Прямая речь

— Когда проведут пенсионную реформу, я не доживу до пенсии. К самой реформе я отношусь резко отрицательно, как и к той демагогии, которая возникла вокруг нее. Это неправда, что, повышая пенсионный возраст, мы повышаем число работающих людей. Если у человека есть работа, он никогда не уйдет с нее добровольно на пенсию. Но дело в том, что у огромного количества людей либо нет работы, либо она низкооплачиваемая. И даже жалкая пенсия, которая выплачивалась, спасала от голодной смерти множество людей, в первую очередь — женщин, которых никто не берет на работу в преклонном, по нашим меркам, 60-летнем возрасте. Мужчинам будет легче — мы все перемрем, но женщины будут мучиться.

— Никогда не рассчитывал на пенсию. Если мне не будет хватать денег, то буду искать другие способы пополнять свой бюджет. Я отношусь к реформе категорически отрицательно: это вообще не имеет ничего общего с реформой. Это математический подход, с помощью которого хотят сократить количество пенсионеров. При этом ни одна экономическая пенсионная модель не может гарантировать человеку безбедную старость. Выход один: чем больше детей, тем больше вероятность того, что ты в старости будешь нужен и тебе помогут. Мой пенсионный фонд — мои семеро детей.

— До пенсии мне еще долго — три года. К реформе отношусь положительно. Во-первых, пенсию надо заработать. Во-вторых, я никогда не сидел сложа руки и работать буду всегда. Можно кричать, что нас ограбили, но это не так. Как бы то ни было, такого понятия как «пенсия» у нас не существует, и те выплаты, которые у нас были — это не пенсия. Например, у меня есть два товарища: один просидел в тюрьме всю жизнь, и его пенсия 8,2 тыс. руб., а второй работал всю жизнь и получил 8,6 тыс. руб. Это бред. Человек должен сам заботиться о своей пенсии и откладывать на старость. Эта пенсионная реформа нужна. Как ее сделают и как она будет выглядеть — другой вопрос.

президент Уральской торгово-промышленной палаты:

— Надеюсь, что хватит сил еще поработать. С одной стороны, реформа нужна — уже десятки лет не было изменений. С другой стороны, нельзя говорить, что реформа — это единственный способ найти деньги для пенсионного фонда. Я отрицательно отношусь к реформе. Население могло бы отнестись с пониманием к увеличению пенсионного возраста при нормальных пенсиях. Но то, что у нас называется пенсиями, скорее, издевательство.

— Мне 76 лет. Я работаю. У меня есть пенсия 15 тыс. руб. Прекращать работать не собираюсь — работа мне дорога. На моем веку уже были три реформы. Проводили разные акции, раздавали обещания, появились частные пенсионные фонды, из которых пропадали деньги. Людей это все только раздражает. Женщинам хуже всего — им повышают возраст на восемь лет. Сейчас отпускная пора, футбол, и вот решили срочно провести реформу. Для таких изменений требуется поставить экономику с ног на голову. Бюджет должен пополняться, но этого не происходит из-за отсутствия экономической программы.

— Мне до пенсии еще дожить нужно. 10 лет ждать. Пенсионная реформа совершенно антинародная. Она показывает, что власть все вопросы решает не путем напряжения лба и структурированной работы, а за счет граждан. Такой подход в корне не верен. Россия — социальное государство, и это нарушает его уклад. Огромная часть населения просто не доживает до пенсии. Поэтому эта пенсионная реформа резко сокращает количество пенсионеров. При этом продолжается вывод денег из страны, возрастает количество миллиардеров. Происходит возбуждение фантастических уголовных дел по коррупции и воровству. Всем очевидно, что не государство, а те, кто у власти, латают дыры, возникшие из-за недальновидности политиков, которые решают свои личные задачи. И эти проблемы они пытаются решить за счет жителей страны.