ЗНАЛ БЫ ПРИКУП — ЖИЛ БЫ В СОЧИ

Чем отличается популярный человек (артист, спортсмен, политик) от национального героя? О просто популярном известно все — вплоть до цвета любимого пиджака. Национальный герой сохраняет магию тайны. Кто его жена, как он ходит, разговаривает, на чем ездит? Мы все мечтаем об этом узнать. Но национальному герою не до нас. Он занят своим национальным подвигом. Пока. До поры до времени

В июле этого года я должен был записать для «Огонька» большое интервью с Евгением Кафельниковым. Должен был — три раза. Первый — в Сочи, на сборах российской команды к матчу Кубка Дэвиса со словаками, но отложили до Москвы, второй — в Москве, во время Кубка, отложили до его конца, и третий раз — понятно, после матча.

Сразу после соревнований в раздевалке нашей сборной, где в небольшом кругу все выпивали шампанское, поздравляя друг друга с победой, я спросил у не очень веселого Кафельникова (свою встречу он в этот день проиграл): «Когда?» — «Вы пойдете сейчас на банкет?» Я честно сказал: «Пойду». — «Ждите меня там».

Через полчаса я стал узнавать, почему не поднимается Женя. «Он уже давно уехал в аэропорт», — ответили мне.

Собственно говоря, в Сочи сборная России оказалась по предложению Кафельникова, другими словами, команда в полном составе посетила родину героя. Если сам Женя жил в родительском, недавно построенном доме (довольно скромном по сравнению с «новорусскими» особняками в том же Сочи), то команда устроилась в санатории АО «Русь» (прежде им. Ленина), где, по утверждению капитана команды Шамиля Тарпищева, чуть ли не лучшие грунтовые корты в стране.

АО «Русь» как могло сохранило все достоинства санатория ЦК КПСС, включая скульптуры Вождя и Учителя, расставленные по всем углам (впрочем, огромное панно с Ильичом сверкает в центре курортной столицы, что лишний раз подтверждает то ли бандитский характер города, то ли несгибаемую веру главы краевой администрации). Рабочий и колхозница, а может, инженер и машинистка застыли в сидящей усталой позе при входе на пляж, который, несмотря на демократичность скульптурно представленных профессий, считается с советских времен закрытым, и прежде всего от инженеров и колхозниц.

Впрочем, на самом закрытом участке закрытого пляжа появлялись такие личности, что недавние сотрудники девятого управления КГБ лет пятнадцать назад стреляли бы по ним моментально, даже не спрашивая документов. Та старая гвардия с горящим сердцем и чистыми руками ушла в отставку и сейчас в качестве охраны сопровождала тех самых, в кого тогда, скорее всего и теперь, постреляла бы с большим удовольствием: по-македонски, навскидку или даже в падении и с разворотом.

На этом пляже вместе с семьей разместился и Кафельников. Папа, мама, сестра, жена, мама жены, братья жены, ребенок старший (жены) и ребенок совсем маленький (общий). Совсем маленький ребенок родился явно с папиным характером, поскольку за неделю не издал ни единого звука не по существу и улыбался только близким и родным. Совсем маленький ребенок гордо смотрел по сторонам, потому что у его папы есть свой самолет, а окружающим, включая тех, что с цепями и охранниками, пыхтеть и пыхтеть до такого благополучия.

Пока ребенок познавал непростую пляжную жизнь, его папа в роскошном фирменном черном спасательном жилете и черных перчатках катал на собственном, самом мощном на побережье водном мотоцикле всех желающих закрытого отделения закрытого пляжа. Причем совершенно бесплатно, что миллионерам, наверное, свойственно только на отдыхе, и — верх щедрости —надевал на пассажира еще один такой же крутой жилетик. Иногда на кафельниковском скутере уносился с грохотом по акватории кто-то из его, возможно, друзей детства. Тогда «ракетка номер один» просто стоял с мальчишками на молу, совершенно сливаясь с местным населением, из которого он шагнул в мир смокингов, приемов и президентов, включая и Президента России.

В описываемое время на Кафельникове была надета не фрачная пара, а трусы-бананы, которые все время сползали ниже положенной линии. Наверное, Женя их купил из расчета, что когда-нибудь поправится.

То, что Кафельников заслуженно находится в рядах первой десятки, видно хотя бы из того, как он осваивал с помощью своего скутера водные лыжи. Я, например, устал смотреть с индивидуального лежака закрытого пляжа, как наш великий спортсмен, спотыкаясь о собственную волну, падает и падает. А он вновь ловил буксировочный трос, натягивал непокорные лыжи и... все по новой. С таким упорством можно и Кембридж за пару лет окончить.

Не надо думать, что российская команда вместе со своим лидером все время проводила на пляже. Все вышеописанное происходило только после пяти часов вечера. С утра на лучших в стране кортах лучшие в стране теннисисты тренировались, но это зрелище, во-первых, трудно поддается описанию, во-вторых, интересно только небольшому числу читателей-теннисистов.

Кстати, о деньгах.

Я понимаю отношение Кафельникова к журналистам, задающим одни и те же вопросы. Чаще всего их интересуют чужие деньги, конкретно — его. Но с этим придется смириться, весь мир обожает заглядывать в чужой карман. Лишены этого любопытства только те, кто обладает настоящими деньгами. Я с ними солидарен, но они находятся в катастрофическом меньшинстве.

Для тренировки подачи Женя принес из своего «мерседесовского» джипа пластиковое ведро мячей. После тренировки он попросил мячи пересчитать. «Их должно быть, — сказал почетный гражданин города Сочи, — пятьдесят четыре». Ровно столько он понес обратно в машину. Я с грустью подумал, что через раз безвозвратно теряю на корте мяч. Вот корни отсутствия у меня не только скутера и джипа, но даже собственного самолета. Естественно, и теннисного таланта в детстве родители у меня не обнаружили. Могли бы, наверное, но не захотели, заставляли на пианино играть.

В один из коротких перерывов Кафельников, обращаясь ко мне, между прочим заметил, что скоро «евро» заметно пойдет вверх и деньги надо вкладывать именно в эту валюту. Я вспомнил, как года два назад заехавший в Детройт к Фетисову Могильный объяснял мне, что деньги надо вкладывать в акции золотых компаний. В этот день, когда Кафельников рассуждал о «евро», цена на золото резко покатилась вниз. «Слушал бы я ваши советы, где бы я был, — невесело подумал я, а потом еще про себя добавил: — Если б у меня деньги водились».

Виталий МЕЛИК-КАРАМОВ
Леонид ЗИНКЕВИЧ (фото)

На фото:

• Никто еще не пытался подсчитать, сколько стоят такие минуты абсолютного счастья и полной расслабленности. но известно точно: рейтинговых очков, выигранных геймов и заработанных денег они приносят кафельникову и нашему теннису немало.
• Кафельников катал всех бесплатно. На берегу выстроилась очередь.
• — Женька, да ты сгорел! — Не бойся, я весь застрахован!
• Хорошо в деревне летом?