Работу над планом BEPS (инициатива по борьбе с размыванием налоговой базы и перемещением прибыли ТНК, всего в ней так или иначе участвуют более 110 государств, включая страны ОЭСР и G20) налоговики начали в 2010-х годах. К 2016-му были разработаны международные правила трансфертного ценообразования, описаны основные схемы ухода от налогов с использованием интеллектуальной собственности и процедуры «цифрового» ухода от НДС. За этим последовало массированное усиление контроля для уплаты налогов по месту получения прибыли через модернизацию соглашений об избежании двойного налогообложения и ограничение возможностей по занижению базы по налогу на прибыль через транснациональные внутрикорпоративные займы. Российский Минфин, напомним, с 2014 года реализовал в налоговом законодательстве целый пакет рекомендованных ОЭСР и G20 изменений, включая кампании по «деофшоризации» и «офшорной амнистии» 2014-2015 годов, принятие закона о контролируемых иностранных компаниях и ликвидацию обнаруженных в рамках BEPS путей налоговой оптимизации. В этом году РФ форсировала обновление СИДН с одной из основных для российского бизнеса «офшорных» юрисдикций — Кипром (см. “Ъ” от 7 сентября) и ведет аналогичную работу с рядом других низконалоговых юрисдикций.