Руководители ряда правозащитных НКО, врачи-психиатры и члены президентского Совета по правам человека (СПЧ) создали петицию с требованием обеспечить медпомощью наркозависимых заключенных в изоляторах. Обращение адресовано Минюсту, Минздраву, МВД, ФСИН и омбудсмену Татьяне Москальковой. Авторы обращения считают, что число заключенных, сталкивающихся с синдромом отмены — так называемой ломкой — измеряется десятками тысяч, и предлагают ведомствам-адресатам обеспечить прежде всего СИЗО ставками наркологов, а также запасом «сильнодействующих лекарств». Во ФСИН “Ъ” заверили, что при СИЗО и колониях уже «функционируют психиатрические и наркологические кабинеты», а арестанты с ломкой «направляются в медицинские организации» на консультации и лечение.
Фото: Александр Подгорчук, Коммерсантъ
Фото: Александр Подгорчук, Коммерсантъ
Обратить внимание на проблему наркологической помощи при абстинентном синдроме арестантам в СИЗО предлагают сразу несколько десятков правозащитных НКО, врачей и юристов, в том числе признанные иноагентами фонды «Общественный вердикт» и «Русь сидящая», Московская Хельсинская группа, программа «Новая наркополитика», а также члены СПЧ Ева Меркачева и Андрей Бабушкин. Их петиция адресована МВД, ФСИН, Минздраву, Минюсту и уполномоченному по правам человека. Авторы отмечают, что только по уголовным делам, связанным с наркотиками, в России ежегодно приговариваются 80 тыс. человек — и многие из оказавшихся в системе ФСИН людей страдают наркозависимостью, испытывают ломку, нуждаются в лечении, но не получают его:
«Игнорирование наличия заболевания и отказ в лечении обрекает заключенных на страдания, а иногда приводит к таким тяжелым последствиям, как попытка самоубийства».
Авторы приводят несколько примеров, в том числе суицид наркозависимого заключенного в московском СИЗО-4 «Медведь» в камере карантина в 2020 году. После публикации петиции о подобных случаях стали рассказывать и бывшие арестанты — из их сообщений следует, что в тех случаях, когда персонал изоляторов реагирует на требования заключенных и вызывает врача, у того часто не оказывается необходимых препаратов.
Юридический консультант по делам, связанным с наркотиками, Арсений Левинсон считает, что упомянутая проблема касается десятков тысяч заключенных по всей стране — речь идет не только о части привлекаемых к ответственности по «наркотическим» статьям. Наркозависимым заключенным «законодательно не положена соответствующая экспертиза на этапе судебного следствия,— отмечает эксперт. — Зависимым от опиатов еще могут оказать какую-то помощь, но, если у человека зависимость от психостимуляторов, помощь даже не обсуждается».
Авторы петиции объясняют «равнодушие» сотрудников ФСИН отсутствием кадров и финансирования:
«В уголовно-исполнительной системе нет собственных наркологических стационаров, а для госпитализации заключенного в гражданский стационар нужен круглосуточный временный караул из двух сотрудников правоохранительных органов».
Петиция содержит три требования: разрешить проведение следственных действий только после обязательного оказания медпомощи заключенным и устранения ломки; запретить принимать наркозависимых в ИВС и СИЗО до устранения ломки; обеспечить в каждом СИЗО ставку врача-психиатра/нарколога и наличие лекарств, «в том числе сильнодействующих и подлежащих предметно-количественному учету». Господин Левинсон заявил “Ъ”, что считает аргументы о дороговизне «неприемлемыми с точки зрения прав человека»: по его словам, минимальные стандарты ООН по обращению с заключенными предусматривают помощь врача-психиатра в каждом изоляторе — для всех, а не только для наркозависимых.
В пятницу директор Института прав человека (признан иноагентом) Валентин Гефтер передал петицию омбудсмену Татьяне Москальковой, предложив создать рабочую группу с участием представителей ведомств—адресатов. «Мы хотим инициировать дискуссию при содействии омбудсмена»,— пояснил “Ъ” господин Левинсон. “Ъ” направил запросы в МВД, Минюст, ФСИН и Минздрав с просьбой прокомментировать готовность к подобной дискуссии с правозащитниками и оценить с точки зрения затрат реальность исполнения требований. В Минздраве и МВД пока не ответили, в Минюсте сообщили, что готовы рассмотреть предложения по изменению законодательства, направленного на оказание медпомощи заключенным с абстинентным синдромом, если таковые поступят в ведомство.
В пресс-службе ФСИН России сообщили, что при СИЗО и колониях «функционируют психиатрические и наркологические кабинеты». «Медицинские кабинеты оборудованы и оснащены в соответствии с порядками оказания медицинской помощи по профилю "психиатрия" и "психиатрия-наркология",— пояснили в ведомстве.— Все заключенные под стражу или осужденные, прибывшие в СИЗО, в том числе следующие транзитом, при поступлении осматриваются медицинским работником с целью выявления лиц, представляющих эпидемическую опасность для окружающих или нуждающихся в медицинской помощи».
Арестанты с ломкой в обязательном порядке «направляются в медицинские организации для осуществления консультативных и лечебных мероприятий», а процессуальные действия с данной категорией лиц осуществляются «только после купирования острых психотических состояний, в том числе абстинентного синдрома», заверили в ведомстве.
Для этого подведомственные ФСИН учреждения, пояснили в пресс-службе, самостоятельно закупают необходимые лекарства, а деятельность медслужбы уголовно-исполнительной системы, медкабинеты и стационары «доступны для посещения контролирующими органами и уполномоченными по правам человека».