Идея агентства, прикрывающего похождения неверных мужей и жен, не нова. В своей дебютной картине "Алиби" режиссеры Мэтт Чековски и Курт Мэттила главным грехом адюльтеров считают не неверность самому по себе, а предсказуемость. МАЙЕ Ъ-СТРАВИНСКОЙ в это поверить не удалось.
Бывший мошенник Рэй Эллиотт (Стив Куган), по слухам, когда-то работал в паре с человеком, который в криминальном мире до сих пор считается виртуозом обмана, а главное — везунчиком, безнаказанно разжившимся пятью миллионами. Из этих денег его напарник Эллиотт не увидел ни цента. Впрочем, он предпочитает об том не говорить и на вопросы реагирует нервно. Он создал контору, занимающуюся "минимизацией рисков", то есть созданием условий для безнаказанного адюльтера. Дело прибыльное, а если послушать Рэя, так еще и высокоморальное: он ведь, в сущности, выполняет общественно-полезную миссию — оберегает ячейки общества и защищает детей, прикрывая измены супругов.
О собственной благородной роли с непроницаемым лицом циника Рэй рассказывает претендентке на должность его заместителя, умопомрачительной блондинке Лоле. Тест на пригодность Лола проходит в ресторане, где, определяя личность незнакомца, соискательница места мыслит категориями вроде "разведен", "агрессивен", "без образования". Вполне достаточно, чтобы нанять девушку спасать семьи клиентов.
Глубину подхода демонстрирует и сам Рэй, когда, не пообщавшись и трех минут с сыном постоянного своего клиента Венделом, выдает диагноз: "Вы запалитесь, так и знайте". Предположить, что туповатый отпрыск, вероятно, "запалится" перед своей будущей женой, владелицей бешеного наследства, вообще-то нетрудно. Чтобы этого не произошло, папаша Вендела и уломал Рэя лично заняться этим делом и прикрыть сыночка, который перед свадьбой собирается заехать в мотель и оттянуться там со своей подружкой. Номер в мотеле, понятное дело, заказан на имя Рэя. Но и это бы не беда, если бы подшефный, увлекшись садистскими штучками в постели, не задушил свою любовницу.
Преступление против морали заканчивается самым настоящим убийством. А потому на Рэя обрушивается полиция, обманутый парень убитой, папаша с сынком Венделом, один киллер, желающий использовать талант Рэя для прикрытия собственных преступлений, и другой киллер, которому заказали убить Рэя, потому что именно он и есть тот самый мошенник-миллионщик.
Судя по всему, фильм снимался не ради философских отступлений вроде "романтические чувства делают людей ранимыми дураками" или истории трагически завершившейся интрижки, а ради десяти заключительных минут, за которые главный герой успевает выпутаться из всех неприятностей сразу, играя на этих самых романтических чувствах.
Компания отборных подонков в одном отеле действительно превращается в механизм, запрограммированный на саморазрушение. В результате получается, что ложь всплывает на поверхность сама по себе, а человек, ее тщательно выстроивший, к ее разоблачению не имеет никакого отношения. В довольно динамичном финале фильма создатели лихо закручивают сюжет, но верно расставляют акценты, чтобы зритель получил удовольствие, но ни в коем случае не задумывался. Потому что иначе вся картина рухнет — уж очень странны совпадения, которые выглядят роком, возмездием, судьбой, но никак не частью продуманной схемы. Тем более странно, что Рэй в исполнении Стива Кугана выглядит аморфным и уставшим от жизни брокером, а не блестящим аферистом, разбирающимся в механизме любовных связей. В то, что такой человек может всех запутать и выйти сухим из воды, поверить решительно невозможно. Сам Рэй объясняет все просто: "Полагаться на людей в принципе нельзя, но на сборище мерзавцев — можно смело, потому что они предсказуемы".