Страна победившего счастья

Если природа не рождает цитрусовых деревьев, винограда или хотя бы зерновых культур, ее называют суровой. В такой и люди вроде как не живут — выживают. Мы отправились в Норвегию на новых Mazda CX-5, чтобы нести угрюмому северу гуманитарную помощь восточной эстетики.

Помощь оказалась не нужна. Норвегия так хороша для путешествий, потому что она хороша для жизни. Все то, что следовало бы нещадно ругать: холод, снег, длинные зимние ночи, дорогие продукты и высокие налоги, — здесь любят. Каждый год в ООН составляют Всемирный доклад о счастье. Норвежцы — самые счастливые в мире люди по всем пунктам: свобода, честность, благосостояние, здоровье, щедрость. Можно объяснить этот вызывающий оптимизм обилием рыбы, а значит, хорошей дозой йода, фосфора, витамина D и кислот омега-3 в крови норвежцев. Но ведь в Мурманске уловы не хуже, а жизни все равно радуются по-нашему, "вопреки".

Можно списать это на богатство Норвегии: валовой внутренний продукт на душу населения в прошлом году был больше 70 000 долларов. Но здесь не видно замков, вертолетов и суперкаров. Наши СХ-5 выглядят на местных дорогах вызывающе. Норвежский автопарк не молод, хотя, по официальным данным, по стране рассеяно больше 100 000 электрокаров и гибридов. С 2025 года здесь вообще нельзя будет ездить на бензиновых и дизельных машинах, останутся только электрические и водородные.

Может быть, дело в трудолюбии? Посмотрите в Википедии статью о Норвегии. В главе "Безработица" сказано: "Этот раздел еще не написан". Не написан самой историей? Сомнительно: норвежцы обожают ловить на крючок, а это не занятие трудоголика. Тот давно изобрел сеть и владеет флотом траулеров.

На этом, пожалуй, пора заканчивать с гипотезами и начинать смотреть по сторонам. Мы проложили маршрут по западной части страны. Главное, что стоит о ней сказать, — фьорды. Древние длинные разрезы в горной породе, океан, глубоко вдающийся в сушу. Скальные стены фьордов бывают практически отвесными, до километра в высоту. Глубина воды — тот же километр. Сверху большие фьорды выглядят замороженными: на густо-синей поверхности никакой ряби. Только восьмипалубные океанские лайнеры проплывают, словно резиновые уточки по ванне.

Чтобы объехать его 204-километровый "язык" по суше, пришлось бы заложить в план еще сутки. Решили срезать на пароме. Они в Норвегии популярнее поездов. Суда бывают разные: от небольших, машин на тридцать, до внушительных, с несколькими автомобильными и пассажирскими палубами. На каждом можно перекусить сомнительным хот-догом и выпить кофе. Процесс всегда выглядит одинаково: дорога вдруг упирается в причал, где в три-четыре пронумерованных ряда выстраиваются желающие попасть на другой берег. Попробуете вклиниться перед кем-то — будете изгнаны в конец очереди и на ближайший паром не попадете. Мы проверили случайно: возникло недопонимание из-за языкового барьера. К каждой машине в очереди подходит служащий порта и берет около сотни крон (700 рублей) за 15-минутную переправу. Как правило, одну линию обслуживают два парома, поэтому долго ждать не придется. Грузом быть здорово: ничего не отвлекает от пейзажа.

Сидеть в пассажирском кресле СХ-5 приятно не только на пароме. Японцы здорово озаботились шумоизоляцией, они придумали десятки способов, как сделать кроссовер тише. Добавили уплотнителей, стекла передних дверей сделали двойными и избавились от части аэродинамических завихрений. И подвеска стала интеллигентнее: вроде все та же острота в руле, но мелкие ремонтные стыки на грубом норвежском асфальте пролетают под колесами незаметно.

Троллей в Норвегии любят. Или боятся: скала Язык Тролля, например, довольно пугающая штука. Как и уродливые фигурки этих существ, часто встречающиеся у кафе и гостиниц. Тролльстиген, "Лестница троллей", — одна из самых страшных дорог, которые мы видели на этой планете. Нет, опасной ее назвать нельзя: наверное, самые серьезные аварии, которые тут случались, — падение в пропасть какого-нибудь дорогого фотоаппарата. Не скроем, надежды как следует "нажать" на этом серпантине были: все-таки Mazda CX-5 не расплатилась за комфорт азартом и рулить ей чертовски приятно. Плюс ко всему, инженеры явно поработали над алгоритмом управления дросселем. Отклик на педаль моментальный. Надежды погонять, однако, не воплотились: даже если бы велосипедисты, мотоциклисты и праздношатающиеся туристы вдруг по тролльему желанию исчезли отсюда, разогнаться бы не вышло. Здесь всего 11 поворотов, но все они 180-градусные, а прямые между ними имеют огромный уклон. Дорогу открыли в 1936-м, после восьми лет строительства, хотя невооруженным глазом объем работ можно оценить в половину дамбы Гувера. Открывал "Лестницу троллей" самолично король Хокон VII, он же и выдумал название. Где-то на середине подъема строителям пришлось соорудить мощный каменный мост через водопад Стигфоссен. Мы, правда, кроме моста увидели только туман, заполнивший всю чашу ущелья.

Это узкое двухполосное шоссе, соединяющее несколько небольших скалистых островков в Атлантическом океане. "Лучшая туристическая дорога" по версии The Guardian. Неясно, с чего это британская политическая газета, пусть и весьма уважаемая, вдруг взялась судить об автомобильных дорогах, но спорить мы не возьмемся. Слово "туристическая" не пустой оборот: искать здесь адреналинового драйва тоже нет никакого смысла. В любое время года вам придется плестись в ленивой череде из автобусов, кемперов и тех, кому открытый от восхищения рот мешает жать на газ. Впрочем, тем лучше. В отличие от тролльей дороги, здесь встречается полиция, а если вы превысите разрешенные восемьдесят хотя бы на километр — рискуете потерять 750 крон, чуть больше 5000 рублей. Превышение на 20 км/ч стоит в шесть раз дороже. Нарушать нет желания, и вовсе не из жадности. Хочется смотреть и смотреть на медленные волны, серое небо и мокрые камни. Бип! Mazda предупреждает об опасном сближении. Очередной зевака тормозит, нацелившись на смотровую площадку. Их здесь немало, но самая важная — впереди, перед "Мостом в никуда". Это туристы его так называют, для местных он Сторсезандетский, а то и просто "пьяный" мост. Это самое высокое сооружение Атлантической дороги, 23 м над водой. Мост круто изогнут, и с некоторых ракурсов кажется, что он обрывается прямо в небе над океаном. Иллюзия рассеивается, когда ни одна из машин, перемахнувших за высшую точку конструкции, так и не обрушивается вниз.

Всего мостов на этой дороге семь. Некоторые построены совсем близко к воде, даже брызги долетают. Хочется верить, что на время сильных штормов проезд закрывают. Первые десять лет эксплуатации, с 1989-го по 1999-й, Атлантическая дорога была платной, но как только строительство окупилось, побор отменили. Суровый норвежский социализм.