Место сдается
Российская столица становится или уже стала столицей рекламы. Не город Канн, где устраиваются эстетские фестивали рекламных видеороликов как чистого искусства для искусства, а именно Москва — мировой центр, по крайней мере, наружной, самой заметной, монументальной рекламы. Правда, в смысле качества дела у нас обстоят так себе — примерно половина уличных рекламных текстов предсказуемо обыгрывает скабрезные двусмысленности, другая половина скучно цитирует жаргонные шутки, все одинаково малограмотно, а картинки удручающе однообразны. Зато количество!.. Собственно, разглядеть город уже невозможно, видны только перетяжки и билборды. Гигантские панно закрывают все, что ремонтируется и строится, а ремонтируется и строится у нас все.
Подобной концентрации нет ни в Париже, ни в Берлине. Разве что на Пиккадилли-серкус в Лондоне и Таймс-сквер в Нью-Йорке бушует такое же настенное безумие, как на заурядном московском перекрестке. Чувству законной гордости мешает только одно: этот «двигатель торговли» работает на холостых оборотах. Нет никаких доказательств того, что объем продажи стиральных машин, сотовых телефонов, автомобилей и чипсов пропорционален или хотя бы связан с площадью, отведенной под прославление этих товаров. Наоборот, некоторое знакомство с нравами и обычаями отечественного бизнеса и общий жизненный опыт заставляют думать, что очевидный рекламный бум вообще никакого отношения к торговле не имеет. А имеет он отношение: 1) к стараниям девочек из рекламных служб показать, что они энергично трудятся; 2) инстинкту директоров рекламных служб, заставляющему их требовать увеличения бюджетов и осваивать любые выделенные; 3) сущности чиновников, стремящихся получить от одной разрешительной подписи наибольшую пользу.
Город же постепенно превращается из явления культуры в заурядный рекламный носитель, лишенный какого-либо собственного содержания. Примерно такой путь проделали многие журналы и газеты, 
и остались от них только названия.