Тегеран-23
Российская наука изучит опыт иранской
Россия намерена наращивать научно-образовательное сотрудничество с Ираном и странами Африки. Об этом заявили вчера на Конгрессе молодых ученых в «Сириусе» чиновники и представители университетского сообщества РФ. Эти международные направления будут, судя по всему, серьезно различаться: если страны Африки сами ждут от России помощи в выстраивании образовательной системы, то у Ирана российские ученые намерены поучиться развитию в условиях санкций.
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ
Фото: Дмитрий Духанин, Коммерсантъ
Во вторник, 28 ноября, на территории парка науки и искусства «Сириус» начал работу III Конгресс молодых ученых. По данным организаторов, в нем участвуют более 5 тыс. человек, включая делегации 25 стран. В среду международное взаимодействие активно обсуждалось на сессии «Научно-техническое сотрудничество России и Ирана». Замминистра науки, исследований и технологий Ирана Пейман Салехи заявил, что Россия и Иран «смотрят в одном направлении». «У нас общие проблемы, нас очень много сегодня объединяет»,— согласился помощник президента РФ, экс-министр образования и науки Андрей Фурсенко.
Господин Салехи заверил его в готовности Ирана создать совместное с Россией научное сообщество и даже выделять стипендии российским студентам. А ректор МГТУ имени Баумана Михаил Гордин похвастался, что его вуз уже сейчас активно сотрудничает с иранскими учеными. Одним из самых перспективных направлений он назвал космические исследования: «Мы обсуждаем различные возможности по технологиям кубсат, малых спутников. Обсуждаем как взятие полезной нагрузки на борт наших спутников, так и создание спутников для них (Ирана.— “Ъ”)». Господин Гордин полагает, что такая совместная работа пойдет на пользу не только Ирану, но и России: «Иран давно находится в состоянии ограничений. Возможно, этот опыт будет востребован и у нас». Напомним, в начале ноября США внесли Бауманку в санкционный список.
Руководитель Восточного культурного центра РАН Лана Раванди-Фадаи не стала умалчивать о проблемах научно-образовательного сотрудничества двух стран.
Она рассказала, что представители иранских вузов считают сближение России и Ирана ситуативным и вынужденным. К тому же иранским ученым трудно добиться признания в России их ученых степеней и сложно получить визы в Россию. «Есть проблемы и с открытием двусторонних образовательных программ из-за обязательных бюрократических процедур»,— констатировала она.
«Сотрудничество (ученых России и Ирана.— “Ъ”) не прерывалось после развала Союза»,— возразил проректор Дагестанского государственного университета Алимурад Гаджиев. Он заявил, что ДГУ и другие российские вузы много лет активно сотрудничают с Ираном в рамках Ассоциации государственных университетов Прикаспийских стран — в частности, совместно исследуют Каспийское море. Продолжается совместная работа и в области атомной энергетики, добавил вице-президент НИЦ «Курчатовский институт» Александр Благов: «Мы сейчас работаем над научной программой, которая будет охватывать целый спектр направлений, начиная от биологии и генетики и заканчивая ядерной медициной, материаловедением и разработкой нового научного оборудования». Напомним, Курчатовский институт попал под санкции США в сентябре 2022 года.
В соседнем конференц-зале проходила сессия «Россия—Африка: наука и образование в целях развития».
Если в дискуссии с иранцами обсуждались уже начатые проекты, то в случае с Африкой говорили в основном о перспективах.
Экс-президент ЮАР Табо Мбеки, подключившийся по видеосвязи, несколько раз повторил, что Африка надеется на помощь России как «наследницы» СССР: «В Советском Союзе было великолепное сотрудничество с Африкой в области образования. Мы с нетерпением ждем продолжения этого сотрудничества. Было бы здорово, если бы Россия сфокусировалась на данном аспекте, чтобы помочь Африканскому континенту развивать свои возможности». «Россия развивает образовательную инфраструктуру и может играть значительную роль в развитии образования в Африке. Как говорится, дайте человеку рыбу, и он будет сыт один день. Но если вы научите его рыбачить, он будет сыт всю жизнь»,— поддержала слова господина Мбеки сотрудник Кейптаунского университета (ЮАР) Филадельфия Нгобени.
Вице-президент НИЦ «Курчатовский институт» Владислав Панченко заверил их, что в России сейчас обсуждаются разные возможности развития научно-образовательного сотрудничества с Африкой. Это может быть создание российских школ в странах континента, привлечение иностранных школьников к участию в российских олимпиадах, открытие за рубежом новых университетов и филиалов, а также расширение академической мобильности.
«В контексте решительного разворота на Восток и Юг мы смотрим на все возможности, которые возникают в тех зонах, где есть точки роста и потенциал для совместного развития. Африканский континент, безусловно, такой зоной является,— заявил проректор МГИМО Андрей Байков.— Модули по "не-Западу", модули по Африке мы сейчас внедряем абсолютно повсюду». Господин Байков рассказал, что сегодня в МГИМО преподают три африканских языка — суахили, амхарский и африкаанс, однако планируется открытие новых групп: «Мы должны развивать линейку лингвострановых специализаций. Планируем открывать группы с новыми языками — язык хауса, возможно, в будущем лингала и йоруба».
«Многие в Африке видят в России Советский Союз. Но ведь Россия не берет на себя партийную систему стран, экономическую систему и не планирует этим заниматься, поскольку это тоже форма неоколониализма»,— успокоил напоследок коллег научный сотрудник Центра ближневосточных и африканских исследований МГИМО Иван Лошкарев.