Бомбят по площадям

На площади у Московского вокзала в Петербурге моложавый седой мужчина в очках держал в одной руке плакат, в другой — большой пластмассовый стакан. В стакане лежала сотня. Рядом приставали к прохожим девушки с такими же плакатами и стаканами. На плакате название фонда, ниже фото ребенка, имя и фамилия. Далее: "Диагноз: острый лейкоз. Цена операции 1 558 318 руб.". Совпадение: я знал и девочку (сам писал о ней), и нужную сумму — втрое меньше, и то, что девочка не имела отношения к указанному фонду.

На мои вопросы мне были даны резонные, надо признать, ответы. Информацию взяли с сайта. С какого — не помнят. С суммой малость напутали. Название фонда? Это не название, а просто слоган, призыв ("вы же видите, что без кавычек"). Кто такие? Просто люди! Кто уполномочил? Никто, а кто нам может запретить? Куда денем деньги? На сайте есть счет. Деньги давно собраны? Ну и что, маме они лишними не будут. И так далее. Мужчина показал свой паспорт и даже дал его сфотографировать! Я в ответ дал ему визитку и попросил сообщить о перечислении денег. Через несколько дней он прислал сканы квитанций к переводам на счета Русфонда: 8500 руб. на лечение Алеси Мялик и 13 500 — на лечение Ани Грининой c плаката (в квитанции почему-то Грушилина).

Мне стало стыдно. Но на периферии сознания вертелась мысль: а сколько они собрали? Перевели все до копеечки или компенсировали свой альтруизм полновесным рублем?

Тут подоспело письмо петербурженки Ксении (фамилию просила не называть). Она сообщала, что около станций метро молодые люди (один сказал, что ему 14 лет) в футболках с надписью "Цветы жизни" собирают деньги на операцию Лиде Н. с пороком сердца. На вопрос, кто именно собирает, отвечают по-разному: фонд "Цветы жизни", фонд "Теплый дом", фонд Worldvita. Молодые люди путались, называли разные имена больных детей, разные диагнозы, разные фонды. Многие говорили, что их деятельностью руководит "куратор Михаил" (фамилии не знают) и что при сборе больше 1000 руб. за день они получают 30% от сбора себе. Другие утверждали, что они волонтеры и все средства переводятся ребенку. Ксения дозвонилась маме больной девочки, и та сказала, что подписывала какой-то договор, но ни о "кураторе Михаиле", ни об отчислениях сборщикам ничего не знает. Упомянутые фонды тоже открестились от площадных сборов... Ксении была обещана встреча с "куратором", но в условленное время в условленном месте никого не оказалось.

"Сборы по площадям" приобрели характер эпидемии. В Русфонд многие обращаются с одним вопросом: как проверить, кто собирает — мародеры или альтруисты?

В минувшее воскресенье я пришел к Московскому вокзалу. Сборщиков не было.

— А их уже не будет,— пояснила мне женщина, каждый день раздающая здесь рекламные буклеты.— Я видела, им слишком много вопросов стали задавать, и они исчезли.

Вот, наверное, и ответ на вопрос, как проверить: задавать вопросы, изучать документы, писать в Русфонд — все это и сделала Ксения. Спасибо ей.

весь сюжет rusfond.ru/ swindler