«Россия в моем сердце»

Предприниматель, полиглот, автор книг о стратегии люкса француз Лоран Лекам успел создать часовую марку Cyrus Watches, поработать вице-президентом по продажам в Carl F. Bucherer, а теперь отвечает за часовую программу Montblanc.

— У Montblanc несколько направлений, и часы лишь одно из них. Кожаные изделия, приборы для письма, новые технологии. Существуют естественные связи, например, кожаные браслеты для часов делаются внутри группы, но подразделения совершенно независимы друг от друга. Есть одна марка и четыре сердца, которые бьются в унисон. Я работаю в Ле-Локле и в Виллере, а не в Гамбурге или Флоренции.

— Вы думаете, что мы начнем шить сапоги?

— Прежде всего Montblanc — это Minerva, а Minerva — это Montblanc. В Виллере и Ле-Локле есть общее — высочайший уровень мастерства, удовольствия от работы. И там и там мастера уверены, что их произведения будут жить десятки, а то и сотни лет. Minerva — это пример настоящего, подлинного наследия, которое у меня есть желание развивать. Ле-Локль — это более современные часы, это правда, но это часы, которые вдохновлены уровнем Minerva.

— Ну конечно, существуют постоянные обмены между двумя предприятиями, и не только людьми, но и технологиями, идеями, философией мастерства.

— В потоке постоянных перемен, естественном и неостановимом, задумайтесь: не надо ли иметь нечто устойчивое, достойное передачи детям, не в виде электронных импульсов идей, а буквально из рук в руки. Вы заведете себе самый модный и продвинутый смартфон. Сможете ли вы передать его детям? Никогда! Я купил недавно на аукционе в Швейцарии письма сестры Николая II и подарю их однажды дочке, они прекрасны, они написаны от руки на бумаге ручной работы. Разве оставишь детям электронные письма или переписку в мессенджере?

— Главное, чему я научился в Cyrus,— нельзя все делать одному. Потому что был вынужден осваивать маркетинг, мотаться по свету в поисках клиентов, я занимался логистикой, дизайном, налаживал мануфактуру. Это хорошо, потому что я всему научился. Но это меня совершенно вымотало, опустошило. И сегодня в Montblanc я счастлив видеть людей, которые хотят работать вместе, поддерживая друг друга. Мне есть на кого положиться, мне всегда помогут сконцентрироваться именно на моей работе по развитию марки.

Если им что-то нравится, они активно ее поддерживают, если нет, столь же открыто высказывают свое недовольство в социальных сетях. Я очень это ценю и намерен мобилизовать такой потенциал на службу Montblanc.

— Чтобы написать ее, я встречался с владельцами старейших семейных предприятий мира. Вопрос мой был задан по-детски: «Как это было, чтобы хватило на 1000 лет?» Но владельцы давали мне очень взрослые, мудрые советы: «Совершайте ошибки, заблуждайтесь, не преуспевают только те, кто хотят быть совершенными». И еще: «Сохраняйте уровень, сохраняйте людей, которые создают ценности марки, и настаивайте на том, чем вы отличаетесь от других».

— Как всегда работал. Я приеду к вам в Москву, мы встретимся, может быть, выпьем, закусим, вы мне расскажете о России, это то, что мне всегда интересно, а я постараюсь рассказать вам все самое интересное, что я знаю о Montblanc.

— Давайте! Россия в моем сердце. Мои родители, мои друзья спрашивали меня: «Лоран, скажи, почему ты так любишь Россию?» И я сказал: «Знаете ли, почему? Потому что это в сердце». Я не могу объяснить, почему, но когда я в России, я чувствую себя очень хорошо. У меня друзья не только в Европе, но в Тюмени, в Москве, в Петербурге. Я решил изучать русский язык, потому что я его любил, понимаете?