Грани таланта

В середине XIX века в курортном городе Карловы Вары сын портного Людвиг Мозер основал маленькую стекольную мастерскую, еще не помышляя о том, что ей суждено завоевать всемирную славу и стать одним из главных национальных брендов Чехии. Гравировка ваз, кубков и бокалов, как и само стекольное производство, были одним из самых распространенных местных художественных промыслов. Первые стеклодувные мануфактуры появились в Богемии еще в XIII-XIV веках, а самобытная школа гравировки и художественной резки сложилась в XVII веке. Мозер получил хорошее профессиональное образование: в 1847 году, в 14 лет, обучался у знаменитого карловарского гравера Андреаса Маттони, параллельно брал уроки живописи, посещал курс в Вене и в Пражской академии изящных искусств. В 1857 году, в возрасте 24 лет, он получил лицензию гравера и торговца стекольными изделиями и открыл собственную мастерскую-магазин. Этот год и считается годом основания марки Moser.

Правда, своего производства у фирмы долгое время не было. Мозер покупал готовые предметы на фабриках в соседних городках и украшал их искусной гравировкой. Это были зеркала, вазы, наборы бокалов, а также тогдашнее техническое новшество — газовые лампы. Карловы Вары — они еще назывались Карлсбад — переживали бурный расцвет: на воды приезжали тысячи курортников. Покупателей было много, в том числе и среди представителей высшего света (а Людвиг Мозер делал основную ставку именно на них), и бизнес у него шел хорошо. Мозер регулярно вывозит свою продукцию на международные выставки в Вену, Париж, Чикаго, Антверпен. Он чутко улавливает тенденции в искусстве, привлекает лучших художников. В это время в моде были кубки и вазы в позднеренессансном и барочном стилях, которые на заводах изготавливали по музейным образцам из цветного стекла. В мастерской Мозера их густо покрывали богатой росписью из цветной эмали: наиболее частые мотивы — экзотические птицы, роскошные цветы, стилизованные дубовые листья, замысловатые орнаменты из фруктов и побегов. Получались великолепные изделия, сверкающие золотом и сочными красками. Эти образцы, выпущенные под маркой Moser в конце XIX века, сегодня периодически всплывают на Sotheby`s и Christie`s. Мозер активно развивает экспорт: в середине 1870-х годов у него уже работают складские филиалы в Париже, Нью-Йорке, Санкт-Петербурге и Лондоне, а в 1878-м, после выставки в Вене, он становится поставщиком двора императора Франца-Иосифа. Но собственную фабрику ему удается открыть лишь в 1892 году. Городские власти не давали ему разрешение, опасаясь, что производство хрусталя в границах города испортит репутацию курорта, ведь один из основных компонентов хрустальной массы — оксид свинца. Разрешение было получено лишь после того, как Мозер пообещал сократить проектную мощность печей, и, главное, как пишут в рекламных проспектах фабрики Moser, он открыл бессвинцовый рецепт хрусталя, который держится в строжайшей тайне. Хотя правильнее, видимо, было бы говорить, что Людвиг Мозер возродил и оптимизировал старинный рецепт, потому что такой хрусталь (его еще называли богемским), а точнее, калийно-известковое стекло, выпускался на богемских заводах еще с 1670-1680-х годов. В отличие от обычного стекла он обладал абсолютной прозрачностью и высоким коэффициентом светопреломления, был более толстым и поэтому легко поддавался гравировке и шлифовке. Просто открытый англичанами в середине XVIII века свинцовый хрусталь — еще более толстостенный, тяжелый и сверкающий на срезах алмазным блеском — вытеснил богемский с рынка. Но благодаря Мозеру он вновь стал невероятно популярным. Формула мозеровского богемского хрусталя вплоть до наших дней представляет собой коммерческую тайну бренда.

В 1908 году за художественную часть на фабрике стал отвечать один из сыновей Мозера-старшего — 29-летний Лео. После смерти отца в 1916 году он еще более 15 лет оставался художественным и техническим директором семейной фирмы. В первые же годы работы Лео были созданы легендарные коллекции, которые до сих пор составляют славу марки Moser: в 1907 году — Royal, в 1909-м — Copenhagen, в 1911-м — Splendid, в 1913-м — Maria Theresia. В них воплотилось все лучшее, что было в стиле ар-нуво: утонченность, изящество, хрупкость и прозрачность. В 1908 году в Карлсбаде отдыхала королева Александра, супруга английского короля Эдуарда VII,— ей Мозер преподнес бокалы Royal, которые так очаровали ее, что фабрика становится поставщиком английского двора. К тому моменту среди августейших поклонников Moser был персидский шах и индийский махараджа, в честь жены которого был создан набор Maharani. Самым знаменитым дизайном от Moser признан Splendid — с широкой золотой каймой и вытравленной по ней гравировкой, украшающей ободок, и алмазной шлифовкой, покрывающей бокалы, словно изморозь. Его дарят королям и президентам, в 1947 году набор бокалов и посуды Splendid преподнесли в качестве свадебного подарка будущей королеве Елизавете II. Бокалы Copenhagen — неизменный атрибут королевских свадеб уже в наши дни. В 2004 году из них пили шампанское гости бракосочетания испанского принца Филиппа и телеведущей Летисии Ортис, а также гости на свадьбе датского кронпринца Фредерика и Мэри Дональдсон.

При Лео Мозере на фабрике были освоены различные техники декорирования. Это, например, техника оропластики — создание кружевной золотой каймы на ободках бокалов: филигранный узор вытравливают на стекле кислотой, а затем покрывают 24-каратным золотом. В эти же годы на фабрике стали делать цветной хрусталь, добавляя в материал оксиды различных металлов. Казалось, что созданные из цветного хрусталя предметы высечены из драгоценных камней: александрита, аквамарина, берилла, топаза. Сегодня на фабрике используют десять фирменных цветов, в которые может быть окрашена хрустальная масса.

В 1922 году Moser уже был крупнейшим производителем художественных изделий из хрусталя в Чехии. На фирму работали лучшие художники и скульпторы, даже знаменитый Альфонс Муха делал эскизы для мозеровских гравировок. Салоны Moser продавали хрусталь не только в европейских столицах и крупных городах, но и в Нью-Йорке и Буэнос-Айресе. В 1923 году газеты облетела новость о вручении папе Пию XI хрустальной коллекции из 214 предметов, которую так и назвали в честь понтифика — Pope, хотя создана она была много раньше, в 1916-м. Она и сейчас входит в ассортимент фабрики. В декоре этой коллекции использован так называемый папский срез — особый способ огранки, образующий округлые грани. Он лег в основу декора многих других знаменитых коллекций Moser, созданных позже,— Adele Melikoff (1922-1923), Marienbad (1927), Lady Hamilton (1934), Jubilee (1982).

В 1932 году из-за мирового кризиса начались экономические трудности. Лео Мозер оставил свой пост, спустя два года фирму купил Bohemian Unionbank, а многочисленная семья Мозеров покинула Чехию — они сразу почувствовали опасность, исходившую от нацистской Германии, до границы с которой от Карловых Вар всего 45 километров. В 1939 году фабрику национализировал Третий рейх, а в 1945-м — социалистическая Чехословакия. В годы социализма Moser был одним из немногих предприятий, которым разрешалось вести внешнеторговую деятельность напрямую. Доход от экспорта высококлассных хрустальных изделий составлял отдельную статью в бюджете страны.

Сегодня бренд Moser — акционерное предприятие, традиции, заложенные Людвигом Мозером и его сыновьями, бережно сохраняются. Все процессы на фабрике: выдувание, гравировка, шлифовка, золочение, матирование, роспись — производятся только вручную. Шлифуют мозеровский хрусталь только на корундовых кругах, считается, что они придают граням особый блеск. Полируют предметы на агатовых или гематитовых камнях, химическая полировка на фабрике не применяется. Один из коньков мануфактуры — создание на вазах искуснейших гравюр, в том числе по мотивам полотен старых мастеров. С помощью крошечных вращающихся дисков мастера воспроизводят на хрустальной поверхности филигранные изображения, где прорисован каждый волосок и лепесток, каждое перышко, мельчайшие складки ткани. Это авторские работы, поэтому выпускаются они ограниченным тиражом в 15-20 экземпляров. В коллекцию этого года вошли вазы с гравюрами картин "Лютнист" Караваджо и "Рождение Венеры" Боттичелли.

Новые коллекции начиная с 2003 года Moser по сложившейся традиции показывает на парижской выставке Maison & Objet. Каждый год обязательно чествуют какой-то из классических сетов: в 2016 году, например, отмечают 80-летний юбилей знаменитой коллекции Mozart. Она была создана мастером Отто Таушеком в 1936 году. В ней практически нет декора, но бокалы и другие предметы поражают совершенством формы. Помимо питьевых наборов и ваз с гравюрами в ежегодную коллекцию входят авторские работы художников по стеклу, работающих в арт-студии при фабрике. Среди самых известных— Иржи Сухаек, Милан Книжак и старейший маэстро Рене Рубичек, отметивший в этом году 94-летие. Эти имена стоит запомнить. Их произведения — в собраниях лондонского Музея Виктории и Альберта, парижского Musee des Arts Decoratifs и пражском Музее декоративных искусств, который каждый год выбирает наиболее ценное произведение среди новинок фабрики и получает его в дар. Для коллекции этого года Милан Книжак создал серию ваз из цветного стекла, Иржи Сухаек — линию "Четыре стихии", в которую вошли цветные сосуды, напоминающие абстрактные скульптуры. Кроме того, дизайнер из России Константин Гайдай был приглашен арт-директором бренда Лукашем Ябуреком для создания коллекции бокалов Kupola, форма которых воссоздает очертания куполов храма Василия Блаженного. Подробнее об истории Moser можно узнать, посетив музей, открывшийся при фабрике в 2008 году, а чтобы посмотреть, как рождается мозеровский хрусталь, нужно записаться на экскурсию по самой мануфактуре.

Представитель марки Moser в России — "Дом фарфора", www.domfarfora.ru