Рекламаwww.kommersant.ru/ad

Отдохните от Сталина

Писатель Виктор Ерофеев — об опасностях идолопоклонничества
Невозможно скрестить красные и белые ценности

Турченкова Мария / Коммерсантъ

Виктор Ерофеев
Я давно уже ничему не удивляюсь. Кончилось время удивления. Ведь удивление — остаточное явление плюрализма: можно так, а можно иначе, вот и определи лучший вариант, а когда представлен единственный путь, удивление проходит. Но проблемы остаются и множатся. Я тут недавно со своей девятилетней дочкой наблюдал на Плющихе через закопченное стеклышко сами знаете что: солнечное затмение! В природе стояла взволнованная тишина, птицы притихли, не летали. Вот как!.. И я вдруг почувствовал, что с приближением Дня Победы мы становимся свидетелями иного вида затмения: на победоносный диск праздника надвигается тень раскола. Раскола по поводу исторической, военно-патриотической роли генералиссимуса, бывшего отца, а ныне обожествленного кумира народа, по крайней мере, значительной его части.
Можно ли примирить сталиниста с антисталинистом? Можно, конечно. Но для этого надо очень сильно выпить. Так выпить, чтобы вся историческая память превратилась в поток бессознательного. А так они вечно спорят. И на свадьбе, и на поминках, и на крестинах. В санаториях спорят, в тюрьмах ругаются, даже в самом центре Москвы нет единого мнения. Мне рассказывали, как в кардиологической реанимации двое сердечников после операции так поспорили о Сталине, что оба умерли. Берегите себя! Не убивайте себя во имя Сталина. Он и так многих убил.
Пятьдесят на пятьдесят. Иногда тише споры, иногда громче. Сегодня тема Сталина опять звучит громко. Интересно, сколько времени она будет так громко звучать? Будут ли спорить о Сталине наши внуки и правнуки? Поставят ли они Сталину в каждом городе памятники или, наоборот, проклянут его имя? О чем спор?
Одна часть нашего народа говорит другой части, что Сталин выиграл войну, а другие, начитавшись замечательного писателя-фронтовика Виктора Астафьева, отвечают, что он завалил победу солдатскими трупами. И так до бесконечности. Одни утверждают: Сталин — безжалостный палач русского крестьянства, эффективный менеджер кровавого террора 1937-1938 годов, друг Германии до самого начала гитлеровского вторжения, душитель свобод, антисемит, параноик. А для других он — победитель, собиратель русских земель, правитель пол-Европы, вождь ядерной державы, которую все боятся. Почему-то сталинистам нравится, когда нашу страну боятся другие страны. Это логика коммуналки: кого боятся, тот и главный. Мы все вышли из коммуналки.
Две расколотые по вопросу о Сталине половинки нашего народа реально существуют, и с этим нужно считаться, стараясь не натравлять одних на других.
Да, нынешние сталинисты так отфильтровали Сталина, что от его образа остались лишь оглушительные овации. Я рад, что среди идолопоклонников нет обожателей коллективизации и совсем мало любителей большого террора. Сталина как коммуниста мало кто вспоминает даже в среде коммунистов. Для коммунистов он тоже — икона непорочного вождя, а не всего лишь ученик Ленина, как он кокетливо себя называл.
Вообще-то, стыдно любить Сталина. Он целенаправленно разрушал национальные дореволюционные ценности, ломал о коленку человеческую природу, прикрываясь коммунистическими идеалами, которые для любого разумного человека казались и тогда безумными или несбыточными. Эти идеалы рухнули, экономически они всегда были несостоятельными, а их проводник, товарищ Сталин, приобрел статус бога.
Это значит, что у нас в стране сохранился и по-прежнему генерируется большой спрос на звание божественного кумира. Что это такое? Это передача социальной ответственности от себя к высшему существу, отказ от самостоятельного выбора, преклонение перед необъяснимой силой власти. Возможно также, это нежелание (как думал Бердяев) связывать себя с отчужденным миром государства, но мне представляется, что это скорее от слабости аналитического мышления и нелюбви к абстрактным словам. Люблю! Это по-нашему. А всякие там рассуждения, тень на плетень — не по-нашему. Лучше пойти рыбу ловить.
Обожествление вождя — вопрос религиозного культа языческой ориентации. С точки зрения этой логики кумир имеет право убивать сотни тысяч человек во имя поставленной цели. Это территория архаики. Она заполнена восторгом, обожанием и страхом. Кумир может в гневе посчитать врагом не только твоих соседей, но и тебя самого со всей твоей семьей. Ты можешь и перед расстрелом кричать: "Да здравствует Сталин!", ты можешь и на лесоповале молиться вождю или, что тоже бывало, прозреть. Но сейчас закончилась историческая экономика лесоповала, и хотя она до сих пор заменена на углеводороды, сталинские методы управления страной выглядят анахронизмом.
Однако Сталин по-прежнему живет в наших генах, без его приемов трудно начальствовать. И даже ярые антисталинисты порой должны выдавливать из себя гены Сталина по капле.
Сталин равнялся на тех русских царей, которые строили сильную Россию, невзирая ни на какие человеческие жертвы. Есть ли что-либо привлекательное в Иване Грозном? А в Петре Первом? Если да, то, значит, кровь — не помеха для положительной оценки? Но с точки зрения интеллигенции Петр лучше Ивана Грозного, потому что Петр привел нас в семью просвещенных государств. А Иван, напротив, восславил мучительство.
Теперь Сталин. Его расчленили. Этим смутили многих. Его внешнюю политику подняли на щит как политику победителя, а его внутреннюю политику слегка пригасили как политику бесперспективного общества. Освежите голову. Отдохните от Сталина.
Нынче с горных вершин идеологии спускается мысль, что надо всем поставить памятники — и красным, и белым крупным начальникам. Тогда все перемешается и раскол исчезнет. Но как скрестить красные и белые ценности? Как примирить Колчака со Сталиным?
Мозги кипят. Ничего из этого не выйдет.
Почему Сталин стал актуальным и претендует на памятники? Сегодня, когда в моду вновь вошли представления о стране как об осажденной крепости, призывы к мобилизации как панацее от трудностей времени, часть нашего населения накануне праздника, тоскуя по ежовым рукавицам, превращается в идолопоклонников, которые считают, что нас спасут алтари в виде музеев, памятных досок и прочих сакральных атрибутов. В сущности, это и ведет к подлинному национальному расколу, который может затянуться на долгие времена, ослабить страну. Сдержите ваши эмоции! Сдержанность и самоограничение властных амбиций — хорошая тема для преодоления кризиса.
Не понимаю, как можно в современном мире обожать вождей. Ведь правители по определению не созданы для обожания. Это не целевое назначение власти. Правители выбраны для того, чтобы они заботились о своем населении, о его здоровье, об образовании, о процветании, просвещении. Это так просто, но почему-то трудно запоминается.

Журнал "Огонёк" №13

от 06.04.2015, стр. 19