Набат и колокольцы как лейтмотив русской жизни

       В среду Капелла пережила недюжинный натиск публики. Исполнялись "Перезвоны" Валерия Гаврилина. Хотя хоровая симфония-действо по прочтению Шукшина — один из любимых номеров Капеллы, звучала за последние сезоны не раз, последнее исполнение привлекало как итог работы.

       Незадолго до концерта Владислав Чернушенко вновь записал самую значительную партитуру петербургского мастера. Не только записал, но и поставил. В полуторачасовом гаврилинском цикле на народные тексты нет определенного сюжета: лирические протяжные сменяются агрессивными заговорами, частушечные посиделки — колыбельными, свирельные наигрыши — вечерним звоном. Но Капелла, и это главная удача концерта, поет не "русские народные песни", а творит некий магический обряд. Ключевыми для дирижера оказываются крайние номера симфонии, рисующие пугающую скачку под набатный звон, окрашивающий все исполнение трагическим тенями. Дорога мыслится автором как метафора жизненного пути, в конце которого перед героем разверзаются врата Ада. Пластическое решение действа господин Чернушенко "вычитал" из самой партитуры: раздал партии солистов (сопрано и тенора) нескольким героям, предложил девицам в золотых сарафанах и мужикам в черных кафтанах не только чинно стоять на сцене, но и прогуливаться, кокетничать, тосковать, сплетничать. Неловкие этюды в жанре ансамбля "Березка" искупались великолепным вокалом солистов, а актерское мастерство хора соперничало с лицедейством дирижера. В этот вечер он был каждым из героев: и жеманной девицей, и лихим разбойником, и кающимся грешником. Перед таким эмоциональным напором Капелла показала лучшее, на что способна.
       ЕЛЕНА ВОЛКОВА