Пока погром не грянет

В Москве снова митинги, но уже не на центральных площадях, а в спальных районах. Пока власть ломает голову над тем, как угомонить бирюлевских погромщиков, эксперты отмечают: горячих точек в Москве все больше, поселения мигрантов кочуют по всей столице, и в режиме ручного управления с ситуацией не совладать. Сотрудник "Огонька" и коренной житель Бирюлево, обнаружив волнения прямо под окнами, честно предупреждает: учиться выживать в ситуации бунта пора уже всем.

Я переехала в Бирюлево как раз в день погромов, и уже в эту ночь мне порезали колеса машины. Не ручаюсь, что события связаны, здесь в принципе так — если займешь чье-то место, порежут.

Стороннему наблюдателю Бирюлево обязательно покажется тихим и зеленым районом. Его здорово благоустроили в последнее время: замостили плиткой, поставили лавочки у подъездов, фонарики в парках, а все клумбы любовно засыпали цветной стружкой. Я уже жила здесь 12 лет назад, и за то время, что меня не было, косметические перемены налицо.

Рядом с 933-й школой, которую окончил убитый Егор Щербаков и в которой с 1-го по 5-й класс училась я сама, возведен бассейн.

Кое-что попытались сделать даже с транспортной доступностью. Метро здесь, конечно, нет и не будет, но электрички теперь ходят чаще и в них мягкие сиденья. И совсем уж замечательно: 4 сентября район посетил тогда еще кандидат в мэры Москвы Сергей Собянин, открыл новую эстакадную развязку над МКАД, чтобы "автомобилисты могли выезжать на кольцевую, минуя густонаселенный жилой сектор Западного Бирюлева".

Понятно, это было решением лишь малой части бирюлевских проблем. Еще в 90-е мне случалось не ходить в ту самую школу 933, потому что силовые подразделения проводили в подъезде спецоперацию: "накрывали" наркопритон. Это, конечно, единичные происшествия, чаще никто никого не "накрывал", все сосуществовали, друг о друге зная, избегая встреч и лишних разговоров в лифтах. Надо заметить, тогда на этнопреступность массы не жаловались, азербайджанских кафе не имелось, а лавочки при подъездах занимали русские бабушки. Но место уже было неспокойное, а главное весьма беспросветное, чему свидетельство — массовый исход всех первобирюлевцев. Из моего класса, например, без малого 90 процентов ребят переселились в другие районы. Когда прихожу в школу голосовать, учителей тоже не узнаю.

Как только появились социальные сети и форумы районов, стало заметно, насколько новостная повестка Бирюлево отличается от "среднестоличной". Подборка новостей за октябрь в соцгруппе района Крылатское, где я еще недавно жила, выглядит так: "Открылся новый детский центр! У нас много интересного и познавательного для детей разных возрастов и их родителей", "в четверг на холмах будет проходить тренировочный старт по спортивному ориентированию", "предлагаю индивидуальное занятие верховой ездой в живописной местности, на хорошо выезженной лошади". В это же самое время группа Бирюлево сообщала: "Произошло возгорание припаркованного автомобиля", "в результате дорожного конфликта со стрельбой ранены два человека", "неизвестный избил полицейского, сделавшего ему замечание". Показательно здесь даже не то, что горят автомобили и избиваются полицейские (этим, боюсь, может похвастаться не один район), а мрачная сконцентрированность жителей на криминальной хронике. Старая гвардия местных, наблюдая за исходом "своих", давно жила ощущением конца.

Все бы ничего, но в Бирюлево нашлись еще и те, кого все устраивало. У кого здесь имелся свой Кремль, центр жизни и приложения сил — работники знаменитой овощебазы. И по самоощущению, и по бытовой обустроенности эти обитатели местного микрокосма, конечно, выигрывали у пытающихся жить не только в Бирюлево, но и в Москве. Так здесь утвердились и обжились этнические диаспоры, так начались погромы.

Записные националисты на этот раз в стороне: не они устраивали народный сход. Одиноко бродящий на всех митингах Владимир Тор, организатор "Русских маршей", так и остался неузнанным массой населения. Да и жертвой, всколыхнувшей народ, стал не фанат, не националист и даже не поклонник русского духа. Как вспоминают мои одноклассники, Егор Щербаков любил рэп, носил брюки-трубы и силовым упражнениям предпочитал тусовки. Все его друзья из того же круга — завсегдатаев торговых центров и зрителей музыкальных каналов. Нормальные ребята, сотни таких в метро.

Конечно, поднявшиеся бирюлевцы на прошлой неделе хотели "крови" — наказания всех виновных и изгнания надоевших. Но я как бирюлевец, побывавший на митингах и сходах, ответственно заявляю, что самый высокий спрос сначала был на "кровь" чиновников и полицейских. "Долой главу управы!", "долой префекта!" — это скандировалось громче всего. Ясно было, что только эти лозунги автоматически гарантируют выполнение всех остальных — от устранения овощебазы до продления автобусных маршрутов. Народное чувство не подвело.

Почти всю прошлую неделю жители района, попавшие на экстренные совещания с префектом за свой погромный национализм, могли наблюдать, насколько поворотлив наш закон, когда за него берутся с охотой. Годами плодились в Бирюлево "резиновые квартиры" — и за один день "обнаружили" их более 1600. Годами работали подпольные публичные дома рядом с промзоной — и вот их в момент закрыли. Годами парили всех желающих азербайджанские хамамы и встречали гостей дагестанские рестораны — хоп, и будто не бывало их вовсе. С саунами и ресторанами вышло особенно хорошо. Захотели жители вдогонку к овощебазе закрыть кафе "Эльбрус" и "Пирамида", а также пару-тройку сомнительных бань, собиравших полукриминальную публику. Приунывшие сотрудники управы вспомнили было о "правовом поле", договорах аренды и частном бизнесе — народ стал улюлюкать. Выручил префект округа Георгий Смолеевский.

— У меня нет прав что-то закрыть, но я знаю, у кого они есть! — пояснил Смолеевский собравшимся и простер руку к сидящему поодаль Александру Коротчину, представителю МЧС.— Александр Александрович, вы трудитесь в той службе, которая реально может все, что угодно, закрыть. Ну устройте уже в этих кафе проверку! Наверняка у них пожарная безопасность хромает! Мне, что ли, вас учить. И вторая есть сила — Роспотребнадзор. С его помощью закроем бани. Я вам гарантирую.

Представитель Роспотребнадзора Дмитрий Васильевич, которого префект упорно называл Константином Юрьевичем, попытался было возразить: не можем найти владельцев, как же без их ведома закрывать...

— Не морочьте нам голову,— отрезал префект.— Идите к своему руководителю, пусть вас научат, как это делается. Если что-то нужно срочно закрыть, это закрывают — и все.

Народ обрадовался, решил потребовать гарантий, чтобы и в будущем — ни-ни — никаких дагестанских бань.

— Мы не дадим им на торгах ничего выиграть, раз не умеют себя вести,— закончил Смолеевский, тем вполне удовлетворив аудиторию.

Урок, преподанный массе собравшихся в актовом зале школы 928, был весьма нагляден: о "правовом поле" говорят обманщики и бюрократы, настоящая власть все решает по правде. Поэтому Смолеевским в конечном итоге остались весьма довольны.

Вообще удивительные метаморфозы произошли с бирюлевцами за последние дни. До этого они годами ходили по инстанциям, требуя закрыть овощебазу (признаюсь, даже меня просили знакомые: напиши уже жалобу, статью — хоть что-нибудь про то, как нам живется, да я, как и все, отмахивалась), а тут почувствовали за собой силу, нашли наконец-таки способ решения проблем. На улицах района что ни вечер — народные гулянья. Бабушки гладят по рукавам курток случайных "русских парней": "Спасибо, родные, как хорошо сделали, ни одного "черного" нет!" Русские парни ночи напролет гоняют на своих авто, "патрулируя" район и визжа тормозами. Самые молодые от избытка сил призывают иногда что-нибудь громить, плотоядно оглядываясь на уцелевшие палатки. Девушки накрашены что есть сил. В общем, кто хочет узнать побольше о русской воле-2013 — добро пожаловать в ближайшие дни в Бирюлево.

Недостаток организации здесь тоже налицо — все, как положено вольнице. "Народный сход", "народный совет" — это некое эфемерное наименование целого ряда мало координируемых подгрупп. С одной стороны, есть люди из Совета ветеранов и других почтенных организаций, которые составляют немалую часть митингующих. Они, вызываемые управой, являются на все экстренные совещания и, как на поле чудес, стараются напомнить о своих нуждах: попросить ремонт в подъезде, рассказать о дороговизне аптек и далее по списку. На другом полюсе разместились суровые юноши и не по годам угрюмые ребята, пренебрегающие совещаниями и устраивающие параллельные акции: националистические сборы на "Пражской" и штурмы кафе. Где-то ближе к центру народной жизни находятся дружинники и "патрульщики". Часть из них очень живописна: хипстерского вида, с надписью "Навальный" на футболках. Обиженные форумчане уже давно жалуются, что "не навальных" в патруль не берут. Неправда, конечно, патрули разные, видимо, в этот просто очень хочется попасть.

Наконец, объявились в Бирюлево два "Саши" (так их называет сам префект), с которыми столичной власти прямо-таки повезло и которые мало-помалу превратились в основных спикеров от лица народа. Оба, как уверяют, живут в Бирюлево. Один из них, Александр Шумский, руководитель экспертного центра Probok.net — организации, созданной в 2007 году при участии движения "Наши" и Росмолодежи. Пару лет назад Шумский лично встречался с Владимиром Путиным, чтобы "пробить инициативу": разрешить водителям поворачивать направо на красный свет, если это не создает помех другим участникам движения. Этот Саша в районе в авторитете, ему теперь и поручено собирать народные жалобы. Второй Саша по фамилии Дягилев с 2001 по 2004 год был координатором движения "Идущие вместе", а с 2006 года — комиссаром "Наших". С прошлой недели в графе "карьера" в соцсетях он гордо пишет: "руководитель Центра по контролю за нелегальной миграцией в ЮАО". С президентом он пока не встречался, но чувствуется, что дело к тому идет. Обновляющиеся статусы на его страничке дают бирюлевцам представление о сладкой жизни: "Вечер в Манон", "прогулочка на яхте по Москве, супер необычное дело", "La Terrasse: чудный черничный коктейль и панакота — лучшие в этом месте", "Dance club встречает нас шампанским и устрицами Мелон", и далее, и далее.

Признаю, стоит отдать должное двум молодым людям, в экстренный момент заменившим собой чуть ли не весь бирюлевский люд. Пока тот гуляет, они работают и строят карьеру. Националистам и здесь не повезло, боевые провластные кадры смогли перехватить руководство народным бунтом. Если бы не знать, что сход собирался спонтанно, можно было бы подумать, что двух "Саш" подселили в Бирюлево специально, накануне горячих дней — так все удачно совпало.

Для массы "титульного" населения вроде бы все тоже удачно — и требования выполняются, и на улицах спокойно, как никогда. Кажется даже, что раз из района уберут тех, кому здесь было уж очень хорошо и вольготно жить, Бирюлево станет приятнее и тем, кому всегда доставлял проблемы: работающим в центре, заботящимся о здоровье, любителям красивых видов из окна. Пробки останутся, смог останется, а настроение у народа изменится, захочется жить. Не факт, однако.

"Нетитульные" при этом крепко обиделись. Кому-то из местных нравится, что они теперь отворачиваются на улицах и спешат стушеваться. Кто-то ждет подвоха.

— У меня из друзей "В контакте" удалились все одноклассники-азербайджанцы, только сейчас заметила, очень удивилась,— рассказывает Лена Анохина, ученица местной школы.

Старые одноклассники, бывшие одногруппники из "нетитульных" тихо "отфренживают" всех, отметившихся на народном сходе или поддержавших его. Почти нет от них комментариев — ничего не говорят. Тихо, удивительно тихо рвут все контакты. Заговорить с представителями диаспор в Бирюлево сейчас — сложнейшее дело. Знакомый Руслан, работавший в местной палатке, честно признался: увидят с русским — свои побьют.

Эта едва уловимая, хорошо запрятанная озлобленность чуть портит атмосферу бирюлевских гуляний. Народ заранее просит у власти гарантий: чтобы точно защитила в случае чего, чтобы больше никаких чужих, никогда, нигде. Власть обещает, и обещание для нее тяжело. Особенно если учесть, что теперь население знает, как добиваться своего — использовать силу, не слушать про правовое поле и гулять до последнего.