Национализация первой инстанции

Национализация имущества частных собственников в Крыму обернулась судебными спорами. Бывшие владельцы имущества, перешедшего в республиканскую собственность, начали оспаривать безвозмездное изъятие активов. Как выяснил "Ъ", первые судебные решения по этим искам уже вынесены, почти все — в пользу крымских властей. Мотивировочная часть решений судов удивляет юристов.

За время длившейся почти год (с апреля 2014 по март 2015 года) национализации в Крыму в собственность республики и Севастополя передано имущество около 480 предприятий. В отличие от ситуации с государственными организациями Украины, которые были преобразованы в республиканские, у частных организаций, продолживших существовать в прежней юридической форме, было изъято имущество. Его передача в основном оформлялась простым включением в перечень собственности региона. При этом о выплате какой-либо компенсации речь не шла. Не согласившиеся с безвозмездным лишением собственности владельцы потребовали признать недействительными соответствующие постановления Госсовета Крыма, Совета министров республики и правительства Севастополя. Новые собственники и пользователи имущества участвуют в делах третьими лицами, среди них — крымские Минимущества и Минтранспорта, ФНС РФ, Минобороны РФ и даже МАНО "Ночные волки".

Среди обратившихся в суд, в частности, оказались ПАО АК "Крымавтотранс" (изъяты 64 автостанции и автовокзала), ЧАО "Лечебно-оздоровительный комплекс "Айвазовский"" (здравница у подножья горы Аю-Даг площадью 25 га), ПАО "Крымхлеб" (девять хлебокомбинатов), АО "Ялтинская киностудия" (земельный участок в Ялте площадью 12,8897 га), АО "Балаклавское рудоуправление им. А. М. Горького" (земельный участок площадью 277,7 га на горе Гасфорта в Севастополе и здание столовой на нем). Заявители указывали, что включение их активов в перечень имущества Республики Крым нарушает их права и интересы, а также противоречит законодательству. Так, "Крымхлеб" со ссылкой на Конституцию РФ и статьи 235 и 306 Гражданского кодекса РФ настаивал, что "право собственности может быть прекращено только на основании федерального закона и только с возмещением стоимости имущества и всех причиненных убытков". Госорганы в ответ заявляли, что действовали в рамках закона.

Большинство этих заявлений рассматривалось в арбитражных судах Крыма и Севастополя, и почти все решения вынесены в пользу властей. Единственным исключением стало дело ПАО "Югрыбхолод", которое смогло выиграть дело в кассации (полного текста решения пока нет). В остальных случаях мотивы судов практически не отличаются, а большую часть их занимает описание процесса принятия решений о независимости Крыма и включения его в состав РФ. Основная причина отказа — формальная: ненадлежащий способ защиты права, то есть неверная формулировка заявителем своих требований. В ряде случаев суды прямо писали, что требование об оспаривании акта госоргана не может помочь в восстановлении права собственности и не защищает права заявителя. "Отказывая в иске по формальным основаниям, суд лишил истцов права на судебную защиту",— констатирует адвокат Екатерина Сливко. "Форма не может побеждать содержание — раньше об этом говорил Высший арбитражный суд, а совсем недавно и Верховный суд РФ. Если требования направлены на восстановление права собственности, суд должен рассмотреть их и не вправе отказывать только потому, что они не так сформулированы",— добавляет управляющий партнер АБ "Бартолиус" Юлий Тай.

В каждом деле суды признавали, что органы власти действовали в пределах своей компетенции по управлению и распоряжению госсобственностью. Юристы обращают внимание, что на соответствие гражданскому законодательству их постановления не проверялись. "Факт наличия полномочий у госорганов на принятие правового акта никак не подтверждает его законность или незаконность. Аналогичная ситуация, если полицейский применил силу по отношению к задержанному, а суд говорит, что у полицейского в принципе есть такие полномочия, но при этом не вдается в подробности, при каких обстоятельствах это случилось и соответствовали ли они требованиям закона",— говорит Юлий Тай.

В деле "Балаклавского рудоуправления" суд и вовсе посчитал, что компания не доказала свое право собственности на изъятые у нее землю и здание. Свидетельство о праве собственности и выписка из госземкадастра, по мнению суда, не подтверждают наличие права на недвижимость, а компания должна была представить документы от правопредшественников. "Наличие неоспоренного свидетельства всегда признавалось достаточным доказательством права собственности,— удивлена Екатерина Сливко.— При наличии официальных документов, выданных Украиной, нет необходимости исследовать историю приобретения объекта в собственность". Кроме того, рудоуправление оспаривало передачу этой земли правительством Севастополя в аренду "Ночным волкам" на десять лет без проведения торгов. На это суд указал, что Земельный кодекс позволяет передавать государственную землю без торгов при соответствии определенным критериям, а отсутствие в Севастополе закона о таких критериях не свидетельствует о наличии нарушений.

Во многих случаях суды, отказывая заявителям, отмечали в решениях, что у последних есть возможность обратиться с исками о возмещении вреда, причиненного актом органа власти. Но, по мнению юристов, шансы на их удовлетворение ничтожны. По словам Юлия Тая, решения судов, признавшие законной передачу имущества, будут иметь обязательную силу для дел по взысканию убытков. "Раз действия властей правомерны, то и убытков нет",— подтверждает Екатерина Сливко.

По словам юристов, в случае проигрыша во всех арбитражных инстанциях заявители могут обратиться в Конституционный суд, но получить компенсацию больше шансов через ЕСПЧ. "Один из краеугольных принципов Европейской конвенции по правам человека — неприкосновенность собственности, и данный принцип был нарушен властями Крыма и Севастополя. Полагаю, что ЕСПЧ встанет на сторону заявителей",— говорит госпожа Сливко. "Суды не учли сложившуюся практику ЕСПЧ, принцип соразмерности и баланса публичных и частных интересов, которые сводятся к тому, что изъятие имущества без компенсации противоречит международному праву,— отмечает Юлий Тай.— В случае обращения бывших собственников в ЕСПЧ, скорее всего, им будет присуждена компенсация, но вся процедура займет несколько лет". Исходя из практики Страсбургского суда, единственным исключением, позволяющим безвозмездное изъятие частной собственности, является экспроприация, проводимая в условиях чрезвычайного положения, например, в случае войны или борьбы с терроризмом.