Восток нам поможет

Россия пытается развернуть свою экономику в сторону стран Азиатско-Тихоокеанского региона. Главным партнером РФ в этих условиях будет Китай, который в этом году может стать крупнейшей экономикой мира. Но Пекин хочет и готов сотрудничать с Москвой только на своих условиях.

"Убежден, что рост китайской экономики отнюдь не угроза, а вызов, несущий в себе колоссальный потенциал делового сотрудничества, шанс поймать "китайский ветер" в "паруса" нашей экономики",— написал Владимир Путин в своей предвыборной статье "Россия и меняющийся мир", опубликованной 27 февраля 2012 года. Став президентом, господин Путин неоднократно говорил о значении азиатского вектора для российской экономики, в том числе в контексте развития Дальнего Востока. Тема поднималась в обоих посланиях Федеральному собранию. Однако с начала года приоритет азиатского направления резко вырос — из-за кризиса в отношениях с Западом.

Конфликт вокруг Украины и угроза санкций со стороны США и ЕС стали серьезным вызовом для России. Введенные пока что персональные запреты на въезд в США и ЕС для ряда российских должностных лиц и бизнесменов, а также точечные санкции против некоторых российских компаний и банков не наносят существенного удара по экономике. Куда серьезнее, как заявил первый вице-премьер Игорь Шувалов, "необъявленные санкции" — рекомендации крупному бизнесу со стороны национальных правительств минимизировать контакты с российскими контрагентами и заморозить некоторые проекты. Не менее тревожным стал вывод денег из российских активов. Если в 2013 году чистый отток капитала из России, по данным ЦБ, составил почти $63 млрд, то уже за первый квартал из страны ушло $50,6 млрд. Наконец, из-за снижения суверенного рейтинга России со стороны S&P до уровня, после которого облигации считаются "мусорными", увеличилась стоимость зарубежного фондирования как для компаний, так и для всех системообразующих банков.

Учитывая желание ЕС в среднесрочной перспективе снизить энергетическую зависимость от России (РФ обеспечивает 30% потребностей Европы в природном газе и около 27% потребностей в нефти), а также возможность введения секторальных санкций, картина и вовсе становится тревожной. В условиях замедления темпов роста ВВП (в 2013 году экономика выросла всего на 1,3%, прогноз на этот год — 0,6%), дефицитного бюджета, растущих социальных обязательств, а также инвестиционных расходов на развитие Республики Крым и города Севастополя бюджет спасает девальвация, однако ее эффекта может не хватить.

Именно поэтому тема разворота в Азию стала актуальной как никогда. Новый приоритет уже отразился на географии зарубежных поездок чиновников и представителей деловых кругов. Так, в апреле на экономический форум в китайском Боао приехала беспрецедентная делегация во главе с вице-премьером РФ Аркадием Дворковичем (в 2010 году на форуме был президент Дмитрий Медведев, но тогда он совпадал с саммитом БРИКС, чем и объяснялся высокий уровень российского участия). На сей раз российские мероприятия в Боао, организованные по инициативе Газпромбанка, посетили помимо господина Дворковича министр по развитию Дальнего Востока Александр Галушка, глава Газпромбанка Игорь Акимов, совладельцы НОВАТЭКа Леонид Михельсон и Геннадий Тимченко, гендиректор Российского фонда прямых инвестиций Кирилл Дмитриев и многие другие бизнесмены и чиновники. Очередной вехой российско-китайского сближения должен стать визит Владимира Путина в Шанхай 20-21 мая, во время которого должно быть подписано рекордное количество контрактов, в том числе по продаже российского газа в Китай между "Газпромом" и CNPC, переговоры о котором идут более десяти лет.

При этом Китай, похоже, станет единственным партнером, к которому Россия сможет развернуться в Азии — по крайней мере в среднесрочной перспективе. Дело в том, что Япония и Южная Корея как союзники США вынуждены были поддержать санкции против России. По словам собеседников BG среди японских и корейских дипломатов, Токио и Сеул пошли на это скрепя сердце: обе страны возлагали на сотрудничество с Москвой большие надежды и хотели поучаствовать в освоении Дальнего Востока. Премьер Японии Синдзо Абэ сделал ставку на развитие отношений с РФ, стал единственным лидером G7, посетившим Олимпиаду в Сочи, однако он был вынужден откликнуться на настойчивые просьбы американских партнеров. Примерно та же история произошла с президентом Южной Кореи Пак Кын Хе.

"В этих условиях надежда России в Восточной Азии может быть связана только с Китаем. Именно КНР и только КНР может прийти на помощь РФ, предоставив ей новые рынки сбыта для сырья, а также льготные кредиты и дешевые технологические решения, которые отчасти компенсируют ухудшение отношений с Западом,— говорит управляющий партнер гонконгского инвестбутика Eurasia Capital Partners Серджио Мэн.— Вопрос в том, на каких условиях Пекин это будет делать".

Китай действительно готов России помочь. Руководствуется Пекин при этом не какими-то дружественными эмоциями, а холодным расчетом.

Новый лидер Китая Си Цзиньпин, возглавивший правящую Компартию в ноябре 2012-го и получивший пост председателя КНР в марте 2013-го, стал далеко не первым руководителем, объявившим курс на максимальное экономическое сближение. Первый зарубежный визит в качестве главы государства Си нанес в Москву, что китайские СМИ преподносили как знак особой дружбы. Однако точно так же действовали и предшественники Си Цзиньпина: свои первые поездки за рубеж прежние председатели Цзян Цзэминь и Ху Цзиньтао тоже совершали в Россию. Учитывая крайне сложные политические отношения с основными торговыми партнерами (США и Япония) и большинством соседей, дружественная, хотя и не слишком значимая для КНР в экономическом плане Россия всегда представлялась хорошим выбором.

Сейчас Китай для РФ по-прежнему гораздо больше, чем наоборот. Китай является с 2009 года крупнейшим торговым партнером РФ ($89 млрд в 2013 году), хотя и уступает по объемам торговли Евросоюзу в целом. Россия же замыкает десятку крупнейших торговых партнеров КНР, экспорт в РФ составляет всего 2,2% от общего объема товаров и услуг, которые китайцы продали за рубеж. Структура товарооборота проста: РФ в основном поставляет в КНР углеводороды, металлы и другие природные ресурсы, а главная товарная группа китайского экспорта в Россию — продукция машиностроения. Китай в 2013 году стал четвертым партнером РФ по накопленным инвестициям (свыше $33 млрд), уступая Кипру, Нидерландам и Люксембургу (значительная часть инвестиций из этих юрисдикций — российские же деньги). Зато для КНР Россия не входит даже в топ-10 иностранных инвесторов.

Роль России для Китая важна исключительно в качестве поставщика нефти. Так, по итогам 2013 года РФ стала четвертым поставщиком нефти в КНР. Доля РФ на газовом рынке КНР совсем незначительна — из-за отсутствия наземных труб и больших мощностей в России по производству сжиженного природного газа (в 2012 году китайские компании купили около 400 млн кубометров СПГ в год с проекта "Сахалин-2").

Впрочем, начавшаяся в Китае экономическая трансформация способствует росту интереса к России и открывает для отечественных компаний огромные возможности на новом рынке, которые просто надо увидеть и суметь ими распорядиться.

Взяв власть в партии и государстве в 2013 году, Си Цзиньпин объявил о запуске масштабных реформ — столь амбициозного плана в Китае не помнят с 1978 года, когда были запущены реформы Дэн Сяопина. Пакет преобразований, который станет экономической программой председателя Си, был утвержден в ноябре 2013 года на пленуме ЦК КПК — собрании около 350 самых могущественных людей КНР, которые раз в год съезжаются в Пекин для того, чтобы в закрытом режиме обсудить стратегию развития страны. План реформ изложен в документе с длинным названием "Решение ЦК КПК по важному вопросу о комплексном углублении реформ". В самом начале документа отмечается, что реформы займут семь лет: к 2020 году нынешний этап преобразований не только завершится, но и "принесет ощутимые результаты". К этому времени Си Цзиньпин и премьер Ли Кэцян по-прежнему будут управлять Китаем, они должны начать передавать власть только в 2022 году. Отвечать за ход реформ будет специально созданная руководящая группа внутри ЦК КПК — неформальный оперативный комитет, объединяющий ключевых чиновников финансово-экономического блока. Ее возглавил лично Си Цзиньпин.

Новый курс должен помочь избавиться от перекосов, возникших за 20 лет бурного развития КНР. Побочными эффектами того, что ВВП рос в среднем на 10,5% в год, стали опасный рост внутреннего долга, рост социального и регионального неравенства, системная коррупция, доминирование в ключевых секторах экономики неэффективных госкомпаний, старение населения. По оценкам близкого к Госсовету КНР Центра по исследованию вопросов развития, в течение ближайших десяти лет обострение этих проблем грозило Китаю системным кризисом и социальным взрывом. Ответ на все накопившиеся вопросы и должно дать "Решение".

Общая идеология документа: правительство должно уйти от мелочного регулирования рынков и допустить конкуренцию. Госсовет должен стать эффективным и прозрачным регулятором, а цену на основные ресурсы (земля, труд, капитал) будет определять рынок. При этом права частных и государственных компаний должны быть уравнены.

В документе описано несколько ключевых реформ. Первая — сокращение регулирующих функций правительства, устранение административных барьеров. Вторая — разрушение неэффективных госмонополий в железнодорожном транспорте, нефтегазовой сфере и электроэнергетике, а также отказ от регулирования внутренних цен на ресурсы. Третья реформа должна затронуть финансовый сектор: ЦБ откажется от установки процентных ставок (это позволит банкам конкурировать между собой и облегчит доступ частному бизнесу к кредитам), а в перспективе до 2020 года сделает юань конвертируемым. Четвертая реформа — перераспределение источников налоговых поступлений между центром и регионами, чтобы обязательства местных властей имели четкие источники финансирования, поскольку их отсутствие приводит к накоплению "плохих долгов" (общий уровень задолженности местных властей КНР агентство Fitch в сентябре 2013 года оценивало в $1,6 трлн — 25% ВВП Китая).

С налоговой реформой должна быть тесно связана еще одна ключевая реформа — земельная. Пекин намерен разрешить крестьянам продавать права на долгосрочную аренду земли (крестьяне в КНР являются не собственниками, а арендаторами земли) на рынке. Сейчас местные власти в поисках доходов нередко конфискуют у крестьян землю с минимальной компенсацией, а затем дорого продают ее девелоперам. Эта схема пополняет местные бюджеты и карманы чиновников, а потому из свыше 100 тыс. массовых инцидентов, которые происходят в КНР каждый год, значительная часть — это как раз восстания крестьян. Разрешив крестьянам продавать землю по высокой цене, реформаторы надеются стимулировать их переезд в город. Урбанизация будет мощным источником роста ВВП, а новые городские жители будут увеличивать средний класс. В будущем это позволит Китаю расти не за счет экспорта и инвестиций, как сейчас, а за счет внутреннего потребления. Помимо этого отменяется внутренняя прописка (из-за нее внутренние мигранты не имеют права покупать жилье в городах, ходить к врачу и отдавать детей в школы), которая давно является тормозом урбанизации и причиной появления в городах теневого сектора вроде подпольных школ или черного рынка недвижимости.

Еще две реформы — устранение барьеров и допуск иностранного капитала на рынок КНР (особенно в сферу услуг), а также стимулирование инновационного и зеленого развития. Три важнейших результата, которых авторы программы надеются добиться к 2020 году: усиление конкуренции на рынке и снижение барьеров, создание свободного земельного рынка, а также создание базовой системы социальной страховки (пенсии и медицинское обслуживание) для всех граждан.

Полгода спустя после утверждения "Решений" Си Цзиньпин и его команда осторожно начинают их выполнять. Параллельно продолжается зачистка партии и госкомпаний от всех противников нового председателя (чистка представлена как компания по борьбе с коррупцией), что должно консолидировать власть товарища Си и позволить ему заниматься реформами.

Нынешняя реформаторская повестка властей КНР — крайне позитивная для России новость. Заявленная ЦК КПК ставка на продолжение урбанизации и рост среднего класса открывает возможности для разных категорий российских экспортеров. И хотя темпы роста КНР падают (официальный прогноз госсовета на 2014 год — 7,5%, но премьер Ли Кэцян уже призвал не пугаться и более скромных результатов), для российских товаров на китайском рынке еще найдется место.

Наиболее уязвимыми окажутся металлурги и угольщики. Хотя КНР будет продолжать испытывать потребность в таких ресурсах, курс на снижение расходов госкомпаний и сворачивание неэффективных инфраструктурных строек будет означать стагнацию и даже падение спроса.

Зато другие категории производителей могут выиграть. Прежде всего это энергетики. Главным событием визита Владимира Путина в КНР должно стать подписание контракта о строительстве газопровода "Сила Сибири" мощностью 38 млрд кубометров в год. Стороны должны договориться по цене, которая может составить около $380 за 1 тыс. кубометров. До начала украинского кризиса "Газпром" не слишком торопился договориться: переговоры с Пекином воспринимались как элемент давления на европейских потребителей и Еврокомиссию. Китай также не спешил соглашаться на требуемую "Газпромом" европейскую цену: по прогнозу Wood Mackenzie, после 2020 года Китаю не потребуется дополнительный трубопроводный газ из-за ввода в строй труб из Туркмении (до 80 млрд кубометров к 2015 году) и Мьянмы (12 млрд кубометров), роста поставок СПГ и возможностей добычи газа (в том числе сланцевого) внутри КНР. Тем не менее сейчас ситуация поменялась у обеих сторон переговоров. Москва пытается захеджироваться на случай снижения выручки на европейском газовом рынке и стремится выйти на растущий рынок АТР. А для Китая экологичность топлива становится политическим вопросом: ситуация в загрязненных мегаполисах становится причиной недовольства среднего класса. Могут получить новые стимулы и проекты экспорта электроэнергии из РФ в КНР.

Большие рынки открывает и ставка на рост среднего класса. Согласно расчетам McKinsey Global Institute, 54% городских семей к 2022 году станут верхушкой среднего класса в КНР и увеличат потребление. Это касается, например, таких товарных групп, как автомобили (а значит, и бензин). Или продукты питания — вслед за ростом благосостояния люди переходят с преимущественно зерновой диеты на мясную, что лишь увеличит потребление зерновых. Источником поставок могла бы стать Россия.

Наконец, Китай мог бы закрыть две главные потребности России — в западных капиталах и западных технологиях. Учитывая поставленную пленумом задачу превращения юаня в мировую резервную валюту в среднесрочной перспективе, Китай будет и дальше продвигать заимствования в юанях сначала на Гонконгской бирже, а затем на Шанхайской (дим-самные облигации в Гонконге уже выпускали Газпромбанк и ВТБ). Еще одно направление — перевод части двусторонней торговли в национальные валюты, прежде всего в юани. Так, Китай мог бы покупать нефть у той же "Роснефти" за юани, а российская компания могла бы использовать полученные деньги для расчета с поставщиками китайских буровых, экономя до 5% на конвертации и необходимости хеджировать валютные риски.

Правда, из двух партнеров в менее выгодном положении находится именно поссорившаяся с Западом Россия, а не Китай. Так что сотрудничество наверняка будет происходить на тех условиях, которые сочтут выгодными в Пекине.