Перед вами фотоочерк о Ньютоне, одном из величайших фотомастеров современности, о его работе. Сделан этот очерк женой мастера. И, как легко убедиться, тоже мастерски. Тут, как говорится, невольно задумаешься...
Хельмут НЬЮТОН родился в Германии в 1920 году. С 16 лет начал учиться фотографии в Берлинской фотостудии моды и театра. В 1940 году уезжает в Австралию и работает как независимый фотограф моды для журнала Vogue. |
Принято считать, что искусство фотографии наиболее полно отражает (если искусство вообще что-то отражает) реалии жизни. Может быть, и так. В прочих искусствах слишком много вымысла, фантазий. Произвола художника. Здесь же — суровые и непреклонные законы оптики, свето- и цветоотражения, фундаментальные законы химии. Под их гнетом — какой произвол?
А тут еще лозунг «Кодака»: «Вы нажимаете на спуск — мы делаем все остальное», выразивший инфантильные мечты и беспринципные «принципы» XX века. Посему, получается, фотография — также и самое демократическое, самое доступное из искусств. Тем более что многие считают: и снимающий «мыльницей», и фотограф с «Хассельбладом», нацеливаясь на один и тот же объект, обречены на одинаковый результат.
Что-то, однако, заставляет усомниться и в демократичности, в приоритете реализма в фотографии. Демократичность, скорее, может быть отнесена к «поляроидам», которые вроде бы фотоаппараты, а вроде бы и нет. В других случаях она пасует перед аристократической необходимостью больших затрат времени, владения специальными знаниями, а также материальных расходов (звучит непатриотично, но все-таки «Кэнон» лучше «Зенита»).
Реализма в фотографиях так же мало, как демократичности. Как ни крути, но из-за флера объективности нет-нет да и появятся ЕГО ушки, — ушки автора снимка.
Хельмут Ньютон — мэтр мэтров. Король объективов, вспышек, штативов и экспонометров, властитель полутонов и глубины резкости. Какое там отражение реальности! Господь с вами! Из-под пера, то есть объектива, мэтра выходит нечто, к реальности имеющее отношение весьма отдаленное. Он просто делает, создает собственную реальность. С использованием техники, что стоит миллионы.
Ньютон — аристократ чистой воды. Причем той пробы, что позволяет сказать: его аристократизм влияет на других. Любой человек, находясь под воздействием Ньютона, будучи от него в непосредственной близости, просто не сможет сделать снимка абы как. А уж его жена — и подавно.
Как по-ньютоновски выстроены туфли несчастных манекенщиц, этих чернорабочих массовой культуры, по странному недоразумению вытащенных на самый пьедестал! Мэтр за работой — еще более мэтр, чем после оной, чем мэтр, получающий призы. Тут безжалостность художника видна во всей ее неприглядной наготе. Сам — в курточке, а модели — почти голышом. Объяснение простое: мэтр выбирал самое лучшее освещение.
И прочь праздные рассуждения о демократичности или аристократичности этого занятия. Глядя на «кухню» фотографии, начинаешь понимать главное: фотография — сумасшедший труд. Без него не сделать снимка. Километры пленок, тысячи отпечатков, часы и часы, проведенные в студии. Или — на явно опостылевшем пляже. Для кого-то пейзаж, для мэтра — место работы.
...Но подобная логика опасна. Так можно докатиться до мысли, что искусство — вообще в первую очередь труд. Тогда — стоп! Будем наслаждаться результатами. А мэтрам, королям и властителям искусства остается один удел — работать...
Д.С.June Newton — WOLFORD (фото предоставлены журналом «Разведчик покупателя»)