие вещи, по хорошим ценам. Но мне, конечно же, хотелось бы думать, что это потому, что у русских развито чувства юмора, а не потому, что у русских много денег. Вы знаете, ведь у меня самого русские корни. Моя семья до XVI века жила в России под русской фамилией, потом эмигрировали в Германию.
— Какой ваш самый дорогостоящий проект?
— Я как раз сейчас занимаюсь им. Это проект EcoImagination стоимостью $40 млрд компании General Electric. Она будет внедрять его в 2008 году в Пекине, используя новые технологии в области экологии. Там много чего: автомобили, системы очистки воздуха, воды, использование новых материалов для освещения. Я, например, точно буду заниматься дизайном автомобилей и света.
— Вы часто говорили, что мечтаете сделать стул стоимостью один доллар. Удалось реализовать мечту?
— Ну не за доллар, а меньше чем за $10. За доллар это сделать абсолютно невозможно. Недавно я сделал для одной американской компании стул себестоимостью $6, который продавался по $14. Так что я подобрался очень близко.
— Какие работы вы могли бы выделить из тех, что сделали за все эти годы?
— Я не очень люблю то, что делал двадцать лет назад. Все, что я делал тогда, показывает, насколько я был ленив, глуп и несовершенен. Я все время пытаюсь развиваться и надеюсь, что новые продукты будут лучше. Вот, например, сейчас я очень горжусь тем, что делаю дизайн яхты для одного русского парня. Это будет технологическая и дизайнерская революция в истории лодок.
— Для Романа Абрамовича?
— Имя покупателя не скажу, да и у самой лодки пока нет названия. Скажу только, что в ней 120 метров и у нее очень хорошая цена для самой лучшей лодки в истории.
— В свой первый приезд в Москву вы пообещали, что вскоре в столице откроется ресторан вашей сети Bon. Планы поменялись?
— Я точно не знаю, дело тут в бюрократии или в том, что в Москве невыгодно вести бизнес. Я не вникал. Моя работа — выдумывать, а не заботиться о деталях. Но знаю, что ресторан откроется буквально со дня на день.
Журнал "Коммерсантъ Деньги" №15
от 17.04.2006, стр. 84






