Как пазл сложился
Совместный проект ИД «Коммерсантъ» и ПАО «Промсвязьбанк» — «Экспорт роста»
ИД «Коммерсантъ» и Промсвязьбанк представляют совместный проект «Экспорт роста». Наш проект – это серия очерков о среднем бизнесе, который в непростых кризисных условиях нашел свое место в экономике и развивается, расширяя рынки сбыта своей продукции за счет экспортных поставок. Мы сознательно сделали ставку на несырьевые, высокотехнологичные бизнесы, чтобы показать, что российский экспорт – это не только лес, руда и энергоносители. Мы ищем в регионах высокотехнологичные производства с современной, конкурентоспособной моделью управления, способные производить продукцию с высокой добавленной стоимостью, рассказываем о них нашим читателям и на этих примерах показываем, какие возможности для роста есть у тех компаний, которые правильно выстраивают производственную стратегию и не боятся открывать для себя новые рынки сбыта.
За год завод выпускает 15 млн единиц продукции
Даже в таком сегменте рынка, как пазлы и детские развивающие игры, бизнесу порой приходится решать нешуточные головоломки. Компания «Степ Пазл», много лет являющаяся лидирующей на российском рынке пазлов и детских развивающих игр, сегодня ломает голову, как расширить свое присутствие на внешних рынках.
"Степ пазл" производит 600-800 наименований пазлов и
развивающих игр
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ
В начале своего жизненного пути Сергей Степанов — генеральный директор ЗАО «Степ Пазл» — не мог и предположить, что будет заниматься детскими игрушками. Тем более что профессия у него вовсе не игрушечная: он служил офицером в советской армии. Сегодня он и психолог, и педагог, и дизайнер, и разработчик. Не говоря уже о том, что он владелец и руководитель бизнеса, занимающего 70-процентную долю на российском рынке. По его собственным словам, в его работе 90% творчества и 10% цифр.
После развала СССР Сергей Степанов уволился из вооруженных сил и стал торговать книгами. Но однажды кто-то предложил ему продать пазл. Партия моментально разлетелась, и он увидел хорошую перспективу. Торговля книгами была свернута.
Вплоть до конца 1990-х компания торговала импортными пазлами через те же каналы, которые реализовывали его книги (позже к ним добавились федеральные и региональные сети). В 1997 году решил попробовать собственное производство: арендовал два цеха на московском заводе «Прожектор» общей площадью 300 кв. м, купил три пресса и стал выпускать небольшие пазлы из 54–104 элементов. Через год, когда грянул августовский дефолт, потраченные на этот эксперимент $50 тыс. оказались весьма мудрой и своевременной инвестицией. В условиях обвальной девальвации про импорт можно было забыть, и на плаву остались лишь те, кто сумел организовать производство в России.
Через десять лет успешной работы он сделал шаг еще более решительный: вложил около $2 млн в законсервированный объект в Подольске, где развернул производство полного цикла. Теперь здесь производят 4 тыс. единиц товара в день (600–800 наименований). Примерно десятая часть из них идет на экспорт.
Элементарное сложение
Темы для игр и картинок придумывают штатные педагоги и психологи
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ
Каждому родителю знакомо это чувство: выдаете ребенку коробку с картинкой на крышке — Мона Лиза, волшебный город, побоище динозавров… А вечером приходите в его комнату и умиляетесь: картина тщательно выложена на полу картонными кусочками. Пазл сложился. Картины вешаются на стены на всеобщее обозрение, а ваш пытливый ребенок в глазах гостей становится кем-то вроде Леонардо да Винчи.
Пазлы в России появились лет 20 назад, в Советском Союзе их не выпускали. А в Европе они популярны уже лет 200. Считается, что первый пазл создал в 1761 году англичанин Джон Спилбери, торговец географическими картами. Он наклеил карту на панель из красного дерева и ливанского кедра и разрезал ее на мелкие кусочки. После чего ученики должны были проявить свое знание географии, сложив эти кусочки в единое целое.
Это было очень дорогое учебное пособие, но быстро завоевало успех в Англии. Потом из пазлов стали собирать другой учебный материал — батальные сцены, портреты исторических личностей, иллюстрации на библейские сюжеты.
А в 1909 году в Америке открылась первая фабрика по производству пазлов, которые стали доступны даже для самых бедных слоев общества, поскольку делались на основе картона, а не дерева. В какой-то момент пазломания охватила всю Америку и Европу, пазлы собирали в светских салонах, и даже знаменитому гангстеру Голландцу Шульцу приписывали страсть к этому развлечению. Мода на пазлы проникла и в дореволюционную Россию: эту игру упоминает Набоков в своем романе «Защита Лужина» (он называет пазлы «пузелями»).
Детские психологи считают, что пазлы развивают у детей мелкую моторику, а также образное и логическое мышление, воображение, внимание, память, различение отдельных элементов по цвету, форме, размеру, восприятие связи между частью и целым и т. д. Сегодня известны также 3D-пазлы, а также голографические и компьютерные пазлы.
Диснеевские персонажи всегда пользуются спросом, особенно принцессы у девочек
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ
Какие же изображения на пазлах пользуются популярностью в разных странах? Маркетологи компании «Степ Пазл» объясняют: есть мода на изображения. Так, в Западной Европе недавно была мода на готику, а сейчас спад. Например, принцессы Disney всегда популярны у девочек, танки пользуются устойчивым спросом у мальчиков. Был период моды на фотоизображения, сейчас больше акцент на рисунки.
В странах СНГ (основное направление экспорта) свои предпочтения. Так, в Казахстане помимо диснеевских персонажей любят лошадей, тигров, а также золотое или серебряное тиснение на пазлах.
Потребители в США близки к нам по мировосприятию: для них неважно содержание игры, главное, чтобы нравилась картинка, оформление. Но слишком мудреные пазлы там не в почете. Пазлы больше 3 тыс. элементов там не продаются («Степ пазл» выпускает пазлы до 6 тыс. элементов). В Штатах люди слишком прагматичны: думают больше о деньгах, и долгое зависание над одной игрой там считается бессмысленным занятием.
От целого к деталям
Для того чтобы сделать пазл, картинку сначала печатают в типографии на этикетке. Этикетку привозят на завод, где ее на специальном станке (кашировальная машина) наклеивают на картон — процесс называется кашировка. После этого наклеенное изображение просушивают и обрезают на специальном станке. Потом отправляют на пресс, где картонка рубится и получается пазл. После этого запечатанный пакетик с элементами укладывают в коробку. Все коробки делают тут же. Упакованные коробки запечатывают в полиэтиленовую пленку в специальной печи и отправляют на продажу.
Пазлы до 104 элементов собирают вручную. Сборщицы работают в невероятно быстром темпе: работа сдельная. В основном на сборке трудятся женщины: считается, что они более усидчивы — мужчины не могут долго работать в сосредоточенном режиме.
Еще есть настольные игры. Для них закупаются пластмассовые фишки, кубики. Психологи и педагоги придумывают сюжеты игр, маркетологи и дизайнеры оформляют идею.
Интересно, что за минувшие восемь лет работы в Подольске уже сформировались рабочие династии (притом что в этом городе нет недостатка в действующих заводах). Всего на заводе «Степ Пазл» в Подольске работает около 300 человек. Еще около 30 человек работают в Москве (менеджеры по продажам, маркетологи, пиарщики и т. п.). Там же работают и авторы игр — педагоги, психологи, разрабатывающие идеи.
Но станки, например кашировальные машины, в России не производятся. Прессы — тоже. Каждый станок стоит несколько сотен тысяч евро (они в основном из Италии), а всего их на производстве десятка три.
Есть на заводе и свой show room — все образцы продукции. Здесь все, что было создано за годы работы. Есть раритетные издания 1998–2000 годов — это самые первые пазлы.
Очень хорошо продаются дорожные настольные игры. Это такие компактные коробочки, которые легко бросить в чемодан, а потом занять малыша в дороге. «Веселые пираты», «Кот-рыболов», «Лесные феечки» — что может быть заманчивее для солидного парня лет пяти-семи?
Картинка на вывоз
Десятая часть подольской продукции уходит на экспорт
Фото: Петр Кассин, Коммерсантъ
Спрашивается, а как все это богатство продать за границу?
Это одновременно просто и невозможно. В Европе давние и глубокие традиции производства пазлов и настольных игр. Там трудно чем-то удивить. Бессмысленно выходить в Китай и в Японию — там тоже рынок перенасыщен, причем у них свои традиции изображений.
С другой стороны, везде любят героев известных мультфильмов, животных. «Степ Пазл» активно работает с лицензиями — Disney, Marvel, Lucas Film, Me to You, Winx, Hasbro, Dreamworks World of Tanks. Из российских брендов — «Маша и Медведь» («Анимаккорд»), «Барбоскины» («Мельница»), «Союзмультфильм» и ТО «Экран», «Три богатыря» («Мельница»), «Фиксики» («Аэроплан») и т. п. Самое главное, что персонажи российских мультиков уже успели выйти на европейский рынок и там их полюбили.
Так, российская продюсерская компания «Аэроплан» в конце 2012 года продала итальянскому холдингу Atlantyca Entertainment права на дистрибуцию мультсериала «Фиксики» в Малайзии, Сингапуре, Южной Корее, Западной и Восточной Европе. А норвежский телеканал NRK Super купил у студии «Анимаккорд» права на показ мультсериала «Маша и Медведь».
В Америке тоже очень хотят игры «Степ Пазл». Но пока дело ограничилось эпизодическими поставками. Доставка в США стоит денег. Чтобы решить проблемы с логистикой, в позапрошлом году был открыт офис в Чехии. А год назад была открыта фабрика Europuzzle в Литве, которая не только производит игры, но и решает вопросы с таможней в ЕС, сертификацией и логистикой.
За 2013 год объем экспорта составил 38,7 млн руб. Сейчас в «Степ Пазл» задумываются о поставках игрушек на Ближний Восток и в Азию. США, Австралия и другие тихоокеанские регионы вынуждены подождать: они слишком далеко.
Цифры
Индекс RSBI: согласно всероссийскому опросу предпринимателей сегмента МСБ по итогам первого квартала 2015 года, 62% предпринимателей ощущали зависимость от импорта. В то же время 39% из них (в четвертом квартале 2014 года — 47%) решают эту проблему поиском более выгодных импортных поставок, а 43% (в четвертом квартале 2014 года —38%) — заменой отечественными аналогами. При этом 7% ответили, что сами стали производить необходимые составляющие на территории РФ.
Что сегодня происходит с поддержкой малого и среднего бизнеса?
Экспортеров готовой продукции среди компаний малого и среднего бизнеса в России немного. В отличие от стран Европы, например. Там быть экспортером несложно: если небольшая компания делает полезный и качественный продукт, то этот продукт найдет спрос и применение по всему Евросоюзу и за его пределами. Есть единые и, главное, постоянно действующие правила торговли, есть институты, обеспечивающие финансирование и страхование рисков, решающие вопросы с сертификацией и т. п.
Есть мнение, что трудно делать бизнес в Великобритании — сколько нужно пройти бюрократических инстанций и процедур, чтобы застолбить свое право собственности на активы, материальные и нематериальные, получить разрешение на ведение бизнеса. Но зато, когда все формальности улажены, предприниматель может быть уверен, что следующие 100 лет его никто не потревожит и установленных правил не поменяет. Независимо от того, кто через несколько лет придет к власти в стране или кто завтра займет тот или иной пост в регулирующей организации. Доверие должно быть к институту, а не к конкретной персоне. Наследование правил игры — это и обеспечивает стабильность, предсказуемость и доверие бизнеса к государству. То, что больше всего ценят предприниматели и что мотивирует их работать честно.
Александр Чернощекин, вице-президент - управляющий директор по развитию среднего и регионального корпоративного бизнеса ПАО «Промсвязьбанк»