Близкие люди

Фильм о мимолетности переживаний, замешанных на слове «любовь»

В фильме Майка Николса «Близость» я нашел то, чего очень не хватает, на мой взгляд, современному кино. Это простота и непосредственность в изображении человека. Мы стали бояться крупных планов. В телевизоре  —  отрезанные головы, в кино все движется, наезжает друг на друга. После первых двух слов реплик героя камера втыкается ему в зрачок. Затем посредством какой-то хитрой трубы нам показывают, что у него в голове. Здесь на полсекунды подключается компьютерная графика. Потом капелька пота, протекающая в ухо герою, и после этого героиня отвечает ему, поправляя колготку,  —  одновременно мы видим, как герой гасит сигарету. Дальше камера взлетает вверх  —  общий план ресторана с потолка. Потом камера летит в окно  —  а там идет дождь. Дождь идет перманентно.

Майк Николс не боится крупных планов и длинных монологов. Мы видим реальных людей, и смотреть на них нам интересно. Интересно, как они закрывают глаза, вздыхают, прекращают говорить и прислушиваются к собеседнику, как молчат. Людей не заслоняет ни сюжет, ни саундтрек, ни интерьер. Сюжет фильма на вечную тему: сердца четырех, их сложные запутанные отношения, любовь и ревность, сентиментальность и секс. Точнее, даже не секс, а то, что вокруг него. Самая откровенная эротическая сцена  —  это, пожалуй, виртуальный интернетный флирт между двумя героями.

«Близость»  —  фильм не о сексе, а о мимолетности и случайности различных переживаний, замешанных на большом слове «любовь». Сюжет показывает неустойчивость, эфемерность этих отношений  —  но не легкомыслие или «непостоянство» людей. Речь идет о глубоких связях, которые рано или поздно разрушаются. Как писал американский поэт Карл Сэндберг: «В свое время любовь зарождается и в свое время умирает». Характерна сцена после ссоры, где Натали Портман говорит Джуду Лоу, что больше не любит его. Весь фильм любила, а теперь нет. Почему? В один миг все закончилось.

Надо сказать об отличной игре  Натали Портман. В «Звездных войнах» и «Леоне-киллере», по которым ее знает наш зритель, она не раскрылась как драматическая актриса. Фильм производит ощущение достоверности, и возникает идентификация с героями, несмотря на то, что действие происходит в Лондоне.

Стержень такого кинематографа  —  человек. Все эти картины  —  не «про то, как сделана сцена полета человека-паука», а история живых людей. Впрочем, как писал классик немецкого неоромантизма XX века Густав Майринк, «единственная беседа, которая может чему-то научить,  —  это беседа с самим собой».