Москва призвала объединить усилия правительства Сирии, курдов и других сил в борьбе с терроризмом. Об этом заявил Владимир Путин на саммите ОДКБ. В частности, президент России призвал создать широкую коалицию по борьбе с запрещенной группировкой «Исламское государство». Ранее Белый дом предупредил Москву, что она столкнется с международной изоляцией при дальнейшей поддержке Башара Асада. Официальный представитель ведомства Джош Эрнест заявил, что если Россия примет решение действовать в Сирии в одиночку, не участвуя в коалиции, подобные действия могут быть расценены как поддержка режима Асада. Эксперт Института США и Канады Владимир Батюк ответил на вопросы ведущей «Коммерсантъ FM» Оксаны Барыкиной.
Фото: Дмитрий Азаров, Коммерсантъ / купить фото
— Власти США неоднократно заявляли, что не видят возможности участия Москвы в борьбе с группировкой на условиях помощи Дамаску, которую оказывает российская сторона. Россия также не состоит и в международной коалиции? Каковы вообще перспективы сотрудничества?
— Сложно сказать. Очень многое будет зависеть от позиций других участников этой международной коалиции, включая и США, и Саудовскую Аравию. Дело в том, что тут имеются очень серьезные препятствия на пути выстраивания этой коалиции против «Исламского государства». Здесь можно сказать и о традиционном противостоянии арабов и персов, шиитской и суннитской ветвей ислама, и совершенно неслучайно, что правящее в Сирии меньшинство, выходцем из которого является Асад, — алавиты — это одно из ответвлений шиизма в исламе. Естественно, в этих условиях Сирия является традиционным союзником Ирана в арабском мире. Это очень серьезные факторы, которые осложняют единство этой самой антиигиловской коалиции, хотя, в общем-то, «Исламское государство» — это враг всех существующих на Ближнем и Среднем Востоке режимов.
— А как участие в борьбе с «Исламским государством» вообще повлияет на отношения Москвы и Вашингтона? Есть какой-то шанс на то, что мы на этом фоне начнем разговаривать друг с другом?
— На самом деле диалог российско-американский никогда и не прерывался по самым разным вопросам, начиная от иранской ядерной программы и до проблем с сохранением договора о ракетах средней дальности. Но, конечно же, активная совместная борьба против «Исламского государства» будет способствовать нормализации российско-американских отношений, и, вполне возможно, что это создаст некий синергетический эффект, который будет способствовать распространению конструктивных подходов и на другие сферы российско-американских отношений.
— 15 сентября Дмитрий Песков не исключил такую возможность, что Владимир Путин проведет встречу в Америке по этому поводу. Как думаете, сколько времени потребуется на то, чтобы действительно встреча состоялась?
— На подготовку самой встречи?
— Да.
— На это может уйти достаточно ограниченный промежуток времени. И главное здесь — не фактор времени, а фактор политической воли, желание говорить и договариваться. Желание, может быть, даже и отказаться от каких-то своих укоренившихся представлений о насаждении демократии и тому подобное.
— То есть эти заявления говорят о том, что действительно диалог может быть в ближайшее время на высоком уровне продолжен?
— Диалог на уровне глав внешнеполитических ведомств идет уже давно, и можно говорить даже о некоторых позитивных последствиях этого диалога. Я имею в виду и иранскую ядерную программу, и ситуацию вокруг Украины, и постепенное утверждение того понимания в обеих столицах, что «Исламское государство» — это действительно самый серьезный вызов безопасности и России, и Америки, по этому поводу, конечно, другие какие-то проблемы должны отойти на задний план.
— Насколько мы действительно важную роль выполняем в этой истории? Как мы можем помочь?
— Российская Федерация здесь играет очень большую роль. Если, скажем, вы посмотрите в долгосрочной перспективе, то, конечно, по сравнению с 90-ми годами, роль Москвы на Ближнем Востоке существенно возросла. Может быть, не так, как это было при советской власти, но, в любом случае, Москва сейчас серьезный игрок в ближневосточном регионе, которого вряд ли удастся игнорировать.